[119]
КОЛОДЕЦЪ.

„Наклонись надъ колодцемъ…“1885


Я припомнилъ слова, что приснились мечтѣ
Въ утро жизни, какъ нѣжное пѣніе.
И хоть я ужь не тотъ, и хоть мысли не тѣ,—
Тайны тѣ же зовутъ въ отдаленіе.

„Наклонись надъ колодцемъ, увидишь ты тамъ,
Словно темная яма чернѣется,
Пахнетъ гнилью, и плѣсень ростетъ по краямъ,
И прозрачной струи не виднѣется.

„Но внизу, въ глубинѣ, среди гнили и тьмы,
10 Тамъ, гдѣ пропасть чернѣется мглистая,
Какъ въ суровыхъ объятьяхъ угрюмой тюрьмы,
Робко бьется струя серебристая“.

Не напрасно тѣ строки привидѣлись мнѣ,
Промелькнули, какъ нѣжное пѣніе,
15 Нѣтъ обманности—въ снѣ, все правдиво—въ веснѣ,
Все—рожденіе свѣтлаго Генія.

[120]


Наклонись надъ колодцемъ, далеко—до дна,
Но не смерть тамъ подъ мраками грубыми,
Ключевая волна такъ свѣтло-холодна,
20 Между темными тѣсными срубами.

Не напрасно поднимется тяжесть ведра,
Не напрасно опустится, звонкая.
Сколько выйдетъ на свѣтъ хрусталя, серебра,
Нить мечтанія скрутится тонкая.

25 Жизнь глубоко-свѣжа, предвѣщательны сны,
Неисчерпана мгла утоленія.
Многоструйна мечта въ темнотѣ глубины,
Ясенъ праздникъ весны—Приближенія.