Пятница (Афанасьев)/1914 (ДО)

Yat-round-icon1.jpg
Пятница
См. Народныя русскія легенды. Дата созданія: 1859, опубл.: 1859. Источникъ: Аѳанасьевъ, А. Н. Народныя русскія легенды. — М.: Книгоиздательство «СОВРЕМЕННЫЯ ПРОБЛЕМЫ», 1914. — С. 124—125..

[124]

13. Пятница.

Када-та адна баба ни пачла[1] матушку Пятницу и учла (начала) прядиво мыкать да вертѣть. Прапряла она да абѣда, и вдругъ сонъ на нее нашолъ—такой магучай сонъ! Уснула ана, вдругъ атварилась дверь и входитъ, вишь, матушка Пятница въ-очью всѣмъ, въ бѣломъ шушунѣ[2], да сердитая такая! и шмых(г)ъ пряма къ бабѣ, ще пряла-та. Набрала въ горсть кастрики съ пола, какая атлятала-та атъ мочекъ[3], и ну пасыпать ей глаза, и ну пасыпать! пасыпала да и была такава: паминай какъ звали! Ничаго и ня молвила, сярдешная. Та баба какъ праснулась, такъ и взвыла благимъ матамъ атъ глазъ, и ни вѣдая, атъ чаго ани забалѣли. Другія (бабы) сидя(тъ) въ ужасьи и учали вапить: „ухъ ты, акаянная! заслужила казнь лютую атъ матушки Пятницы“—и сказали ей все, ще было. Та баба слушала-слушала и ну [125]прасить: „матушка Пятница! взмилуйся мнѣ, памилуй меня грѣшную; паставлю те(тебѣ) свѣчку, и другу-недругу закажу абижать те(тебя), матушка!“ И ще-жъ ты думаешь? Ночью, вишь, апять прихадила ана и выбила изъ глазъ у той бабы кастру-та, и ана апять встала. Грѣхъ великай абижать матушку Пятницу—прядиво мыкать да прясть!—(Записана въ Липецкомъ уѣздѣ, Тамбовской губерніи сельскимъ учителемъ Елисѣемъ Сабуровымъ.)



Примѣчанія А. Н. АѳанасьеваПравить

[274]
13. Пятница.

Суевѣрное уваженіе къ пятницѣ, питаемое русскимъ простолюдиномъ, заслуживаетъ особаго вниманія археологовъ. Во многихъ мѣстностяхъ Россіи по пятницамъ бабы не прядутъ, не стираютъ бѣлья, не выносятъ изъ печи золы, а мужики не пашутъ и не боронятъ, почитая эти работы въ означенный день за большой грѣхъ. Въ народномъ стихѣ душа, прощаясь съ тѣломъ, обращается къ нему съ такимъ напоминаніемъ былыхъ грѣховъ:

Мы по середамъ, по пятницамъ платье золовали,
Платье золовали, мы льны прядовали[4].

Особенно-же уважаются въ народѣ издревле двѣнадцать пятницъ, которыя бываютъ передъ большими праздниками: a) передъ Благовѣщеньемъ, b) первая и c) десятая послѣ Воскресенія Христова, d) передъ Троицею, e) [275]Успеніемъ, f) Ильинымъ днемъ, g) праздникомъ Усѣкновенія главы Іоанна Предтечи, h) Вздвиженьемъ, i) Покровомъ, k) Введеніемъ во храмъ пресв. Богородицы, l) Рождествомъ и m) Крещеніемъ. До сихъ поръ сохраняется старинное сказаніе о 12 пятницахъ, почитаемое раскольниками наравнѣ съ свящ. писаніемъ[5]. На Вагѣ въ прежнее время ежегодно праздновали пятокъ первой недѣли поста у часовни, куда совершался для этого крестный ходъ. Во время неурожаевъ, засухи или сильныхъ дождей, по случаю скотскаго падежа и появленія червей были празднуемы „обѣтныя“ пятницы; въ XVI вѣкѣ писались въ такихъ случаяхъ цѣлымъ міромъ заповѣдныя записи. Такъ крестьяне Тавренской волости (въ 1590—1598 г.) обговорились промежъ себя и учинили заповѣдь на три года, чтобы „въ пятницу ни толчи, ни молоти, ни каменія не жечи“, а кто заповѣдь порушитъ, на томъ доправить 8 алтынъ и 2 деньги. Константинопольскій патріархъ окружною грамотою 1589 года къ литовско-русскимъ епископамъ запрещалъ праздновать день пятницы наравнѣ съ воскресеньемъ[6]. [276] Стоглавъ (въ 40-й главѣ) свидѣтельствуетъ, что въ его время ходили „по погостамъ и по селамъ и въ волостяхъ лживые пророки, мужики и жонки, и дѣвки и старыя бабы, наги и босы, и волосы отростивъ, роспустя, трясутся и убиваются, а сказываютъ, что имъ является св. пятница и св. Анастасія, и велятъ имъ заповѣдывати канунъ засвѣчивати; онѣ же заповѣдываютъ христіанамъ въ среду и пятницу ручнаго дѣла не дѣлати, и женамъ не прясти, и платья не мыти, и каменія не разжигать и иныя заповѣдуютъ богомерзкія дѣла творити“. По народному объясненію по пятницамъ не прядутъ и не пашутъ, чтобы не запылить матушку-Пятницу и не засорить ей кострикою и пылью глазъ. Если-же бабы вздумаютъ прясть и шить въ этотъ день, то св. Пятница накажетъ ихъ ногтоѣдомъ, заусеницею, или болѣзнею глазъ: повѣрье это послужило основаніемъ напечатанной нами легенды. По словамъ духовнаго регламента, суевѣры увѣряли, что „Пятница гнѣвается на непразднующихъ (ея дня) и съ великимъ на оныхъ угроженіемъ наступаетъ“. Въ нѣкоторыхъ деревняхъ въ пятницу не засиживаются долго при свѣчахъ, потому что въ этотъ день ходитъ по домамъ „св. Пятинка“ и караетъ всѣхъ, кого застанетъ неспящимъ. Въ Малороссіи поселяне увѣряютъ, что они сами видѣли, какъ Пятница ходитъ по селамъ вся [277]исколотая иглами и изверченная веретенами, потому что многія женщины и шьютъ, и прядутъ въ такіе дни, которые слѣдуетъ праздновать въ честь этой святой[7]. Такимъ образомъ особенное уваженіе къ пятницѣ объясняется тѣмъ, что этотъ день считается въ народѣ посвященнымъ св. Пятницѣ: именемъ Пятницы въ простонародьи называется мученица Параскева. Въ четьяхъ-минеяхъ повѣствуется, что родители ея всегда чтили пятницу, какъ день страданій и смерти Спасителя, за что и даровалъ имъ Господь въ этотъ день дочь, которую они назвали «Параскеви» т. е. пятницей. Въ прежнихъ нашихъ мѣсяцесловахъ при имени св. Параскевы упоминалось и названіе Пятницы; церкви, ей посвященныя, до сихъ поръ называются пятницкими[8]. 28 октября, когда чтится память св. Параскевы, поселяне кладутъ подъ ея икону зеленые плоды и хранятъ ихъ до слѣдующаго года. Въ обѣтныя пятницы, собираясь праздновать въ одно назначенное мѣсто, они выносятъ образъ Параскевы-мученицы, [278]обвѣшанный платками и лентами. На дорогахъ, при распутіяхъ и перекресткахъ издревле ставились на столбикахъ небольшія часовни съ иконою св. Параскевы; часовни эти также назывались „пятницами“[9]. Въ другихъ мѣстностяхъ всѣ особенности, приписываемыя Пятницѣ, относятъ къ Пречистой Дѣвѣ; такъ бабы не прядутъ по пятницамъ, чтобы не запылить Богородицы, которая ходитъ тогда по избамъ; еще наканунѣ поэтому подметаютъ въ избахъ полы; шерсть, отъ которой нѣтъ пыли, позволяютъ прясть[10].

Припоминая, что пятница у другихъ европейскихъ народовъ въ языческую эпоху была [279]посвящена богинѣ Венерѣ или Фреѣ (dies Veneris, Vendredi, Frejtag), справедливо будетъ предположить, что въ приведенныхъ нами повѣрьяхъ скрывается темное воспоминаніе о древней языческой богинѣ. Подъ вліяніемъ христіанскихъ идей оно естественнымъ образомъ слилось съ священными представленіями новой религіи, подобно тому, какъ аттрибуты Перуна перенесены суевѣрнымъ народомъ на Илью пророка, а древнее поклоненіе Волосу перешло на св. Власія.

Пятницѣ приписываютъ вліяніе на здоровье, урожай хлѣба и плодородіе скота, почему во время падежей, моровой язвы и другихъ бѣдствій прибѣгаютъ къ ней съ мольбами, совершаютъ общественное богослуженіе и приносятъ очистительныя жертвы; въ народѣ ходятъ даже молитвы, сочиненныя въ честь св. Пятницы: онѣ носятся на шеѣ отъ различныхъ недуговъ или привязываются къ больной головѣ. Во время церковныхъ обрядовъ прежде выносили икону св. Параскевы, увѣшанную лентами, монистами, цвѣтами и душистыми травами: эти цвѣты и травы оставались въ церкви, и отваръ ихъ давали пить отчаянно-больнымъ, какъ вѣрнѣйшее средство къ исцѣленію. По народному повѣрью, кто [280]соблюдаетъ пятницу, у того не будетъ лихорадки. Въ Калужской губерніи при началѣ жатвы одна изъ старухъ, извѣстная по легкости своей руки, отправляется ночью въ поле, нажинаетъ одинъ снопъ, связываетъ его и до трехъ разъ то кладетъ, то ставитъ на землю, произнося слѣдующія слова: „Пятница-Параскева, матушка, помоги рабамъ Божіимъ (слѣдуютъ имена) безъ скорби и болѣзни окончить жатву; будь имъ заступница отъ колдуна и колдуницы, еретика и еретицы!“ Затѣмъ, взявши снопъ, она старается пройти до двора, не будучи никѣмъ замѣченною. На праздникъ Покрова дѣвицы, желающія выйти замужъ, обращаются съ просьбою о томъ къ Пятницѣ: „матушка Пятница-Параскева! покрой меня поскорѣе“[11]. Духовный регламентъ Петра Великаго упоминаетъ о совершавшемся въ народѣ символическомъ обрядѣ, указывающемъ на обожаніе Пятницы. „Слышится (читаемъ въ этомъ законодательномъ памятникѣ), что въ Малой Россіи, въ полку стародубскомъ, въ день уреченный праздничный водятъ жонку простовласую, подъ именемъ Пятницы, а водятъ въ ходѣ церковномъ, и при церкви честь оной отдаетъ народъ съ дары и со упованіемъ нѣкія пользы“.


ПримѣчаніяПравить

  1. Не почтила.
  2. Женская одежда (Опытъ обл. великор. словаря, стр. 269).
  3. Мочка—прядь льна или поскони (ibidem, стр. 117).
  4. Терещенко: Бытъ русск. народа, ч. VI, стр. 56; Чтенія Общ. Исторіи и Древн. Россійск., годъ 3-й, № 9, стр. 210, 221 и 224.
  5. Православн. Собесѣдникъ 1859 г., № 2, стр. 188.
  6. Акты Юридическіе, № 358; Акты Запад. Руси, т. IV № 22 у болгаръ также не прядутъ по пятницамъ (Архивъ историко-юридич. свѣденій, т. II, статья Буслаева, стр. 42).
  7. Сахарова: Сказанія рус. народа, т. II, стр. 97, 101; Снѣгирева: Простонар. русск. праздники, ч. I стр. 188—9; Терещенко: Бытъ русс. народа, ч. VI, стр. 56; Маякъ 1843 г., т. XII, стр. 7. и 1844 г., т. XIII. Вѣсти. Георг. Общества 1853 г., кн. 3, стр. 5; Полтавск. Губернск. Вѣдом. 1845, № 24—часть неоффиціальная; Абвега рус. суевѣрій, стр. 275.
  8. Православ. Собесѣдникъ 1859 г., № 2, стр. 196.
  9. Рязанск. Губерн. Вѣдомости 1846 г., № 6—часть неофф.; Макарова: Русскія преданія, ч. I. стр. 22—26; Терещенко: Бытъ русск. народа, ч. VI, стр. 58—59.
  10. Иллюстрація 1846 г., стр. 648—статья Даля; Воронежск. Губ. Вѣдом. 1851, № 11. Равнымъ образомъ и въ другіе праздничные дни запрещается прясть: это грѣхъ неотмолимый, но сматывать нитки и сучить ихъ не считается за грѣхъ. Женщины не оставляютъ пряжи на веретенахъ въ воскресенье и праздники, чтобы не рвались нитки. На масляницу не прядутъ, чтобы мыши не грызли нитокъ и чтобы холсты не были гнилыми. Въ Литвѣ, приготовляясь къ свѣтлому празднику, поселяне стараются прибрать и вычистить свои избы до страстного четверга, а съ этого дня до самой Пасхи не принимаются за эту работу, боясь, чтобы лежащему во гробѣ Христу не засорить глазъ; въ тоже время старательно прячутъ веретена и прялки и перестаютъ заниматься пряжею (Вѣстн. Геогр. Общества 1853, кн. I, стр. 60; Иллюстрація, годъ 2, стр. 262; Пузины: Взглядъ на суевѣрія, стр. 154; Ворон. Губерн. Вѣд. 1851 г., № 11; Черты изъ исторіи и жизни литовск. народа стр. 93).
  11. Снегирева: Простонар. русск. праздники, ч. IV, стр. 118; ч. I, стр. 48.


  Это произведение не охраняется авторским правом.
В соответствии со статьёй 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации не являются объектами авторских прав официальные документы государственных органов и органов местного самоуправления муниципальных образований, в том числе законы, другие нормативные акты, судебные решения, иные материалы законодательного, административного и судебного характера, официальные документы международных организаций, а также их официальные переводы; государственные символы и знаки (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и тому подобное), а также символы и знаки муниципальных образований; произведения народного творчества (фольклор), не имеющие конкретных авторов; сообщения о событиях и фактах, имеющие исключительно информационный характер (сообщения о новостях дня, программы телепередач, расписания движения транспортных средств и тому подобное).