Занавески (Верхарн; Фёдоров)

Занавески
автор Эмиль Верхарн (1855—1916), пер. Василий Павлович Фёдоров
Оригинал: французский. — Из цикла «Э. Верхарн. Стихи в переводах В. Федорова. (1922)». Перевод опубл.: 1922. Источник: Э. Верхарн. Стихи. Перевод В. Федорова. — Москва: Государственное издательство, 1922. — С. 31—33.


Занавески





На занавесках голубых
Химеры вышиты красиво.
Сквозь злость насмешек их пустых
Глядится небо молчаливо.

Язвят их длинные извивы
Покой равнины шерстяной,
Волной прозрачно-голубой
Вниз упадающей лениво…
Химеры эти сердце ранят…

Равнины, суждено ль покой
Найти мне, в ваших плавных тканях?

Вы, ткани добрые, спокойные, как руки,
О, как бы вы могли утишить боль сердец
Отравленных скупым рыданьем муки,
Когда б не заплелся на вас венец
Химерных вышивок, блестящих безобразно
Сквозь шелк и золото отточенных когтей
Размахом крыльев яростно-алмазным…

Химеры, злобные — и выпуклы и резки, —
Кустарники сверкающих камней —
Всползли на плавные поляны занавески.

Они приковывают взгляд
Враждебным блеском в час тревожный,
Мерцаньем трепетным и ложным
Их когти острые горят.
Как звезды из-за хмурой тучи,
Причуды их миражны и летучи…

Чудовища сплетенные из ниток,
Игра затейная, из перламутра свиток,
Из блестков золота, закованных в узоре,
Скажите: отчего боюсь я взлетов их
И глаз, подобных гроздьям молний в море,
Вонзающимся в волны, словно крик?

Зачем они скользнули в ткани,
Такие четкие? Ужель, — чтоб душу ранить

На занавесках старых, плавных
Я различал в былые дни
Цветы, каких-то птиц забавных,—
И, светло-алые, они
В садах из шелка пролетали,
И в сердце, полное печали,
Покой и радость проливали…

На голубых и молчаливых,
Как небо, занавесках этих
Вдруг злобно выросли извивы
Химер… О, кто же мне ответит:
Зачем они пронзили ткани?

Узор кошмарный душу ранит…
Душа в плену у шелковистых
Чудовищ этих золотистых.

Когтистым клювом злобной пасти
Душа разорвана на части…
Под взмахом их огнистых крылий
Душа в агонии бессилий…
Мои ль безумства и печали
На занавесках здесь восстали?

О, пытка ужаса!.. Терзанья
Невыразимого страданья:
Моя душа заключена
В лохмотья этой занавески,
Что блесток пагубных полна…

Так… Четко-выпуклы и резки,
Химеры вышиты по ткани голубой, —
Они качаются размерно, как прибой…
Бессилен я… Все безнадежно-грозно…
Мне не найти покоя, — слишком поздно!