Гагедорн (Гербель)/НП 1877 (ДО)

Yat-round-icon1.jpg
Гагедорнъ
авторъ Николай Васильевичъ Гербель (1827—1883)
Изъ сборника «Нѣмецкіе поэты въ біографіяхъ и образцахъ». Источникъ: Нѣмецкіе поэты въ біографіяхъ и образцахъ / Подъ редакціей Н. В. Гербеля — СПб: Въ типографіи В. Безобразова и К°, 1877. — С. 54—55 (РГБ).

Гагедорнъ.

[54] Фридрихъ фонъ-Гагедорнъ родился 23-го апрѣля 1708 года въ Гамбургѣ, гдѣ и получилъ прекрасное обралованіе подъ руководствомъ своего отца, замѣчательно-образованнаго человѣка, въ домѣ котораго сходились всѣ болѣе или менѣе извѣстные представители литературы того времени живші евъ Гамбургѣ. Подобное общество положило прочное начало развитія впечатлительнаго ребёнка, и хотя на пятнадцатомъ году жизни онъ лишился отца, но характеръ его дальнѣйшей жизни уже намѣтился безповоротно. Кончивъ курсъ въ мѣстной гимназіи, молодой Гагедорнъ вступилъ въ Іенскій университетъ, думая посвятить себя изученію правъ; но поэтическая натура воспротивилась занятіямъ сухою юриспруденціей. Литература и весёлая жизнь съ товарищами влекли къ себѣ молодого человѣка болѣе чѣмъ слушаніе университетскихъ лекцій. Кутежи скоро заставили его надѣлать долговъ, а за ними послѣдовало шестимѣсячное тюремное заключеніе, во время котораго онъ по собственнымъ словамъ болѣе всего успѣлъ въ развитіи поэтическаго таланта. Кончивъ затѣмъ кое-какъ университетскій курсъ, Гагедорнъ вернулся въ свои родной Гамбургъ, а потомъ отправился въ Лондонъ, гдѣ получилъ мѣсто приватнаго секретаря при датскомъ посольствѣ. Здѣсь познакомился онъ съ англійскимъ языкомъ и литературою, не мало повліявшими на характеръ его собственной литературной дѣятельности. Вернувшись въ 1733 году опять въ Гамбургъ, онъ получилъ конторское мѣсто при одномъ богатомъ торговомъ домѣ, благодаря чему могъ спокойно и комфортабельно устроить свою жизнь, а также поддерживать знакомство съ лучшими представителями литературы того [55] времени. Къ этой эпохѣ принадлежитъ и самая блестящая пора его собственной литературной дѣятельности. Гагедорнъ умеръ 28 октября 1754 года отъ подагры, едва достигнувъ сорока семи лѣтъ. Поэтическій талантъ Гагедорна былъ болѣе многостороненъ, чѣмъ глубокъ. Онъ одинаково пробовалъ свои силы въ лирическомъ, дидактическомъ и эпическомъ родѣ. Первый родъ однако удался ему болѣе прочихъ. Ещё будучи въ Англіи и изучая ея серьёзную литературу, онъ стремался душою болѣе къ свѣтлому, лёгкому міросозерцанію и преимущественно сочинялъ оды и пѣсни. Горацій былъ его идеаломъ. Впрочемъ, самостоятельный талантъ спасъ его отъ подражанія, а равно и отъ опасности сдѣлаться придворнымъ поэтомъ и писать оды на случай, чего не избѣжали многіе изъ его современниковъ. Хотя внѣшнюю форму своихъ произведеній Гагедорнъ заимствовалъ у французовъ, но въ выраженіи, вкусѣ и характерѣ остался вполнѣ національнымъ нѣмецкимъ поэтомъ.

Первые поэтическіе труды Гагедорна появились въ 1729 году, но въ нихъ было ещё весьма мало самостоятельности, заслужившей ему позднѣйшую извѣстность. Слѣдующіе сборники, появлявшіеся въ течегіе 1738—1747 годовъ, показали, съ какой пользой для развитія таланта употребилъ онъ годы своей страннической жизни. Стихъ его, бывшій до этого тяжолымъ и подъ-часъ неловкимъ, выработался до удивительной простоты и ясности. Его вполнѣ поэтическія пѣсни замѣчательно поддавались перекладкѣ на музыку — и это обстоятельство не мало способствовало ихъ популярности. Свѣтлый взглядъ на жизнь, замѣчательное добродушіе и острый, но безвредный споръ составляютъ ихъ отличительный характеръ, почему Гагедорнъ болѣе всѣхъ другихъ заслуживаетъ имя поэта весёлой компаніи. Его пѣсни «Къ радости», «Къ вину» и многія другія безспорно лучшіе образцы такого рода поэзіи. Даже произведенія обличительнаго свойства, въ которыхъ не нало нуждался тогдашній складъ жизни, пропитаны подъ перомъ Гагедорна какимъ-то свѣтлымъ, примиряющимъ элементомъ. Любовь нашла въ его произведеніяхъ также достойнаго выразителя, хотя въ этомъ родѣ не слѣдуетъ въ нёмъ искать глубины и силы. Вѣрный призванію видѣть всё въ розовомъ свѣтѣ, онъ провёлъ этотъ характеръ сквозь всѣ свои произведенія и потому особенно хороши его обращенія къ красотѣ пріроды, гдѣ талантъ его могъ всецѣло предаваться изображенію изящнаго, не встрѣчая на пути печальныхъ картинъ нужды и горя, часто невольно прекращающихъ свѣтлое настроеніе поэта, взявшагося изображать человѣческое ссрдце и вседневную жизнь.