Искусство грабить (Аверченко)/Версия 2

Искусство грабить
автор Аркадий Тимофеевич Аверченко
Опубл.: 1918. Источник: az.lib.ru

Аверченко А. Т. Собрание сочинений: В 14 т. Т. 11. Салат из булавок

М.: Изд-во «Дмитрий Сечин», 2015

ИСКУССТВО ГРАБИТЬ править

Человек, которому взбрела на ум безумная сумасбродная мысль — проехаться из Москвы в Крым или на Дон, напоминает мне по своему положению — судьбу американского бизона, загнанного, затравленного охотниками на широкой равнине дикой Северной Америки.

Охотники, завоевавшие бизона, не едят его целиком — для этого они слишком гурманы. Да и мяса слишком много, так что есть из чего выбирать. Сняв с бизона шкуру, охотники вырезывают для себя только сочный жирный горб со спины и язык.

Остальное предоставляют индейцам, помогавшим охоте.

Индейцы вырезывают филейные части, ребра и грудинку.

Остальное представляют неграм-слугам.

Негры объедают все мясо без разбора.

Остальное — внутренности и кости — предоставляют шакалам и коршунам.

И уж эта последняя инстанция, обгладывая последние клочки мяса на скелете, ничего кроме скелета не оставляет…

*  *  *

Русский гражданин, выехав из Москвы, попадает первым долгом в руки гурманов-красноармейцев, которые, действуя в общегосударственном масштабе, не интересуются мелочами, а отбирают на границе только жирные части — золото, бриллианты и кредитные билеты. Это — горб бизона, самая вкусная его часть…

Остальное пренебрежительно перебрасывается через границу, дикарям-петлюровцам на шарап.

Петлюровцы не так избалованы, вкус их менее прихотлив…

У гражданина отнимаются чемоданы, набитые всяким вздором: платьем, бельем, книгами… Чай — давай сюда и чай, домашняя лепешка — давай домашнюю лепешку, веревочка — давай и веревочку…

Остальное — облаченное в жалкое демисезонное пальто, без денег и вещей — перебрасывается дальше…

Это уже неотъемлемая добыча махновцев, именующих себя то социалистами, то анархистами, то еще чем-нибудь не менее звучным и красивым.

Махновцы играют роль голодных негров у трупа бизона.

— Пальтецо? Давай и пальтецо. Пиджачок? Сапожки? А ну, скидывай во славу интернационала и пиджачок, и сапожишки, а ежели исподнее хорошее, то и исподнее…

Кажется, уж ничего от бизона не осталось — одни кости.

Но есть, оказывается, публика, которая льстится и на жалкие клочья мяса, присохшие к костям…

Где-то около Мелитополя завелся, как сообщают газеты, такой «учитель Опанасенко», по его утверждению, эсер, а по нашему утверждению просто жулик.

И вот «отряд учителя Опанасенки» тоже «производит обыски», как вежливо пишут газеты.

А какие тут, к черту, обыски? До Опанасенки русский гражданин доезжает уже дочиста ограбленный и раздетый догола.

Но Опанасенке с отрядом тоже хочется кушать свой хлеб с маслом…

И вот я представляю себе этот «обыск учителя Опанасенки»:

— Стой, пассажир! Именем революционной демокра…

— Да бросьте, надоело! Вот рубашка осталась — берите. Больше ничего нет. Только за две станции досюда махновцы очистили, как апельсин.

— Экие дьявола! До чего аккуратно работают!.. В руке ничего не зажато? Гм… Нет… Открой рот.

— Ф-фу! Первый раз за все время могу спокойно открыть рот!

— Да не за тем, идол! Зубов золотых нет ли? Вишь ты, коронка… Тащи ее, тащи это империалистическое украшение!.. Покажь горло? Нет ли серебряной трубочки — у некоторых бывает. Глаз-то настоящий? А то, брат, за стеклянные в Мелитополе по сто рублей за штуку платят.

Неприхотлив шакал. Уж обдерет все — так до последнего клочка полусгнившего мяса, до последней связки мускулов.

*  *  *

И, Господи Боже ты мой, как наша жизнь усложнилась! Раньше, если человек тебя грабил, он назывался просто жуликом. И ты знал, что у него нет ничего общего ни с Марксом, ни с Энгельсом, ни с Бакуниным.

Жулик ты, братец, — и все тут.

А теперь — ограбили тебя в Совдепии.

Кто ограбил — жулики?

Что вы, что вы?.. Можно ли так выражаться?

Тебя обыскал член коммунистической партии социалистов большевиков.

Потом — ограбили тебя в Малороссии.

Мошенник ограбил?

Что вы! Как не стыдно, право! Полная необразованность…

Тебя «обыскал» самостийник, гражданин; член украинской директории! Как пышно, как богато!

И Махно тоже… Вероятно, мошенник каких свет не производил, конокрад и мытарь, и едва ли тетка его не держала в Конотопе хипесную квартиру…

— Нет, — говорит Махно. — Я отнимаю у тебя пальтишко не как мошенник, а во имя светлой памяти моего учителя анархиста Бакунина делаю я это!

А учитель Опанасенко, сдирая золотые коронки с зубов, так прямо и заявляет:

— Я — говорит, — эсер.

— Жулик ты, а не эсер.

— Напрасно обижать изволите… Святые имена народовольцев горят в моей груди, подобно жертвенному пламени, и прочее и тому подобное.

*  *  *

Рассказывают, что под Харьковом «бизоний вопрос» вылился уже в стройные кристаллические формы сложившегося быта.

Едут в холодном нетопленном поезде забытые холодные пассажиры. Вдруг:

— Стоп! Показывай ваши вещи!

— Куда вы лезете? Не в тот вагон попали. Мы уже на Андреевке ограблены; мы пересадочные.

— Кто грабил?

— Махновцы.

— Наши?! (Разочарованно). Ишь, черти… Успели.

— То-то и оно. Лезете не разобрав. Идите в соседний вагон. Там прямое сообщение. Да дверь притвори плотнее. Ишь, холоду напустил.

— …Этот вагон прямого сообщения? А ну, показывай вещи!

— Наконец-то… Вот они. А мы вас еще на Богдаревке ждали.

— Руки вверх! По постановлению военно-революционного социалистиче…

— Брось, не надо. Какие тут разговоры… Чемодан хочешь? На, жри!

Голос с верхней койки:

— Ой, кого я вижу! Здравствуйте, махновец! Я вас-таки по лицу узнал. Вы меня уже позавчера грабили, когда я из Харькова ехал. Ну, как поживаете? Не узнаете? Финкельштейн! Еще пальто драповое взяли. А что я теперь не вижу вашего товарища Сеню?.. Убили? Ну, царство ему небесное. Приятный был жулик… Что? Что я вам могу дать? Ну, этот плед я вам могу дать и несессер я вам могу дать. До свиданья, до воскресенья. Буду ехать обратно — встретимся. Еще, даст Бог, пограбите.

*  *  *

Русский или все равно еврейский гражданин — незлобив и простодушен… Он даже палача, набрасывающего ему на шею петлю, угостит папироской и поговорит о погоде…

Хороший русский народ, прямо замечательный…

Только откуда вдруг взялись среди этого замечательного народа миллионы жуликов?

КОММЕНТАРИИ править

Впервые: Приазовский край, 1918, 22 декабря (3 января). Датируется согласно отметке на вырезке с фельетоном, представленной в архиве А. Т. Аверченко (РГАЛИ. Ф. 32. Оп. 2. Ед. хр. 2. Л. 15). Печатается впервые по тексту газеты.

Где-то около Мелитополя завелся… «учитель Опанасенко»… Банда (в советской историографии — «партизанский отряд») атамана И. С. Опанасенко действовала в Мелитопольском уезде.

Тебя «обыскал»… член украинской директории! Директория Украинской Народной Республики — орган государственной власти на Украине, образованный 14 ноября 1918 г. в обстановке краха немецкой оккупации и Украинской Державы гетмана Скоропадского.