Эдмунд Кениг. В. Вундт. Его философия и психология (Шулятиков)

Эдмунд Кениг. В. Вундт. Его философия и психология : аннотация к переводу книги
автор Владимир Михайлович Шулятиков
Опубл.: «Курьер», 1901, № 341. Источник: az.lib.ru

    Настоящая книга составляет шестой выпуск «Библиотеки философов», издаваемой редакцией «Образование» (раньше вышли монографии, посвященные характеристике учений Спенсера, Ницше, Руссо, Канта, Платона). Про эту «библиотеку» вообще можно сказать, что она ведется с очень большим знанием дела: в ее пользу говорит как удачный выбор отдельных монографий, так и то обстоятельство, что перевод данных монографий всегда удовлетворяет научным требованиям.

    Так и в данном случае: появление в хорошем русском переводе сочинения Эдмунда Кенига можно только приветствовать. Кениг принадлежит к числу наиболее видных мыслителей современной Германии; его книга представляет из себя в высшей степени добросовестное, продуманное изложение философской системы Вундта. Именно, как философ, Вундт, почти не известен русской публике: «большая» публика знает его преимущественно, как отца «экспериментальной психологии». Но как философ, Вундт не менее интересен, чем как представитель «опытной науки». Его философское учение — знамение времени. Вышедший из школы материализма, много содействовавший торжеству «опытного» знания, он впоследствии повернул в сторону «метафизики» и теперь считается одним из вожаков «идеалистической реакции». Его «философия» — есть попытка устроить компромисс между двумя исключающими друг друга направлениями. (В лагере «идеалистов» он принадлежит даже не к «левому» крылу, представленному неокантианцами, а к «центру», т. е. к группке, более склонной к чисто метафизическим предпосылкам).

    Одним словом, Вундт — тип мыслителя, остановившегося на «полпути», тип, особенно распространенный в настоящее время. И для всякого, кто хочет более или менее основательно познакомиться с историей «возрождения идеализма» и сделать надлежащую оценку этого «возрождения», изучение философии Вундта в высшей степени полезно. Кенигу как раз удалось везде ярко оттенить «примирительную» точку зрения Вундта. Правда, Кениг, как приверженец неокантианства, весьма одобрительно относится к этой точке зрения, старается всячески внушить читателю благоговение к ней. Но его старания и его собственные взгляды можно «оставить на его совести». Мы должны быть ему благодарны лишь за то, что он дает возможность ознакомиться в прекрасном изложении с учением одного из бывших гонителей метафизики, сделавшихся ее апологетом.