Библиотека (Вяземский)

3. Библиотека
автор Пётр Андреевич Вяземский (1792—1878)
См. Стихотворения 1826. Из цикла «Деревня». Опубл.: альм. «Литературный музеум». М., 1827, с подзаг. «Отрывок из стихотворения «Деревня». Источник: lib.ru



3. Библиотека


В хранилище веков, в святыне их наследства,
Творцов приветствую, любимых мной из детства,
Путеводителей, наставников, друзей.
Их пламень воспалил рассвет души моей;
Обязан вкусом им, занятьем и забавой,
Быть может — как узнать? — обязан буду славой.
Вергилий, друг полей и благодетель их,
Любить их, украшать и петь твой учит стих.
Гораций, всех веков по духу современник,
10 Поэт всех возрастов, всех наций соплеменник,
Которому всегда довольны, в смех и в грусть,
И учатся ещё, уж зная наизусть.
И жизнь исправил ты, и встретил смерть с улыбкой;
Мудрец незыблемый и царедворец гибкой,[1]
15 Ты льстил не приторно, учил не свысока,
И время на тебе не тронуло венка,
Который соплели веселье и рассудок
Из сладострастных роз и вечных незабудок.
Кипящий Марциал,[2] дурачеств римских бич!
20 Где ни подметил их, спешил стихом настичь;
И я тебе вослед намётываю руку
В безграмотную спесь и грамотную скуку.
Проперций[3] и Тибулл,[4] у коих в наши дни,
Педантам не во гнев, исхитил лавр Парни.[5]
25 Андрей Шенье![6] Певец и мученик свободы,
На плаху в жертву ты принёс младые годы
И полное надежд грядущее принёс,
Когда тиранов серп, во дни гражданских гроз,
Свирепо пожинал под жатвою кровавой
30 Всё, что грозило им иль доблестью, иль славой.
Так умирая, ты сказать со вздохом мог,
Что многого ещё хранил в себе залог.
Твой стих — неполный звук души в мечтах обильной.
Уныл и сладостен, как памятник умильный
35 Надежд, растерзанных под бурею судеб.
Феб древних алтарей и новых песней Феб
Животворят его согласным вдохновеньем.
По древним образцам романтик исполненьем,
Шенье! в трудах твоих решился бы тот спор,
40 Что к музам внёс вражду междоусобных ссор
И вечно без конца, как подвиг Пенелопы,
Не довершён ни мной, ни «Вестником Европы».
Руссо, враг общества и человека друг,
Сколь в сердце вкрадчив к нам сердечный твой недуг!
45 Писатель-Бриарей![7] Колдун! Протей-писатель![8]
Вождь века своего, умов завоеватель,
В руке твоей перо — сраженья острый меч.
Но, пылкий, не всегда умел его беречь
Для битвы праведной и, сам страстям покорный,
50 Враг фанатизма, был фанатик ты упорный.
Другим оставя труд костёр твой воздвигать,
Покаюсь: я люблю с тобою рассуждать,
Вослед тебе идти от важных истин к шуткам
И смело пламенеть враждою к предрассудкам.
55 Как смертный ты блуждал, как гений ты парил
И в области ума светилом новым был.
Плутарховых времён достойная Коринна,[9]
По сердцу женщина и по душе мужчина,
Философ мудростью и пламенем поэт,
60 Восторгов для тебя в нас недоступных нет,
Страстями движешь ты, умом, воображеньем;
Твой слог, трепещущий сердечным вдохновеньем,
Как отголосок чувств, всегда красноречив;
Как прихоть женщины, как радуги отлив,
65 Разнообразен он, струист и своенравен.
О, долго будешь ты воспоминаньем славен,
Коппет![10] где Неккеру, игре народных бурь
Блеснула в тишине спокойствия лазурь
И где изгнанница тревожила из ссылки[11]
70 Деспота чуткий ум и гнев, в порывах пылкий.
В сиянье, он робел отдельного луча
И, мир поработив владычеству меча,
С владычеством ума в совместничестве гордом
Он личного врага воюя в мненье твердом,
75 Державу мысли сам невольно признавал.
Осуществивший нам поэта идеал,
О Шиллер, как тебя прекрасно отражало
Поэзии твоей блестящее зерцало.
В тоске неведенья, в борьбе с самим собой,
80 Влечёшь ли ты и нас в междоусобный бой
Незрелых помыслов, надежд высокомерных,
Ты возвращаешь ли в унынье чувств неверных
,
На счастье данную,[12] сомнительный залог,
Который выплатить мир целый бы не мог;
85 Иль, гордыя души смирив хаос мятежный,
Мрак бури озаришь ты радугой надежной
И гласом сладостным, как звуком горних лир,
Врачуешь сердца скорбь и водворяешь мир
В стихию буйную желаний беспокойных,
90 Равно господствуешь ты властью песней стройных.

И вас здесь собрала усердная рука,
Законодателей родного языка,
Любимцев русских муз, ревнителей науки,
Которых внятные, живые сердцу звуки
95 Будили в отроке, на лоне простоты,
Восторги светлые и ранние мечты.
Вас ум не понимал, но сердце уж любило:
К вам тёмное меня предчувствие стремило.
Непосвященный жрец, неведомый себе,
100 Свой жребий в вашей я угадывал судьбе.
Ваш мерный глас мой слух пробудит ли случайно,
Ему, затрепетав, я радовался тайно.
Сколь часто, весь не свой, заслушивался я,
Как гула стройных волн иль песней соловья,
105 Созвучья стройных строф певца Елисаветы,[13]
И слёзы вещие, грядущих дум приметы,
В глазах смеющихся сверкали у меня,
И весь я полон был волненья и огня.
И ныне в возраст тот, как вкус верней и строже
110 Ценит, что чувствовал, когда я был моложе,
Умильно дань плачу признательности вам,
Ума споспешникам, прекрасного жрецам!
К отечеству любовь была в вас просвещеньем.
К успехам сограждан пылая чистым рвеньем,
115 Как силою меча, могуществом пера
Герои мирные, сподвижники Петра,
На светлом поприще, где он, боец державный,
В борьбе с невежеством, настойчивой и славной,
Ум завоевывал и предрассудки гнал,
120 Стяжали вы венец заслуженных похвал.
Но многим ли из вас расцвёл и лавр бесплодный?
Забывчивой молвой и памятью народной
Уважен, признан ли ваш бескорыстный труд?
К вам света хладного внимателен ли суд?
125 Не многих чистое, родное достоянье,
Нам выше светится во тьме благодеянье.
Наследовали мы ваш к пользе смелый жар
И свято предадим его потомкам в дар.
Пусть чернь блестящая у праздности в объятьях
130 О ваших именах, заслугах и занятьях
Толкует наобум и в адрес-календарь[14]
Заглядывать должна, чтоб справиться, кто встарь
Был пламенный Петров,[15] порывистый и сжатый,
Иль юной Душеньки певец[16] замысловатый.
135 Утешьтесь! Не вотще в виду родной земли
Вы звёзды ясные в окрестной тьме зажгли.


Между 1821 и 1826


Вариант

 


Вм. 45-52:

Царь мысли! Вождь умов, Вольтер красноречивый,
Хотя в наш строгий век, в наш век благочестивый
И придаёт тебя проклятью благодать,
Но каюсь: я люблю с тобою рассуждать.
Для битвы праведной и завлечённый страстью,
Враг фанатизма, сам ты под его был властью.






  1. Царедворец гибкой. Вяземский имеет в виду быстрое возвышение Горация благодаря дружбе с Меценатом; будучи незнатного происхождения, в юности трибун Брутова войска, республиканец и сатирик, он в зрелые годы приобрел репутацию первого поэта при дворе Августа.
  2. Марциал Марк Валерий (ок. 40 — ок. 104) — римский поэт-сатирик.
  3. Проперций Секст (ок. 50 до н. э. — ок. 15 н. э.) — римский поэт-лирик.
  4. Тибулл[см.].
  5. Парни[см.].
  6. Андрей Шенье, одна из прекраснейших жертв тирании Робеспьера и французского Конвента, кончил жизнь свою на плахе революционной два дни до низвержения Робеспьера и кровавого владычества, тяготевшего над Франциею. Готовясь на казнь, он, ударив себя в голову, сказал: «Однако же тут было что-то!» Вся поэтика его заключиться может в прекрасном его стихе из поэмы «Изобретение»:

    Sur des pensées nouveaux faisons des vers antiques.
    (Мы облекаем новые мысли в старые стихи). — Прим. авт.


    Шенье Андре Мари (1762—1794) — французский поэт; его последние слова упоминаются также в ст-нии Пушкина «Андрей Шенье» (1825).

  7. Писатель-Бриарей. Речь идет о Вольтере; Бриарей (греч. миф.) — титан с пятьюдесятью головами и сотнею рук.
  8. Протей[см.].
  9. Плутарховых времён достойная Коринна — Анна Луиза Жермена де Сталь (1766—1817) — французская писательница, автор романа «Коринна, или Италия» (1807). Плутарх (ок. 45 — ок. 127) — древнегреческий историк, автор «Сравнительных жизнеописаний», в которых он воссоздал идеализированные образы государственных деятелей.
  10. Коппет — поместье Неккера, в коем он кончил жизнь, ознаменованную блистательными и крупными переворотами политическими, и где славная дочь его укрывалась от опалы Наполеона. — Прим. авт.
  11. Изгнанница тревожила из ссылки. Конфликт с Наполеоном возник из-за выступления мадам де Сталь за права женщин, в частности против принципа нерасторжимости брака. Наполеон, заключивший в это время союз с папой, рассматривал выступления писательницы как антиправительственные.
  12. «Resignation», стихотворение Шиллера. — Прим. авт.
  13. Певец Елисаветы — Ломоносов.
  14. Адрес-календарь[см.].
  15. Петров Василий Петрович (1736—1799) — автор торжественных од.
  16. Душеньки певец — И. Ф. Богданович.