Yat-round-icon1.jpg

Баалъ
Энциклопедическій лексиконъ
Brockhaus Lexikon.jpg Словникъ: Б — Барремъ. Источникъ: т. IV: Б—Бар, с. 2—3 ( сканъ · индексъ ) • Другіе источники: БСЭ1 : БЭАН : БЭАН : ЕЭБЕ : МЭСБЕ : ЭСБЕ : RE : Britannica (9-th) : Britannica (11-th) : DIЭЛ/ДО/Баал въ новой орѳографіи


[2]БААЛЪ, Балъ, по другому произношенію Беэлъ, Белъ, по Византійскому и Русскому выговору Ваалъ, въ Латинскомъ правописаніи Baal и Bal, — слово, общее всѣмъ языкамъ Семитическимъ, или Арабскаго корня, значитъ собственно «господинъ» и «мужъ», то есть, господинъ своей жены, а въ религіозномъ смыслѣ «Господь», то же, что наше слово «богъ», которое также значило «господинъ» и владѣлецъ. То самое слово Баалъ, употребленное какъ глаголъ, значило — господствовать и владѣть.

«Баалъ» есть названіе главнаго бога Финикіянъ и Карѳагенцевъ, переданвре вамъ Библіею и языческою древностью, которыя часто упоминаютъ о почитаніи его, какъ особеннаго миѳологическаго бога. Но можно заключать съ достовѣрностью, что писатели, которые говорили объ этомъ, ошибались касательно настоящаго смысла и самого слова и догмата: божество, которому они даютъ имя Баала, называлось, кажется, Мелькеретъ или Мелькартъ, какъ-то видно изъ Мальтійской надписи: Мелькартъ Баалъ Цуръ, «Мелькартъ, господинъ, или богъ (города) Тира», и что Слово Баалъ употреблялось въ общемъ смыслѣ Бога, особенно съ опредѣленнымъ членомъ, га Баалъ, какъ въ Италіянскомъ il Dio или Iddio. Первоначально Баалъ былъ, вѣроятно, то же, что Эль, Элогъ или Адонаи у сосѣдственныхъ Евреевъ, то есть, Богъ единый, творецъ н Господь вселенной, тѣмъ болѣе, что оба слова Баалъ и Адонаи одинаково значатъ — господинъ: разницу между ими можно полагать въ томъ, что Евреи, при почитаніи Адоная, отвергали всякое матеріяльное изображеніе отвлеченной идеи Всемогущаго Божества, выражаемаго этимъ именемъ, тогда какъ Финикіяне допускали возможность представлять ее символически, посредствомъ кумировъ, что по необходимости должно было вовлечь ихъ въ идолопоклонничество и установленіе обрядовъ, часто жестокихъ и безчеловѣчныхъ, согласно духу времени и характеру народа. Связь эта между Бааломъ и Эль, или Адонаи, объясняетъ весьма простымъ образомъ многократныя вторженія богопочитанія Баалова между Іудеевъ, которые вообще были къ нему склонны, а въ Самаріи и рѣшительно ему предавались: повидимому, это была одна и та же идея, только здѣсь совершенно умственная, а тамъ облеченная въ вещественныя формы изображеній и обрядовъ. Какъ бы то ни было, богопочитаніе Баалово, особенно подъ конецъ и въ Карѳагенѣ, превратилось въ настоящее язычество и идолопоклонничество, и, кажется, относилось преимущественно къ богу Мелькарту, Молоху.

Какъ Евреи со словомъ Эль, Греки со словомъ Ѳеосъ, и потомъ Аравитяне со словомъ Аллахъ, такъ точно Финикіяне и Карѳагенцы со словомъ Баалъ соединяли разныя другія, для составленія собственныхъ именъ: Аннибалъ, по Пуническимъ надписямъ Ханни-Баалъ, значитъ «милость Бога», и есть то же самое имя, что у Аравитянъ Лутфъ-Аллахъ; Аздрубалъ, правильнѣе Азрубалъ, или Газру-Баалъ, «помощь Бога»; Иѳвалъ, правильнѣе Итобаалъ, «съ нимъ Богъ», почти то же, что Эммануэль, у Евреевъ, и прочая. Евреи среднихъ вѣковъ употребляли слово Баалъ въ значенiи Христіанскаго Бога, и еще болѣе въ Христіанскомъ [3]смыслѣ слова «святой», напримѣръ Баалъ Доминикъ, Св. Доминикъ.

Бывъ дурно понимаемо древними писателями, слово Баалъ, особенно въ соединеніи съ другими, часто подавало имъ поводъ къ ошибочнымъ и сбивчивымъ извѣстіямъ о Миѳологіи Финикіянъ. Санхоніатонъ утверждаетъ, что они почитали солнце «единымъ Господомъ неба», называя его Баалъ-саменъ или Беэль-саменъ (что значитъ только «господинъ неба»), и что этотъ Беэлъ-саменъ то же, что Зевесъ Грековъ (см. также слово Бальсамъ); Сервій полагалъ, что Баалъ есть Сатурнъ, и т. п. Въ томъ нѣтъ сомнѣнія, что Финикіяне и Сирійцы обожали солнце: Иродіанъ говоритъ это положительно, и въ Пуническихъ и Пальмирскихъ надписяхъ часто встрѣчаются Баалъ-шемесъ и Баалъ-шамаимъ, господь Солнце и господь Небеса, но это еще не доказываетъ, чтобы Баалъ было употреблено здѣсь въ смыслѣ того главнаго божества Финикійской Миѳологіи, о которомъ говорится въ Библіи и у писателей классической древности.

Слово Баалъ или Беэль попадается также въ составѣ другихъ именъ, миѳологическихъ и географическихъ; напримѣръ, Беэлъ-зебубъ, богъ мухъ, нѣчто въ родѣ Греческаго «Зевса мухогонителя», о которомъ говоритъ Павзаній, и «Геркулеса мухогонителя» ἁπόμυιος, μυίαγρος (Вельзевуѳъ); Беэль Пеоръ, богъ Пріапъ; Баалъ-Веккъ, Бальбекъ, Ваалъ-Гаммонъ, Баалъ—Ѳамаръ, Баалъ-Гадъ, извѣстные библейскіе города, и т. д. Въ Исторіи, Беэлъ есть имя извѣстнаго Ассирійскаго государя, котораго мы обыкновенно называемъ Беломъ (Belus): наши корнесловы пытались производить это имя отъ Славянскаго "бѣлый", но имъ можно возразитъ, что по всѣмъ вѣроятностямъ ихъ Бѣлъ былъ ужасно черномазъ.

Богопочитаніе Баалово сопровождалось сонмами жрецовъ, которые курили истукану, приносили ему въ жертву дѣтей, плясали вокругъ его алтаря, и если божество медленно исполняло ихъ моленія, надрѣзывали себѣ тѣло ножами, надѣясь тѣмъ возбудить его состраданіе. О. И. С.