Открыть главное меню

Цитрония (Гейне; Линдегрен)

Цитрония
автор Генрих Гейне (1797—1856), пер. А. Н. Линдегрен (?—1911)
Язык оригинала: немецкий. Название в оригинале: Citronia («Das war in jener Kinderzeit…»)[1]. — Источник: Полное собрание сочинений Генриха Гейне / Под редакцией и с биографическим очерком Петра Вейнберга — 2-е изд. — СПб.: Издание А. Ф. Маркса, 1904. — Т. 6. — С. 74—76.. Цитрония (Гейне; Линдегрен) в дореформенной орфографии


Цитрония


Я помню детские года —
Носил я платьице тогда;
То было в детстве, было встарь;
Учить я начинал букварь
И в школе был один мальчонок
Среди двенадцати девчонок.
Малютки здесь на все лады
Зубрили кое-как склады.
В светёлке нашей по утрам
10 Шёл настоящий птичий гам.
Учились эти все вострушки
У Гиндерманс, седой старушки.
Она внушала детям страх,
С длиннейшим носом и в очках,
15 Ну точно старая сова!
У ней тряслася голова
И розгу страшную, бывало,
Она из рук не выпускала.
А вспорет так, что ой-ой-ой!
20 Поднимут ребятишки вой…
Да, на земле, нам в назиданье,
Прекрасное обречено страданью.

«Цитрония» — волшебный край
Так я назвал, что невзначай
25 У старой Гиндерманс узрел,
Когда на солнце он горел.
Местечко было идеально,
Лимонно-жёлто и овально,
Так мягкостью пленяло взор,
30 Хоть был и гордый в нём задор.
Как раз твой образ, ну, ей-ей,
О, первый цвет любви моей!
И этот нежный идеал
Я с той поры не забывал.
35 За детством юность миновала,
Там зрелых лет пора настала.
Тогда — о, чудо из чудес! —
Мой детский сон опять воскрес.
Теперь предстал он предо мною
40 Осуществлённою мечтою.
Я счастлив, я безумно рад,
Заслышав пряный аромат.
Но — горе мне! — что в этом толку?
Коль чёрный занавес из шёлку,[2]
45 Дурацкий лоскуток один,
Который тоньше паутин,
Сокрыл от глаз моих мой рай,
Цитронию, волшебный край!

Томиться я напрасно стал,
50 Как злополучный царь Тантал.
Меня дразнило наслажденье
И ускользало в то ж мгновенье.
Как будто близок сочный плод,
А смотришь, он из рук уйдёт!
55 Я проклинаю червяка,
Что выпрял шёлк для лоскутка,
Я проклинаю и того
Ткача, злодея моего,
Что выткал занавес злосчастный,
60 Которым скрыт эдем прекрасный,
Весь в блеске солнца дивный рай,
Цитрония — волшебный край!

Порой бесплодное томленье
Меня приводит в исступленье.
65 Рукою дерзкой я готов
Откинуть шёлковый покров
И сердца моего отраду
Схватить, преодолев преграду.
Но страшен мне такой почин,
70 Чему есть множество причин.
Теперь порывы в этом роде
И необузданность — не в моде.


Послесловие.

Прочитаете позднее
Вы в других местах яснее
75 И поймёте в чём тут сила,
Что Цитрониею было.
Но разгадан кем поэт,
Тот не выдаёт секрет.
Ведь искусство — что такое,
80 Как не сине-голубое
Дыма облако? Цветок
Голубой, что одинок,
В романтичности чудесной,
Цвёл когда-то в звуках песней
85 Офтердингера[3] — вопрос:
Что он был? Быть может, нос
Синий тётушки поэта,
Умершей вдали от света
От чахотки? Иль он той
90 Был подвязкой голубой,
Что нечаянно упала
При дворе, в разгаре бала,
С ножки дамы в контрдансе?
Honny soit qui mal y panse![4]




Примечания

  1. Написано, вероятно, между 1852 и 1855 годами. В издании 1869 году издатель Адольф Штродман счёл стихотворение неприличным и лишь процитировал в предисловии строки 85—98 (строки 79—94 этого перевода). Полностью опубликовано лишь в 1913 году (Йоносом Франкилем, Walzel III, 412—414).
  2. Коль чёрный занавес из шёлку и т. д. Это чёрная повязка, которую Гейне носил на глазах во время болезни (прим. П. И. Вейнберга).
  3. Генрих фон Офтердингер, один из немецких минезингеров. «Голубой цветок» в его песнях — символ романтической мечтательной грусти (прим. П. И. Вейнберга).
  4. фр. Honny soit qui mal y panse! (Позор тому, кто дурно об этом подумает!) — девиз английского ордена Подвязки. Гейне здесь пересказывает известную легенду о возникновении этого ордена (прим. редактора).