Ёлка на могиле (Чюмина)/1889 (ВТ:Ё)

Ёлка на могиле
автор Ольга Николаевна Чюмина (1864—1909)
См. Оглавление. Из цикла «Поэмы и стихотворения исторического содержания». Дата создания: 1887, опубл.: 1889. Источник: О. Н. Чюмина. Стихотворения 1884—1888. — С.-Петербург: Типография А. С. Суворина, 1889.

Редакции



ЁЛКА НА МОГИЛЕ


Наступил и канун Рождества. В небесах
Засветилися звёзды, мерцая;
Городок оживился; в старинных церквах
Подходила к концу всенощна́я.

Заструилось из окон сиянье огней
Разукрашенных праздничных ёлок…
А мороз на дворе становился сильней —
Словно тысячью мелких иголок

Он впивался в лицо, осыпал серебром
10 Ветви тёмных, раскидистых вязов,
Расстилался в полях белоснежным ковром,
Что сверкал миллионом алмазов…

Всюду ёлки зажглись. Всюду — праздник детей,
Лучезарные детские глазки,
15 Оживленье и говор, и груды сластей,
И подарки, и нежные ласки.

Всюду ёлки зажглись. Засияли огни
В бедняка неприглядном жилище
И в домах богачей. Засветились они
20 Даже там, на далёком кладби́ще…

Там горят огоньки; у подножья креста,
Над могилою детской, рыдая,
Наклонилася мать, и несчастной уста
Тихо шепчут: — «Я здесь, дорогая!

25 Ты меня заждалась, ты заснуть не могла,
Убаюкана буйной метелью?..
Не скучай же теперь: видишь! мама пришла,
Мы справляем твоё новоселье…

Как блестят огоньки! Как нарядна, взгляни,
30 Эта ёлка! Своими руками
Я её убрала, как в минувшие дни, —
Полюбуйся её огоньками.

Помню я, как меня, три недели назад,
Ты спросила: «А ёлка не скоро?»
35 И страданье моё я укрыла навряд
От пытливого детского взора.

Ты шепнула, прижавшись к лицу моему:
— Не горюй!.. (я рыдала беззвучно)
Я на небо иду, чтоб папа́ одному
40 Там без нас не казалося скучно. —

О, голубка моя! Задыхаясь, в бреду,
Ты ласкалась ко мне, как бывало,
Вспоминая порою, как в прошлом году
Мама ёлку тебе убирала…

45 Видишь, ёлка твоя и теперь зажжена,
Что ж на зов мой нейдёшь ты, родная?
Не встречаешь меня и, веселья полна,
Не смеёшься, меня обнимая?»

И к холодной плите приникала опять,
50 Будто слова любви ожидая,
И склонялась над ней одинокая мать,
Безутешно и горько рыдая.

Не откликнется, — нет! Всё безмолвно кругом,
Тихо всё… Только звёзд мириады
55 Разгораются ярче на небе ночном,
Как во храме святые лампады.

В серебристом сияньи холодной луны
Снеговые белеют равнины,
И невольно в душе, будто смутные сны,
60 Воскресают былого картины.

Вспоминаются ей годы детства её,
Невозвратные, чудные годы,
Круг старинных друзей и родная семья,
И простор деревенской свободы.

65 Необъятная ширь золотистых полей,
Вид на реку с балкона усадьбы,
Дорогое лицо в полумраке аллей,
Оживленье весёлое свадьбы.

Вспоминаются ей: жизнь в далёком краю,
70 И рождение маленькой Нины,
Расставанье… война… гибель мужа в бою,
И тяжёлые годы кручины…

Лишь ребёнок её от отчаянья спас,
И, заплакав при взгляде на Нину,
75 Вся дочурке она с той поры отдалась,
Не умея любить вполовину…

Восемь лет протекло… и за что же опять
Это новое горе, о, Боже?..
Так нежданно, так скоро навек потерять
80 То, что в мире всего ей дороже!

И не видит она, задыхаясь от слёз,
Потрясённая нервным ознобом,
Что метель началась, и крепчает мороз,
Наметая сугроб за сугробом.

85 То не снежная пыль поднялася столбом,
Закружилася между крестами —
Это ангелов рать над могильным холмом
Тихо веет своими крылами…

То не ветер шумит, и не стон раздался
90 Заунывной тоскливой метели —
Это — ангелов песнь, это — их голоса,
Их одежды кругом забелели!

Ближе… ближе… летят… Кто же там впереди,
В одеянии светлом, с крылами,
95 Улыбается ей?.. — Подожди, подожди! —
И к возлюбленной тени руками

Жадно тянется мать, но, бессильно скользя,
Опускаются слабые руки…
«Замерзает никак? Чтой-то! Этак нельзя!..»
100 Раздалися ворчливые звуки.

Кто-то поднял её… яркий свет фонаря
Ей ударил в лицо, и со стоном
Вдруг очнулась она. Что-то ей говоря,
Сонный сторож, с лицом изумлённым,

105 Наклонился над ней: — Встань, сударыня… эх!
Чуть не кончилось дело бедою…
Я маленько вздремнул… Экий, Господи, грех!
Там из дому пришли за тобою. —

Огляделась она. Видит: ёлка лежит,
110 Занесённая снегом пушистым,
Вновь утихла метель, и на небе горит
Яркий месяц серпом серебристым.
1887 г.