Сахалин (Дорошевич)/Храпы/ДО

Yat-round-icon1.jpg

Сахалинъ (Каторга) — Храпы
авторъ Власъ Михайловичъ Дорошевичъ
Опубл.: 1903. Источникъ: Дорошевичъ В. М. I // Сахалинъ. — М.: Товарищество И. Д. Сытина, 1903. — С. 275. Сахалин (Дорошевич)/Храпы/ДО въ новой орѳографіи


«Храпы» — вторая каста каторги.

Имъ хотѣлось бы быть «Иванами», но не хватаетъ смѣлости. По трусливости имъ слѣдовало бы принадлежать къ «шпанкѣ», но «не дозволяетъ самолюбіе».

«Храпы» не стоятъ того, чтобы надъ ними долго останавливаться. Это — тѣ же «горланы» деревенскаго схода. Когда въ тюрьмѣ случается какое-нибудь происшествіе, какая-нибудь «заворошка», храпы всегда лѣзутъ впередъ, больше всѣхъ горланятъ, кричатъ, ораторствуютъ, на словахъ готовы все вверхъ дномъ перевернуть; но когда дѣло доходитъ до «раздѣлки» и появляется начальство, «храпы» молча исчезаютъ въ заднихъ рядахъ.

— Ты что жъ, корявый чортъ? — накидывается на «храпа» тюрьма по окончаніи «раздѣлки». — Набухвостилъ, да и на попятную?

— А то что жъ? Одинъ я за всѣхъ впередъ полѣзу, что ли? Всѣ молчатъ, и я молчу.

И «храпъ» начинаетъ изворачиваться, почему онъ смолкъ при появленіи начальства. «Но зато пусть-ка еще разъ случится что-нибудь подобное, — онъ себя покажетъ!» Названіе «храпъ» слегка[1] насмѣшливое. Оно происходитъ отъ слова «храпѣть». И этимъ опредѣляется профессія храповъ: они «храпятъ» на все. Нѣтъ такого распоряженія, которое они сочли бы правильнымъ. Они въ вѣчной оппозиціи. Все признаютъ неправильнымъ, незаконнымъ, несправедливымъ. Всѣмъ возмущаются. Задали человѣку урокъ, хотя бы и нетрудный, посадили въ карцеръ, хотя бы и заслуженно, не положили въ лазаретъ, хотя бы и совсѣмъ здороваго, — «храпы» всегда орутъ (конечно, за глаза отъ начальства):

— Несправедливо!

Арестантскіе типы.

Каторгѣ, которая только и живетъ и дышитъ, что недовольствомъ, это нравится. Тамъ, гдѣ много недовольства, всегда имѣютъ успѣхъ говоруны. А каторга къ тому же любитъ послушать, если кто хорошо и «складно» говоритъ. Эта способность цѣнится въ каторгѣ высоко. Среди «храповъ» есть очень недурные ораторы. Я самъ слушалъ ихъ съ большимъ интересомъ, удивляясь ихъ знанію аудиторіи. Какое знаніе больныхъ и слабыхъ струнъ своей публики, какое умѣнье играть на этихъ струнахъ! Благодаря этому, «храпы» иногда, когда тюрьма волнуется ужъ очень сильно, пріобрѣтаютъ нѣкоторое вліяніе на дѣла. Они «разжигаютъ». И не мало тюремныхъ «исторій», за которыя потомъ тѣломъ и кровью расплатилась бѣдная, безотвѣтная «шпанка», возбуждено «храпами». «Шпанкѣ», по обыкновенію, влетѣло, а «храпы» успѣли во-время отойти на задній планъ.

«Храпы» по большей части вмѣстѣ съ тѣмъ и «глоты», т.-е. люди, принимающіе въ спорахъ сторону того, кто больше дастъ. Они берутся и защищать и обвинять, — иногда насмерть, — за деньги. Попался человѣкъ въ какой-нибудь гадости противъ товарищей, «храпы» за деньги будутъ стоять за него горой, на тюремномъ сходѣ будутъ орать, божиться, что другого такого арестанта-товарища поискать да поискать. Захочетъ кто-нибудь насолить другому, онъ подкупаетъ «храповъ». «Храпы» взводятъ на человѣка какой-нибудь поклепъ, напримѣръ, въ наушничествѣ, въ доносѣ, изъ своей же среды выставляютъ свидѣтелей, вопіютъ о примѣрномъ наказаніи. А тюрьма подозрительна, и человѣкъ, на котораго только пало подозрѣніе, что онъ донесъ, уже рискуетъ жизнью. И сколько жизней, ни за что ни про что загубленныхъ этой несчастной, темной, озлобленной тюрьмой, пало бы на совѣсть «храповъ», если бы у этихъ несчастныхъ была хоть какая-нибудь совѣсть.

Арестантскіе типы.

У «храповъ» бываетъ два большихъ праздника въ годъ, — весной и осенью, когда приходитъ «Ярославль» вывалить на Сахалинъ новый грузъ «общественныхъ отбросовъ». Тогда «храпы» орудуютъ среди новичковъ. Растерявшіеся новички, по неопытности, принимаютъ «храповъ» дѣйствительно за «первыхъ лицъ на каторгѣ», по повадкѣ даже путаютъ ихъ съ «Иванами» и спѣшатъ, при помощи денегъ, заручиться ихъ благоволеніемъ.

Въ обыкновенное же время «храпы» живутъ на счетъ «шпанки». Эта бѣдная, безпощадная, беззащитная арестантская масса дрожитъ передъ наглымъ, смѣлымъ «храпомъ».

— Ну, его! Еще въ такую кашу втюритъ, — костей не соберешь!

И откупается.

ПримѣчаніяПравить

  1. Выделенный текстъ присутствуетъ въ изданіи 1903 года, но отсутствуетъ въ изданіи 1905 года.