ЭСГ/Греция/История древней Греции/VII. Период эллинистический

Греция
Энциклопедический словарь Гранат
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Город — Греция. Источник: т. 16 (1912): Город — Греция, стлб. 510—688 ( скан ); т. 17 (1913): Греция — Дарвин, стлб. 1—55 ( скан )
Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные

VII. Период эллинистический. А) Македонские завоевания (357—323 гг.). Ни одно из греческих государств континента и островов не было достаточно сильно, чтобы осуществить объединение Греции. С бо́льшим, хотя тоже неполным, успехом объединение было произведено северным государством — Македонией с населением, родственным грекам и уже в V в. вступившим на путь эллинизации. Македония сделалась в 40-х годах IV века, благодаря обстоятельствам, в значительной мере коренившимся в ее внутреннем строе (сильная центральная монархическая власть, опиравшаяся на дворянство и свободное крестьянство), более могущественной в военном отношении, чем любое из греческих государств. Стремясь найти выход к морю, царь Филипп в 50-х и 40-х годах захватил большинство греческих колоний по Фракийскому побережью и на полуострове Халкидике. Далее, ему удалось утвердить свое влияние в Фессалии, а затем яко бы в качестве защитника Дельфийского храма вмешаться и в дела Средней Греции. В значительной части греческих государств образуются партии македонская и антимакедонская; так, в Афинах Демосфен (см.) был вождем антимакедонской партии, вербовавшейся по преимуществу из демократических элементов общества, а Эсхин, Фокион и др. были вождями партии македонской. Исократ являлся защитником македонских тенденций в литературе. Македонскую партию отнюдь не нужно представлять себе как партию, исключительно состоявшую из лиц, подкупленных Филиппом: здесь было много лиц, особенно из среды буржуазии, надеявшихся получить от царя родственного грекам племени обеспечение мира внутреннего и внешнего. Опираясь на свои военные силы, а также и на своих приверженцев внутри греческих государств, Филипп получил возможность справиться с соединенными силами Афин, Фив и большинства средне-греческих государств, где в это время торжествовали анти-македонские партии. Битва при Херонее в 338 г. кончилась полной победой Филиппа. На съезде в Коринфе Филипп заставил греческие государства объединиться в союз с центральным органом (синедрионом) из представителей союзных государств и с македонским царем во главе; в случае войны союзники должны были давать Филиппу определенное количество войска; внутреннее самоуправление союзникам в теории было сохранено, но Филипп обеспечил в демократиях неприкосновенность собственности буржуазии, на которую он опирался; на практике он во многих государствах установил правительства из сочувствовавших ему элементов и даже кое-куда ввел гарнизоны. Спарта, отказавшаяся примкнуть к союзу, была лишена значительной части своих владений и утратила всякое политическое значение. Филипп начал готовиться к борьбе с соперничавшей с ним по мощи Персией, но в 336 году погиб от руки убийцы. Однако, политику его неуклонно продолжал его сын Александр, решительно подавивший все враждебные Македонии движения в Греции (разрушение Фив в 335 г.). Вслед затем Александр предпринял грандиозный поход против Персии, кончившийся завоеванием этого огромного государства. Характеристика его завоеваний в Азии и Африке не входит в задачи этой статьи. Здесь достаточно отметить их значение для греков. Если и ранее избыток населения расселялся по побережью Средиземного моря, то завоевания Александра открыли грекам путь для поселения в Египте и в Передней Азии до области Окса и Яксарта (Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи) и до Инда; многие из городов, основанных Александром, постепенно превратились в важные торговые и культурные центры, где греки стали играть немаловажную роль. Что же касается Европейской Греции, то здесь Александр, отвлеченный своей широкой азиатской политикой, не имел возможности укрепить свое положение. Попытка его создать огромную эллино-варварскую монархию, где бы произошло слияние национальностей, не увенчалась успехом. Антимакедонское движение в Греции не исчезло. Еще в 333 г. спартанский царь Агис начал войну с Македонией, хотя и не имел большого успеха, т. к. очень немногие греческие общины решились оказать ему поддержку (Агис погиб в 330 г.). В Афинах противомакедонская партия на это время притаилась; руководство делами перешло в руки ее противников. Пользуясь миром, Афины имели возможность восстановить свою торговлю и упорядочить финансы (управление оратора Ликурга). Но зависимость от Македонии все же тяготила демократические элементы, привыкшие к полной самостоятельности.

Б) Греция в эллинистическую эпоху (ок. 323—200). Источниками для этого периода являются, главным образом, Юстин, Диодор (лишь до начала III в.), биографии Плутарха, а для III в. — Полибий; большое значение имеют надписи.

Эпоха после завоеваний Александра до римского завоевания получила название эллинистической. Общая характеристика ее выходит за пределы собственно греч. истории (см. Эллинизм). Здесь мы остановимся лишь на истории Европ. Греции этого времени.

Социальное равновесие не было достигнуто и в этот период; мир международный тоже не был установлен. Надежды, возлагавшиеся с эпохи Филиппа частью имущих классов греч. общества на Македонию, не оправдались: из монархии Александра возникло несколько государств, которые вели между собою непрерывную борьбу за преобладание. Шла не столько борьба народов, сколько борьба династов между собою. Династы вмешивали в свои междуусобия и греческие общины. Из монархии Александра постепенно образовалось три крупных государства, во главе которых стали сподвижники Александра, так наз. диадохи: Македонское, Сирийское (династия Селевка) и Египетское (династия Птолемея) и несколько менее значительных, — тоже со сподвижниками Александра во главе (Лисимах — во Фракии, Антигон — во Фригии, Евмен — в Каппадокии и Пафлагонии и проч.). Позднее образовалось небольшое, но богатое и культурное Пергамское царство в М. Азии. С 306 г. диадохи стали принимать царские титулы. Антигон в конце IV в. пытался занять среди них первенствующее положение, но потерпел поражение от коалиции из Селевка, Лисимаха, Птолемея и Кассандра (в битве при Ипсе 301 г. Антигон был побежден соединенными силами Селевка и Лисимаха, при чем и сам погиб).

В эту эпоху Греции приходилось более всего считаться с ближайшей своей соседкой — Македонией. Партии, существовавшие внутри греческих государств, искали опоры то в том, то в другом претенденте на македонский престол, а претенденты в свою очередь желали создать себе опору, давая посулы и обещания той или другой партии в греческих общинах. Так, после смерти Александра большинство греческих государств с Афинами во главе попытались освободиться от македонского ига, начав борьбу с наместником Александра в Македонии Антипатром (т. наз. Ламийская война 323—322 г.), но союз греков по обыкновению оказался непрочным и стал распадаться после первых же неудач. Антипатр вступил в сепаратные соглашения с отдельными общинами, опираясь на зажиточные классы и поддерживая антидемократические течения (в Афинах вводится имущественный ценз для полноправного гражданства). По смерти Антипатра (319 г.) боровшиеся за владычество в Македонии Полисперхон и Кассандр поддерживают, первый — демократию, а второй — олигархию. Во главе Афин с 318—308 г. находится ставленник Кассандра Димитрий Фалерский, поддерживавший здесь олигархию. Затем в роли защитников демократии и „освободителей“ Греции против Кассандра выступают новые претенденты на владычество среди диадохов Антигон (до 301 года) и его сын Димитрий Полиоркет. Во многих укреплениях Греции македонские властители держали свои гарнизоны. Неоднократно македонский гарнизон находился и в Аттике (преимущ. в Пирее); так, даже „освободитель Афин“ Димитрий Полиоркет держал здесь гарнизон с 294 г.; лишь после поражения Димитрия (288 г.) афиняне сделали попытку изгнать македонский гарнизон, которая, однако, кончилась неудачей. В других местностях Греции (например, в Коринфе) гарнизоны сына Димитрия Антигона Гоната (287—240) оставались, несмотря на то, что в самой Македонии Антигон имел соперников в лице Птоломея Керавна (280—276), а затем Пирра Эпирского (273—272). Во многих городах Греции Антигон поддерживал даже тираннию (Сикион, Аргос, Мегалополь и проч.). Эти смуты привели Грецию к страшному потрясению: в 279 году полудикие галлы, проникшие из северной Италии на Балканский полуостров, вторглись в Македонию и Грецию, произведя страшные опустошения; наконец, Антигон Г. нанес им поражение; галлы осели частью во Фракии, частью в М. Азии (Галатское царство).

Около 266 года Афины, пользуясь поддержкой Египта, Спарты и других государств, попытались свергнуть господство Македонии в Греции, но Антигон и тут вышел победителем (Хремонидова война 266—262 г.) и вновь ввел гарнизон в Афины. После этих событий политическая роль Афин сводится почти к нулю: они остаются лишь культурным центром. Главным торговым пунктом на Эгейском море уже с начала III века становится Родосская республика, ведшая особенно интенсивную торговлю с Египтом.

Бо́льшую независимость удалось сохранить тем греческим общинам, которые объединились в более прочные федеративные государства. Этим путем до некоторой степени удовлетворилась потребность в более твердой государственной власти, которая, как мы видели, так сильно ощущалась в Греции уже в первой половине IV века. Такие федерации создались в западной Греции, до сей поры отстававшей от восточной в своем политическом развитии. Эта отсталость отчасти даже была причиной успеха новых федеративных течений: здесь не успели образоваться значительные политические центры, подобно Афинам, Спарте, Фивам, которые могли бы иметь перевес над другими и, таким образом, нарушать равенство союзников. Такими федерациями были Этолийский союз в Средней Греции и Ахейский — в Пелопоннесе. Оба эти союза отличались от федераций прежнего времени — с Афинами, Спартой и Фивами во главе — равноправием своих членов (особенно в Ах. союзе); лишь силой покоренные общины могли испытывать некоторые ограничения. Центральные органы в союзах существовали лишь для охраны внутреннего и внешнего порядка. Верховная власть принадлежала в обоих союзах народным собраниям; здесь выбирались должностные лица и решались важнейшие дела. Участвовать в этих собраниях могли граждане зрелого возраста всех общин, входивших в состав союза. Голоса подавались по городам (во всяком случае, так было в Ах. союзе). Менее важные дела решались в совете, состоявшем из представителей от городов (организация совета яснее в Этолийском союзе, чем в Ахейском, где много спорного). Текущие дела вели должностные лица, избиравшиеся на год. Высшее из них в обоих союзах именовалось стратегом; он был президентом союза и главнокомандующим. В Ах. союзе при стратеге имелась еще особая коллегия дамиургов, а в этолийском, повидимому, — коллегия апоклетов. На общие нужды союзные общины делали денежные взносы и для военных действий выставляли контингенты войска. Этолийский союз охватывал преимущественно сельские местности, в состав Ахейского входили сравнительно значительные города. Фактически в обоих союзах, особенно же в Ахейском, преобладающее значение имели зажиточные люди, ибо лишь они могли часто являться в народные собрания и занимать высшие должности, которые не оплачивались. На значение интересов торгово-промышленных классов в каждом из союзов указывает также единство монетной системы, мер и веса, введенное в союзных общинах.

Этолийский союз уже в первой половине III века стал значительной политической силой в Средней Греции. Ахейский начинает играть роль в Пелопоннесе с половины этого века, когда его руководителем стал сикионец Арат (251—213 г.), многократно избиравшийся в стратеги. Целый ряд городов был освобожден ахейцами от македонских гарнизонов и от тираннов. Но дальнейшее расширение союза в Пелопоннесе встретило противодействие со стороны Спарты.

Это государство, как мы видели, переживало тяжелый социальный кризис. И вот, в средине III века здесь обнаруживается серьезное реформационное течение. Молодой царь Агис III, вступивший на престол ок. 245 г., задумал широкий план реформ, сущность которого сводилась к уничтожению долговых обязательств и к переделу земель с тем, чтобы наделить ими безземельных спартиатов и периэков. Уничтожение долговых обязательств было произведено, но аграрная реформа Агису не удалась вследствие противодействия правящей группы землевладельцев. Сам Агис был убит в 241 г. Однако, его план был возобновлен царем Клеоменом III (с 235 г.), который, чтобы сломить сопротивление правящей группы спартиатов, уничтожил эфорат, ставший в эту эпоху из демократического учреждения, каким он был в более древнее время, — органом небольшой кучки полноправных спартиатов. Клеомен произвел раздел земель между безземельными спартиатами и периэками, увеличив число полноправных граждан до 4-х тысяч и подняв военную мощь Спарты. Усиление Спарты и социальные реформы Клеомена напугали буржуазию, господствовавшую в Ахейском союзе. Начатая Клеоменом еще до его реформ продолжительная война с ахейцами теперь разгоралась с особой силой. Перевес оказался на стороне Клеомена. Тогда Ахейский союз (Арат) обратился за помощью к Македонии (царь Антигон Досон 229—219 г.), с помощью которой Клеомен был побежден (битва при Селласии 221 г.) и должен был бежать в Египет, где и погиб. Македония вновь вернула себе фактическое господство в Греции и даже в Ахейском союзе. Только Этолийский союз, Афины и Элида остались независимыми. Этолийцы пытались пошатнуть македонское преобладание. Но так наз. союзническая война (220—217 г.) этолийцев с преемником Антигона Филиппом V (219—179), действовавшим в союзе с ахейцами, не изменила положения. Однако, и преобладанию Македонии в Греции скоро пришел конец: у Македонии явился новый соперник. Это был Рим.