Макбет (Шекспир; Кронеберг)/ПСС 1902 (ДО)/3
← Дѣйствіе второе | Макбетъ | Дѣйствіе четвертое → |
Оригинал: англ. The Tragedy of Macbeth. — Источникъ: ![]() |
Итакъ, ты — Гламисъ, Кавдоръ и король;
Ты — все, что вѣщія тебѣ сулили.
Боюсь, ты не безчестно ль велъ игру?
Однако, сказано: твоя корона
Не родственной достанется главѣ.
Не ты, а я — царей родоначальникъ,
И если правду говорятъ онѣ —
А какъ не вѣрить ихъ словамъ? Ихъ слово
Такъ оправдалось надъ тобою, Макбетъ! —
То почему бы имъ не быть и мнѣ
Оракуломъ, питающимъ надежду?
Но полно, то!... и болѣе ни слова!
Вотъ первый гость нашъ.
Безъ него
Не полонъ былъ бы нашъ великій праздникъ,
И пиръ бы не былъ въ пиръ.
Сегодня ночью
Друзьямъ торжественный даемъ мы ужинъ, —
Прошу пожаловать.
Мой долгъ прикованъ къ волѣ государя
Надежнѣйшими узами навѣкъ.
Вы ѣдете сегодня пополудни?
Да, государь.
А мы, было, хотѣли
Спросить у васъ въ сегодняшнемъ собраньи
Совѣта о дѣлахъ; но пусть до завтра.
Вы ѣдете далеко?
Вѣроятно,
Я раньше ужина не возвращусь —
И если конь не поспѣшитъ, придется
Проѣхать часъ-другой и темной ночью.
Прошу же не забыть насъ.
Не забуду.
Мы слышимъ, что преступные сыны
Въ Ирландію и Англію бѣжали
И, дерзко передъ всѣми отрицая
Жестокое отцеубійство, сѣютъ
Въ народѣ сказки. Но объ этомъ завтра:
Намъ надобно обдумать вмѣстѣ съ вами
Довольно важныя дѣла. Прощайте,
За ужиномъ увидимся опять.
Флинсъ ѣдетъ съ вами?
Да, со мной. Пора:
Мнѣ время дорого.
Счастливый путь!
Прошу вернуться къ намъ скорѣй. Прощайте.
(Банко уходитъ).
Вы всѣ свободны до семи часовъ.
Чтобъ тѣмъ живѣй бесѣдой насладиться,
Я остаюсь теперь одинъ. Прощайте.
(Лэди Макбетъ и придворные уходятъ).
Послушай, эй! Тѣ люди здѣсь?
Они стоятъ за воротами замка.
Введи-ка ихъ сюда. (Слуга уходитъ).
Зайти такъ далеко — немного значитъ;
Но твердо устоять на высотѣ…
Мой страхъ предъ Банко глубоко проникъ
Мнѣ въ сердце; въ царственной его натурѣ
Есть что-то поселяющее страхъ.
Онъ смѣлъ, и съ смѣлостью неукротимой
Въ немъ слитъ холодный умъ: онъ умѣряетъ
И въ вѣрный путь ведетъ порывы сердца.
Изъ всѣхъ живыхъ мнѣ страшенъ онъ одинъ.
Мой духъ подавленъ имъ, какъ былъ Антоній
Подавленъ Цезаремъ. Суровой рѣчью
Онъ требовалъ, чтобъ вѣщія сказали,
Что будетъ съ нимъ, когда онѣ сначала
Меня назвали королемъ — и сестры
Сказали: „ты царей — родоначальникъ!“
Мою же голову онѣ вѣнчали
Вѣнцомъ безрадостнымъ, мнѣ въ руки дали
Безплодный скиптръ: онъ будетъ достояньемъ
Чужихъ дѣтей. Такъ для потомковъ Банко
Я душу осквернилъ? Для нихъ зарѣзалъ
Дункана благодатнаго? Для нихъ
Я чашу мира отравилъ и продалъ
Мой вѣчный духъ врагу людского рода?
Чтобъ ихъ вѣнчать, вѣнчать потомковъ Банко?
Нѣтъ, этому не быть! Тебя зову я,
Судьба, на смертный поединокъ! Кто тамъ?
Ступай за дверь и жди — я позову.
(Слуга уходитъ).
Мнѣ помнится, вчера мы говорили?
Такъ точно, государь.
Ну что жъ, друзья?
Мои слова успѣли вы обдумать?
Вы знаете, что онъ васъ угнеталъ,
А я былъ вами обвиненъ напрасно.
Я объяснилъ вамъ все: какъ васъ ловили.
Кто разорилъ васъ, кто вамъ ставилъ сѣти,
Короче — все, что даже полдушѣ
И бѣдному уму сказало бъ ясно:
То — сдѣлалъ Банко.
Да, вы такъ сказали.
И намекнулъ вамъ кой о чемъ. Теперь
Поговоримъ подробнѣе о дѣлѣ.
Ужели вы такъ много терпѣливы,
Что все готовы позабыть? Такъ святы,
Что станете молиться о спасеньи
Благопріятеля за то, что онъ
Чуть не въ могилу васъ втопталъ и сдѣлалъ
Навѣки нищими?
Мы — люди.
Да,
И вы считаетесь въ числѣ людей,
Какъ пудель, шавка, гончая, ищейка,
Борзая, мопсъ — всѣ за собакъ слывутъ;
Но въ спискѣ доблестей различены
Лѣнивый, быстрый, хитрый и сердитый.
Стражъ дома и охотникъ смѣлый — всѣ,
Смотря по внутреннему свойству духа,
Какое каждому дала природа.
По немъ уже даютъ ему прозванье,
Отличное отъ пса. Такъ и съ людьми.
Да, если вы не изъ числа послѣднихъ
И мужество не спитъ въ васъ — вы скажите,
И дѣло вамъ я поручу, исполнивъ
Которое, отмстите вы врагу,
А королю окажете услугу.
Пока онъ живъ, я не дышу свободно,
И только смерть его мнѣ дастъ покой.
Меня удары и обманы свѣта
Такъ раздражили, что, на зло ему,
Не разбирая, я готовъ на все
И я съ судьбой боролся неудачно,
И жизнь мнѣ стала тяжела; я радъ
Нести ее опасностямъ на встрѣчу,
Чтобъ улучшить иль развязаться съ ней.
Вы знаете, что Банко былъ вашъ врагъ.
Да, правда, государь.
И мнѣ онъ врагъ,
Такой кровавый и смертельный врагъ,
Что каждый мигъ его существованья,
Какъ ножъ, впивается мнѣ въ жизнь. Конечно,
Я могъ бы отъ него освободиться
Открытой силою; но не хочу
Разстроить дружескія отношенья
Кой съ кѣмъ, кто другомъ былъ ему и мнѣ.
Придется даже пожалѣть о жертвѣ.
Имѣя столь глубокую причину
Скрыть это дѣло отъ лукавыхъ глазъ
Людской толпы, я прибѣгаю къ вамъ.
Мы, государь, исполнимъ вашъ приказъ.
И если бъ даже наша жизнь…
Я вижу мужество у васъ въ глазахъ.
Чрезъ часъ, не дальше, я васъ извѣщу,
Когда и гдѣ ихъ ловче подстеречь.
Покончить надо въ эту ночь, притомъ
Не очень близко отъ дворца,
Чтобъ на меня не пало подозрѣнье.
Флинсъ ѣдетъ съ нимъ. Равно необходимо
Нужна мнѣ смерть и сына, и отца.
Такъ чтобы не было потомъ оглядокъ,
Пусть участь онъ съ нимъ мрачную раздѣлитъ.
Рѣшайтесь! Я сейчасъ приду назадъ.
Рѣшились, государь.
Такъ обождите:
Я позову васъ. (Убійцы уходятъ).
Банко, рѣшено!
Когда, о Банко, небо суждено
Твоей душѣ, чрезъ краткихъ два часа
Она въ лучахъ взойдетъ на небеса!
Уѣхалъ Банко?
Что къ ночи возвратится.
Попроси
Его величество на пару словъ.
(Слуга уходитъ).
Что пользы намъ желать и все желать?
Гдѣ жъ тотъ покой, вѣнецъ желаній жаркихъ?
Не лучше ли въ могилѣ тихо спать,
Чѣмъ жить среди души волненій жалкихъ?
Ну что, мой другъ? Зачѣмъ ты все одинъ,
Все съ мрачной думою? Твоимъ мечтамъ
Пора бы въ гробъ, къ тому, о комъ мечтаютъ.
Чему помочь нельзя — къ чему жъ и думать?
Что сдѣлано, того не воротить.
Змѣю разсѣкли мы, но не убили;
Она сростется — и опять жива,
И мы опять должны въ безсильной злобѣ
Дрожать за жизнь. Но нѣтъ: скорѣй погибнетъ
Союзъ вещей и дрогнутъ оба міра,
Чѣмъ намъ нашъ хлѣбъ придется ѣсть со страхомъ
И спать во тьмѣ подъ гнетомъ мрачнымъ сновъ,
Гостей полуночи! Съ убитымъ нами,
Купившимъ миръ цѣной своей короны,
Спать легче, чѣмъ страдать въ душевной пыткѣ
Среди мученій злыхъ и безъ конца.
Дунканъ въ своей могилѣ: безмятежно,
Спокойно спитъ, онъ послѣ бури жизни.
Измѣна, ты взяла свое! Теперь
Ни ножъ, ни ядъ, ни братъ, ни чужеземецъ
Не посягнутъ ужъ на него.
Послушай, проясни свой дикій взоръ;
Будь веселъ и привѣтливъ: скоро ужинъ.
Я буду веселъ; будь, пожалуйста, и ты.
На Банко обрати твое вниманье;
Будь съ нимъ поласковѣй въ словахъ и взглядахъ.
Какъ тягостно, что мы еще должны
Потокомъ лести омывать нашъ санъ
И изъ лица слагать для сердца маску,
Чтобъ скрыть движенія души.
О, скорпіонами полна душа!
Ты знаешь: Банко, Флинсъ еще живутъ!
Но имъ безсмертье не дано.
Да, къ счастью.
Ихъ разрушаемость отрадна мнѣ.
Порадуйся: еще не встрепенется
Пустынный нетопырь и жукъ крылатый
Еще не прожужжитъ во тьмѣ ночной,
Летя на зовъ таинственной Гекаты,
Какъ страшный ниспадетъ ударъ.
Будь, милый другъ, въ незнаніи невинна;
Вкуси лишь сладкій дѣла плодъ. Скорѣй,
Слѣпая ночь — и мрачною завѣсой
Закрой глаза чувствительнаго дня!
Кровавою, невидимой рукой
Схвати и растерзай мои оковы —
Мнѣ душно въ нихъ! Уже блѣднѣетъ день;
Летитъ въ свою родную рощу воронъ;
Вздремнули добрыя созданья дня.
И духи тьмы несутся за добычей.
Дивишься ты моимъ словамъ? Пустое:
Посѣвъ былъ золъ, такъ и пожнемъ мы злое!
Да кто велѣлъ тебѣ пристать къ намъ?
Макбетъ.
Мы можемъ смѣло довѣрять: онъ знаетъ,
Зачѣмъ мы здѣсь — все разсказалъ подробно.
Такъ оставайся здѣсь. Еще играетъ
На западѣ вечерняя заря.
Коня пришпорилъ путникъ запоздалый,
Торопится доѣхать до ночлега,
И близко тотъ, кого мы ждемъ.
Я слышу топотъ лошадей.
Огня!
Эй! посвѣтите!
Которыхъ намъ не надобно, ужъ въ замкѣ.
Ихъ лошадей куда-то увели.
Ихъ поведутъ другой дорогой съ версту.
Онъ долженъ, какъ и всѣ, по парку,
Итти до самаго дворца пѣшкомъ.
Огонь!
Вотъ онъ!
За дѣло!
Ночью будетъ дождь.
Онъ ужъ идетъ!
Измѣна! Флинсъ, бѣги!
Бѣги, ты можешь отомстить! О, извергъ!
Кто погасилъ огонь?
Что жъ, развѣ худо?
Убитъ одинъ отецъ: сынъ убѣжалъ.
По лучшему-то мы и промахнулись.
Пойдемъ, доложимъ, что готово. (Уходятъ).
Вы знаете свои мѣста — садитесь.
Душевно рады всѣмъ.
Мы будемъ съ вами наравнѣ: хозяинъ
Самъ долженъ угощать своихъ гостей.
Хозяйка сѣла ужъ на тронъ: мы просимъ
Намъ слово ласковое подарить.
Скажите вы его; душевно рада
Привѣтствовать друзей.
Летятъ ихъ благодарныя сердца.
Столъ занятъ весь; мы сядемъ посрединѣ.
Ну, веселѣй! осушимъ круговую!
(Подходитъ къ убійцѣ).
Лицо твое въ крови?
Ей лучше на тебѣ, чѣмъ въ немъ. Совсѣмъ?
Поконченъ: горло пополамъ. Моя работа.
Ты лучшій изо всѣхъ головорѣзовъ. Но
Хорошъ и тотъ, кто разсчитался съ Флинсомъ,
И если это ты, такъ ты единственъ.
Флинсъ спасся бѣгствомъ, государь.
Итакъ,
Я боленъ вновь. Я былъ уже здоровъ;
Какъ мраморъ, твердъ и крѣпокъ, какъ скала;
Какъ воздухъ, свѣжъ и невредимъ и воленъ;
Теперь опять я связанъ и стѣсненъ,
И блѣдный страхъ опять ко мнѣ прикованъ.
Но Банко, вѣдь, навѣрно?
Не проснется —
Уснулъ во рву. На головѣ зіяютъ
Пятнадцать ранъ — слабѣйшая смертельна.
Благодарю. Такъ старый змій задавленъ,
А червь ушелъ — и будетъ ядовитъ,
Какъ зубы выростутъ. Теперь ступай.
Доскажешь завтра. (Убійца уходитъ).
Безъ добрыхъ словъ хозяина имъ скучно,
И пиръ похожъ на купленный обѣдъ.
Чтобъ ѣсть — покойнѣй оставаться дома;
Въ гостяхъ мы ждемъ радушную бесѣду
И ласковость; безъ нихъ не вкусенъ столъ.
Да, правда, милый другъ. Прошу васъ кушать;
Желаю веселиться на здоровье.
Угодно сѣсть вамъ будетъ, государь?
Будь съ нами здѣсь нашъ благородный Банко,
Здѣсь былъ бы собранъ королевства цвѣтъ.
Дай Богъ, чтобъ съ нимъ чего бы не случилось!
Пусть лучше пожуримъ его за лѣность.
Онъ слово данное забылъ. Угодно ль
Вамъ сдѣлать честь, присѣсть къ намъ, государь?
Мѣста всѣ заняты.
Да вотъ хоть здѣсь. Что съ вами, государь?
Кто это сдѣлалъ, лорды?
Что такое?
Меня ты въ этомъ уличить не можешь!
Къ чему кивать мнѣ головой кровавой?
Король нашъ боленъ. Встанемъ, господа.
Нѣтъ, не вставайте. Это часто съ нимъ
Случается. Прошу васъ, не вставайте.
Припадокъ мимолетенъ: двѣ минуты —
И онъ прошелъ. Оставьте, не смотрите:
Его лишь пуще раздражаютъ взгляды.
Не обращайте на него вниманья
И кушайте. (Макбету). И ты мужчина?
Да,
И смѣлый: я могу смотрѣть на то,
Предъ чѣмъ самъ дьяволъ поблѣднѣлъ бы.
Такъ!
Вотъ призраки ребяческаго страха —
Тотъ тѣнь-кинжалъ, что велъ тебя къ Дункану!
Признаться надо, эта дрожь и взгляды —
Пародія на истинный испугъ,
Прекрасны были бы у камелька,
Подъ говоръ сказки, на лицѣ старухъ.
Стыдись! Какъ искажаешь ты лицо!
И изъ чего? Что испугало? Стулъ?
Но посмотри — туда, туда! Что скажешь?
Что мнѣ до этого? Когда ты можешь
Кивать мнѣ головой, такъ говори.
Земля отвергла мертвецовъ: могилы
Ихъ шлютъ назадъ. Такъ пусть орловъ утробы
Гробами будутъ для людей!
Возможно ль
Такъ оробѣть?
Онъ былъ передо мною —
Клянусь тебѣ!
Стыдись!
Кровь проливали
Уже давно, когда еще законъ
Не охранялъ общественнаго мира,
Да и потомъ убійства совершались.
О нихъ и слышать тяжело; но встарь,
Когда изъ черепа былъ выбитъ мозгъ,
Со смертью смертнаго кончалось все.
Теперь встаютъ они, хоть двадцать ранъ
Разсѣкли голову, и занимаютъ
Мѣста живыхъ — вотъ что непостижимо,
Непостижимѣй самаго убійства.
Васъ гости ждутъ.
Ахъ, виноватъ, забылся!
Не удивляйтесь мнѣ, друзья: я боленъ, —
Припадки странные; но это вздоръ:
Домашніе давно къ тому привыкли.
Что жъ, выпьемъ за всеобщее здоровье!
Потомъ я сяду. Эй, вина!
(Слугѣ, который наливаетъ вино).
Полнѣе:
Я пью за здравіе всего стола
И Банко, друга моего. Какъ жаль,
Что съ нами нѣтъ его! Его здоровье
И всѣхъ любезныхъ намъ гостей!
Вамъ то же!
Исчезни! Прочь! Пусть гробъ тебя укроетъ!
Твой черепъ пустъ, и кровь охолодѣла.
Въ твоихъ сверкающихъ глазахъ нѣтъ зрѣнья.
Не удивляйтесь: это съ нимъ нерѣдко.
Мнѣ только жаль, что вечеръ нашъ разстроенъ.
На все, что можетъ человѣкъ, готовъ я.
Явись мнѣ грознымъ, разъяреннымъ львомъ,
Гирканскимъ тигромъ, сѣвернымъ медвѣдемъ,
Явись, чѣмъ хочешь ты — и я не дрогну.
Воскресни вновь и вызови въ пустыню
На смертный бой меня — не откажусь,
И если въ страхѣ отступлю на шагъ —
Зови меня игрушкою дѣвчонки!
Прочь, тѣнь ужасная! Прочь, ложный призракъ!
(Духъ исчезаетъ).
Исчезъ. Я снова мужъ! Не безпокойтесь.
Ты все веселье разогналъ; нашъ праздникъ
Нарушенъ недугомъ твоимъ. Ты страненъ.
Но эта тѣнь не тѣнь отъ лѣтней тучки,
И какъ ей странностью не поразить?
Не знаю — вѣрить ли своимъ глазамъ:
Ты смотришь на подобное видѣнье,
И кровь играетъ на твоемъ лицѣ,
Тогда какъ я отъ ужаса блѣднѣю.
Что за видѣнье, государь?
Молчите;
Вы видите, ему отъ часу хуже;
Онъ вдвое горячится отъ вопросовъ.
Разстанемся. Прощайте, доброй ночи.
Покойной ночи. Лучшаго здоровья
Его величеству!
Прощайте, лорды.
Онъ хочетъ крови: кровь за кровь. Случалось,
Что камни двигались и излетало
Живое слово изъ деревъ; гадатель
Не разъ отгадывалъ посредствомъ птицъ
Убійцъ непроницаемыя тайны.
Который часъ?
Почти уже свѣтаетъ.
И Макдуффъ, говоришь ты, отказался
Притти на праздникъ нашъ?
Ты звалъ его?
Отвѣтъ его узналъ я стороною.
Пошлю еще. У всѣхъ безъ исключенья
Я содержу шпіоновъ на мой счетъ.
Съ разсвѣтомъ я пойду къ волшебнымъ сестрамъ —
Пусть погадаютъ мнѣ еще: я все
Хочу узнать, не разбирая средствъ,
И всѣмъ пожертвую для нашей пользы.
Я такъ глубоко погрузился въ кровь.
Что все равно не стоитъ возвращаться
Плыву впередъ. Я кое-что задумалъ,
И быстро надо нанести ударъ.
Тутъ думать нечего.
Отрады всѣхъ существъ.
Мое тревожное себязабвенье —
Страхъ новичка. Душа еще не свыклась:
Для этихъ дѣлъ мы, просто, еще дѣти.
Твой взоръ сердитъ; ты сердишься, Геката?
И есть за что.
Не къ вамъ ли въ сѣть
Попалъ давно
Король Макбетъ?
Вы нарекли
Его царемъ
И завлекли
Обманомъ словъ
На путь грѣховъ.
Источникъ зла,
Царица чаръ,
Я вамъ дала
Мой тайный даръ.
Зачѣмъ же я
Отчуждена?
Зачѣмъ же я
Устранена?
Онъ безъ меня
Торжествовалъ,
Лукавый врагъ —
И Макбетъ палъ.
Вашъ трудъ пропалъ;
Онъ и безъ васъ
Былъ гордъ и золъ
И не для васъ
Къ убійству шелъ.
Въ немъ лучъ любви
И не для васъ
Давно погасъ,
Въ людской крови
Онъ весь погрязъ.
Едва лишь лучъ
Блеснетъ изъ тучъ,
Онъ вновь приметъ
Спросить судьбу.
Сквозь дымъ и паръ
Волшебныхъ чаръ
Увидитъ онъ
Грядущихъ лѣтъ
Неясный сонъ,
Невѣрный свѣтъ.
Пора! Лечу!
Съ моей луны,
Туманъ волны
Я захвачу.
Въ немъ дивный даръ
Волшебныхъ сновъ;
Искусствомъ чаръ
И тайныхъ словъ
Онъ призоветъ
Толпу духовъ;
Ихъ мрачный кругъ
Безсмертный духъ
Въ немъ омрачитъ.
Его судьба
Не устрашитъ,
Его борьба
Не утомитъ —
И онъ взойдетъ;
Но съ высоты
Онъ ниспадетъ
Отъ слѣпоты.
Лети сюда;
Я жду тебя!
Малютка-духъ
Меня зоветъ;
На облакахъ,
Меня онъ ждетъ.
Малютка мой,
Какъ легкій дымъ.
Летимъ съ тобой,
Летимъ, летимъ!
Первая вѣдьма. За дѣло же, сестры: она скоро воротится (Уходятъ).
Я намекнулъ вамъ кой на что — и только,
А дальше изъясняйте, какъ угодно.
Мнѣ только странно, какъ тутъ все случилось.
Макбетъ оплакивалъ Дункана — да,
Конечно, какъ не пожалѣть о мертвомъ?
Несчастный Банко ѣхалъ слишкомъ поздно.
Пожалуй, можно, коль угодно,
Сказать, что Флинсъ его убилъ: вѣдь, Флинсъ
Бѣжалъ. Не надо ѣздить слишкомъ поздно.
Кому не бросится въ глаза, какъ звѣрски
Малькольмъ и Дональбайнъ отца убили?
Ужасный грѣхъ! Какъ оскорбленъ былъ Макбетъ!
Не онъ ли, въ ярости благочестивой,
Убилъ убійцъ, рабовъ вина и сна?
Не благородный ли порывъ и умный?
Они, конечно, стали бъ отпираться:
Кого жъ не возмутили бъ ихъ слова?
Я думаю, онъ ловко свелъ концы,
И попадись ему сыны Дункана,
Но отъ чего да сохранитъ ихъ Богъ,
Онъ вѣрно показалъ бы имъ, что значитъ
Убить отца, и Флинсу не забылъ бы
Прочесть урокъ. Но лучше замолчимъ.
Вы слышали: за пару вольныхъ словъ
И за отказъ притти на пиръ къ тирану
Макдуффъ въ немилости? Вамъ неизвѣстно,
Гдѣ онъ теперь?
Дункана старшій сынъ,
Земель отцовскихъ истинный наслѣдникъ,
Живетъ при англійскомъ дворѣ; онъ принятъ
Такъ милостиво кроткимъ Эдуардомъ,
Что злость судьбы какъ-будто не касалась
Высокихъ правъ его. Туда-то Макдуффъ
Бѣжалъ молить святого короля
Помочь отечеству. Съ его войсками
И съ божьей помощью онъ возвратитъ
Намъ хлѣбъ насущный и ночной покой:
Исчезнетъ ножъ изъ дружеской бесѣды,
И будемъ вновь мы подъ законной властью
Служить, какъ честь велитъ. Всѣ эти вѣсти
Такъ заживо задѣли короля,
Что онъ готовится и ждетъ войны.
Не звалъ ли онъ къ себѣ Макдуффа?
Звалъ;
Но танъ отвѣтилъ наотрѣзъ; „не ѣду!“
И посланный, нахмуривъ мрачно брови,
Пробормоталъ, отворотясь: „постой!
Настанетъ часъ, когда ты пожалѣешь,
Что далъ такой отвѣтъ!“
Изъ этихъ словъ
Пусть онъ научится быть осторожнымъ,
Держать себя въ дали благоразумной.
Да будетъ ангелъ на его пути
Предтечей благодатнымъ! Край родной
Да будетъ вновь благословенъ Всевышнимъ
И исцѣленъ отъ тягостныхъ страданій
Въ когтяхъ проклятаго!
Аминь. (Уходятъ).