Стихотворения (Борн)

Стихотворения
автор Иван Мартынович Борн
Опубл.: 1808. Источник: az.lib.ru

     И. М. Борн
    
     Стихотворения
    
    ----------------------------------------------------------------------------
     Поэты-радищевцы
     Серия "Библиотека поэта". Большая серия. Второе издание.
     Вступительная статья, биографические справки, составление и подготовка
    текста П. А. Орлова
     Примечания П. А. Орлова и Г. А. Лихоткина
    ----------------------------------------------------------------------------
    
     СОДЕРЖАНИЕ
    
     Биографическая справка
     68. Прощание (Из Гёте)
     69. Прекрасная ночь (Из соч. Гёте)
     70. Здравствуй и прощай (Из соч. Гёте)
     71. Ода к истине
     72. Судьба моя
     73. К друзьям моим
     74. На смерть Радищева. К О<бществу> л<юбителей> и<зящного>
     75. На случай наводнения. 27 сентября 1802 года, в ночи
     76. Близость любезного (Из соч. Гёте)
     77. Ода Калистрата. К В. В. П<опугаеву>
     78. Победа
     79. Пробуждение Аглаи
     80. Первая любовь
    
     Стихотворения, приписываемые И. М. Борну
    
     81. "Вторит глух вкруг гул отголосок грома..."
     82. "В ком сердце благородством дышит..."
    
     Иван Мартынович Борн родился 20 сентября 1778 года в Эстляндском
    уездном городе Везенберге, {Биографические сведения об И. М. Борне крайне
    скудны. До последнего времени не были известны даже место и год его
    рождения. Нами обнаружен в Научной библиотеке им. А. М. Горького Московского
    университета рукописный дневник Борна на немецком языке "Aus meinen
    Tagebuchern gesammelt seit d. 18/6 October 1840 in Bad Kissingen". Ha
    111-114 страницах этого дневника сам Борн составил свой "Curriculum vitae"
    ("Течение жизни"), начиная с рождения и кончая 1844 годом, пользуясь
    которым, восстанавливаем ряд неизвестных до сих пор дат и фактов из
    биографии писателя.} где и прошло его раннее детство. В 1788 году родители
    определили его в петербургский пансион некоего К. М. Хитрово, видимо для
    подготовки к поступлению в Академическую гимназию, так как 1 августа
    следующего года он был зачислен именно в это учебное заведение.
     Учился Борн успешно, о чем свидетельствует "произведение" его в
    "студенты", состоявшееся 28 мая 1794 года. Гимназию Борн закончил 12 июня
    1796 года и был выпущен из нее переводчиком. В последующие годы он служил
    корректором в академической типографии и некоторое время учительствовал в
    Смольном институте. В связи со служебными поручениями Борн часто отлучался
    из Петербурга. В 1796 году он выезжает в Никольское, в 1798-м - в Москву,
    в 1799-м - в Иркутск, в 1801-м - на Украину.
     15 июля 1801 года Борн, вместе со своим гимназическим товарищем В. В.
    Попугаевым, создает в Петербурге "литературное общество", то есть Общество
    любителей изящного, в недалеком будущем - Вольное общество любителей
    словесности, наук и художеств. "Мы... восхищались сею мыслию, - вспоминал он
    год спустя, - проводили нередко целые часы в рассуждениях о сем предмете,
    пригласили к нам бывших наших сотоварищей в учении". {И. Борн, Речь на
    случай чрезвычайного собрания 15 июля 1802 г. - "Периодическое издание...",
    СПб., 1804, б. с.}
     Борн избирался секретарем, цензором и президентом общества. Пост
    президента он занимал с 5 декабря 1803 по 15 июля 1805 года, когда его
    заменил И. П. Пнин, а после смерти Пнина - с сентября 1805 года до 15 июля
    1807 года.
     31 марта 1803 года возник вопрос об официальном признании Общества, для
    чего необходимо было обратиться с письмом к Александру I. Борн высказался
    против этого предложения: он понимал, что такого рода решение налагает на
    каждого из членов обязательства, стесняющие их литературную деятельность.
    Мнение Борна поддержали только В. В. Попугаев и А. Г. Волков, и письмо к
    императору все-таки было отправлено.
     Литературная деятельность Борна представлена в эти годы
    стихотворениями, напечатанными в "Свитке муз", и двумя прозаическими
    отрывками в "Периодическом издании..." 1804 года. Первый из них, под
    названием "Ночь", - сентиментальная миниатюра, в которой прославление
    природы и воспоминания о детских и юношеских годах переплетаются с
    просветительскими мечтами о благе, которое несет с собой "просвещение". Эту
    последнюю тему развивает второй отрывок, носящий название "Эскиз рассуждения
    об успехах просвещения". Бумаги Вольного общества содержат также сведения о
    других, не сохранившихся произведениях Борна, а также о его переводах.
     Переведенные Борном произведения отражают просветительские и
    предромантические его увлечения. Просветительские - наиболее четко
    представлены в трактатах общественного и филантропического характера: "О
    бедствиях человеческих" (из сочинений Морица), "Жизнь Говарда", "Воззвание к
    республике наук"; предромантические - в переводе отрывков из поэмы молодого
    Гёте "Герман и Доротея".
     18 мая 1802 года Борн был назначен директором канцелярии только что
    открытого Медико-филантропического комитета, в обязанности которого входила
    врачебная помощь беднякам столицы. В начале следующего года он определяется
    старшим учителем русского языка в немецкое училище св. Петра, где служит до
    апреля 1809 года. Для воспитанников этого учебного заведения Борн издал в
    1808 году "Краткое руководство к российской словесности" с примечаниями А.
    X. Востокова. Оно состояло из трех "отделений": "грамматика", раздел,
    носящий название "О теории слога в прозе и стихах", и краткая история
    российской словесности с древнейших времен и до начала XIX века. В главе "О
    стихотворстве" наряду с произведениями Ломоносова, Державина, Карамзина Борн
    цитирует стихи Востокова, Каменева и анонимно свои собственные.
     В 1808 году в Петербург приезжает принц Ольденбургский, известный в
    России под именем принца Георгия. В следующем году он вступил в брак с
    сестрой Александра I - Екатериной Павловной и вскоре был назначен тверским,
    новгородским и ярославским генерал-губернатором. Борну было поручено учить
    принца русскому языку и одновременно выполнять роль его кабинет-секретаря. С
    этого времени Борн фактически выбывает из Вольного общества и переезжает с
    принцем Георгием сначала в Тверь, а затем в Ярославль. В 1812 году он вместе
    с принцем принимает участие в организации народных ополчений. В эти годы
    Борн быстро продвигается по службе, получает награды. В декабре 1812 года
    принц Ольденбургский скоропостижно скончался. Сообщая об этом событии в
    дневнике, Борн добавляет: "Ende meiner Staatdienste". {"Конец моей
    государственной службы" (нем.). - Ред.}
     После смерти принца Борн выполнял должность секретаря его вдовы. Когда
    Екатерина Павловна во второй раз вышла замуж за принца Вюртембергского и
    переехала в Штутгарт, вместе с нею отправился в Германию и Борн. С 1816 до
    1820 года он жил в Штутгарте, а с 1820 до 1830 года - в Ольденбурге, затем,
    видимо, снова в Штутгарте. Находясь за границей, Борн много путешествует по
    Европе. Несколько раз (в 1830, 1837 и 1844 годах, согласно дневниковым
    записям) он на короткие сроки приезжал в Петербург. Умер Борн в Штутгарте в
    феврале 1851 года.
    
     68. ПРОЩАНИЕ
     (Из Гёте)
    
     Пусть простится глаз с тобою,
     А устами не могу!
     Ах, сколь тяжко, тяжко сердцу!
     Хоть и тверд душою я.
    
     И залог любви сладчайший,
     Милая! лишь скорбь теперь;
     Сладкие уста холодны,
     Слабо сжатие руки.
    
     Ах, украдкою лобзанье,
     Сколько восхищало ты!
     Так нас радует фиалка,
     Рано в марте сорвана.
    
     Не сплету веночка боле,
     Не сорву уж розы я!
     Милая, весна настала,
     Осень для меня - увы!
    
     <1802>
    
     69. ПРЕКРАСНАЯ НОЧЬ
     (Из соч. Гёте)
    
     Оставляю домик сей,
     Миленькой жилище,
     Прохожу тропою здесь,
     Лес густой и темный!
     Лишь теперь взошла луна,
     Зефир повевает,
     И верхи дерев, склонясь,
     Жертвуют богине.
    
     Как прохлада веселит
     Летней красной ночи!
     Как здесь кротко чувствуешь,
     Душу что счастливит!
     Трудно радость всю объять,
     Но я не желаю
     Тысячу таких ночей
     За одну с Лизетой.
    
     <1802>
    
     70. ЗДРАВСТВУЙ И ПРОЩАЙ
     (Из соч. Гёте)
    
     Сердце билось, сел верхом,
     Поскакал к любезной;
     Уже вечер наступил,
     Ночь покрыла горы.
     Дуб в туманной ризе там
     Башнею казался,
     Мрак из-за кустов смотрел
     Черными глазами.
    
     Луч луны едва светил
     Через мглу густую,
     Ветер тихим веяньем
     Слух мой ужасал.
     Ночь чудовищей творит,
     А я бодр и весел;
     В жилах кровь огнем горит,
     Сердце пламенеет.
    
     Восхищенье, зря тебя,
     Душу исполняло!
     Сердце билось близ тебя,
     Я дышал тобою!
     Милое лицо твое
     Розово сияло,
     Ах! толикой нежности
     Был ли я достоин!
    
     Солнце поутру взошло,
     Сжало мое сердце,
     О, восторг - твой поцелуй!
     О, печаль во взглядах!
     Мы расстались - и в слезах
     Милая осталась;
     А ведь счастлив, кто любим!
     Счастлив тот, кто любит!
    
     <1802>
    
     71. ОДА К ИСТИНЕ
    
     Богиня моя! ты в рощах священных,
     Где редко странник с тобою беседует,
     Приемлешь жертву восторгов чистую
     От чуждого низких страстей.
    
     О вы, радости, там неизвестные,
     Где вечна борьба мятежных желаний
     Мелкие души без цели свергает
     В алчну бездну ничтожества.
    
     Вы сопутницы того, кто умеет,
     Уединяясь, собой наслаждаться.
     Вы вливаете в душу счастливого
     Вдохновенья огнь сладчайший.
    
     Оком быстрейшим им измеряется
     Бездна, полная миров неисчетных;
     В тайных жилищах творящей природы
     Он видит законы ее.
    
     Сколько искусство могло подражать ей,
     В твореньях великих исследует он;
     Всё, что изящно, - рождает благое,
     Всякое зло - горесть, беду.
    
     Будучи сыном отечества славы,
     Усердием дышит о благе его,
     Премудрость законов благословляет,
     Злых тиранов в сердцах клянет.
    
     Богиня моя! святая истина!
     Тебе фимиам сердечныя жертвы
     Приносит чуждый корыстной надежды,
     Страха, сына невежества.
    
     <1802>
    
     72. СУДЬБА МОЯ
    
     К тебе я сердцем устремляюсь,
     Приятна тишина лесов,
     В священной сени наслаждаюсь,
     И се - от бурь мирских покров!
    
     Когда по чистому эфиру
     Луна свой кроткий луч лиет,
     С душою соглашая лиру,
     Пою - и забываю свет,
    
     Где всё ничтожное велико,
     А всё великое - ничто;
     Где тот, кто силен, есть владыко,
     А слабый, бедный - раб его;
    
     Где имя важно, а не дело,
     Престол где вечной суеты;
     Где наслаждается лишь тело,
     Порок не кроет наготы.
    
     Чем может дух мой здесь прельщаться?
     Чем жажду утолю его?
     Но нет! судьбе повиноваться
     Есть долг рассудка моего.
    
     И я не из числа несчастных,
     Когда имею я друзей,
     В случаях жизни сей напастных
     Покров и щит души моей.
    
     Доволен участью такою,
     Зачем искать мирских сует?
     Я счастлив дружбою святою,
     Любовью милой юных лет.
    
     <1802>
    
     73. К ДРУЗЬЯМ МОИМ
    
     При шуме ветра я спокоен,
     И сердце теплое во мне.
     Надежды солнце озаряет
     Счастливой жизни путь моей.
     Счастливой! Так! Сколь мило чувство
     Судьбы довольного собой!
     Далек я от картины лживой
     Исполненного моря скал,
     Пучин-честей, сокровищ, чуждых
     Спокойствия душевного.
     Доволен малым я и счастлив,
     Имея вас, друзей моих,
     Умом и сердцем лишь богатых.
     В разлуке мы, но дружбе сей
     Пространство, время не помеха:
     Одна лишь парка враг ее.
     В лугах цветных и в рощах тихих,
     На троне поднебесных гор
     И праведного в сердце чистом -
     Мы ищем и лобзаем мы
     Следы творца всея природы.
     Жизнь наша кротко протечет,
     И в недрах вечности мы тихо
     И радостно сокроемся.
    
     Между сентябрем 1801 и апрелем 1802
    
     74. НА СМЕРТЬ РАДИЩЕВА
     К О<бществу> л<юбителей> и<зящного>
    
     Друзья! иду в ваш круг священный
     Из тихой хижины моей;
     Беседа истины нетленной,
     Отраду в дух скорбящий лей!
     Блажен, кто в жизни сей превратной
     С душою твердою спешит
     Обнять друзей нелестных; знатный
     Чертог сатрапский не манит
     Того, кто жизни цену знает
     И в цвете юных, лучших лет
     Стопы свои не совращает
     Искать больших мирских сует;
     Кто в пламенной душе объемлет
     Весь мир и роды всех людей,
     Кто добродетель лишь приемлет
     Отличием земных властей;
     Кто, силы не страшася ложной,
     Дерзает истину вещать,
     Тревожить спящий слух вельможный,
     Их черство сердце раздирать!
     Но участь правды быть гонимой, -
     Мне скажут многие из вас,
     Сынов мечты блестящей, мнимой,
     Минутной славы! И у нас
     Имеет правда, добродетель
     Своих страдальцев: там Сократ,
     Мудрец и смертных благодетель,
     Казнен; а в ссылке там стократ
     Пьют патриоты смерти чашу:
     Начто же добродетель нам?
     Влача в златых цепях жизнь вашу,
     Прилична речь сия рабам!
     Но истина пребудет вечно
     Всех добрых смертных божеством;
     Земное счастье скоротечно,
     Оно преходит кратким сном.
     Равно как солнце освещает
     Эонов вечный круг в мирах, -
     Там пал народ! Там - возникает!
     Вся тварь живет в его лучах.
     Так истина неугасима,
     Подобно солнцу в облаках!
     И добрыми и злыми чтима
     Она была во всех веках!
    
     Такими мыслями занимался я, идучи к вам, любезные друзья! На сих днях
    умер Радищев, муж вам всем известный, коего смерть более нежели с одной
    стороны важна в очах философа, важна для человечества. Жизнь подвержена
    коловратности и всяким переменам. Нет дня похожего на другой. Как легчайший
    ветер возмущает поверхность вод, так жизнь наша есть игралище вечного
    движения. Радищев знал сие и с твердостью философа покорился року. Будучи в
    Иркутской губернии, в местечке Илимске, сделался он благодетелем той страны;
    ум его просвещал, а добродушие утешало всех, помогало всем, и память
    добродетельного мужа пребудет там священною у позднейшего потомства. Когда
    они услышали, что просветитель их, их отец, их ангел-хранитель (он многих
    вылечил, особливо от зобов, болезни тамошних мест), что Радищев их
    оставляет, стеклись к нему благодарные на расстоянии пятисот верст! Всякой
    нес что-нибудь от сердечной благодарности, слеза каждого мешалась со слезами
    торжествующего честного человека. О, минуты, достойные вечности! Кто из
    грозных бичей человечества, сих кровожаждущих завоевателей, опустошавших
    страны цветущие и оковавших в цепи рабства вольных граждан! кто из них,
    говорю я, наслаждался такими минутами? - Никто! Радость их была буйством,
    торжество их - поруганием человечеству. О добродетель, добродетель! ты
    составляешь единственное истинное счастие!
     Радищев с горестью расстался с илимскими жителями; на возвратном своем
    пути остался он везде в памяти. В проезд мой через Тару остановился я в том
    доме, где он прожил неделю, и хозяин не мог нахвалиться его добродушием, его
    ласковостию. Такова сила ума и добродетели! Истинно великий человек везде в
    своем месте, счастие и несчастие его не переменяют. Во всяком кругу
    действий, как в большом, так и в малом, творит он возможное благо. Истина и
    добродетель живут в нем, как солнце на небе, вечно не изменяющееся.
     Радищев умер, и, как сказывают, насильственною, произвольною смертию.
    Как согласить сие действие с непоколебимою оною твердостию философа,
    покоряющегося необходимости и радеющего о благе людей в самом изгнании, в
    ссылке, в несчастии, будучи отчужденным круга родных и друзей?.. Или познал
    он ничтожность жизни человеческой? Или отчаялся он, как Брут, в самой
    добродетели? Положим перст на уста наши и пожалеем об участи человечества.
     Друзья! посвятим слезу сердечную памяти Радищева. Он любил истину и
    добродетель. Пламенное его человеколюбие жаждало озарить всех своих собратий
    сим немерцающим лучом вечности; жаждало видеть мудрость, воссевшую на троне
    всемирном. Он зрел лишь слабость и невежество, обман под личиною святости -
    и сошел во гроб. Он родился быть просветителем, жил в утеснении - и сошел во
    гроб; в сердцах благодарных патриотов да сооружится ему памятник, достойный
    его!
     Вечная причина всего сущего! пред тобою человек - ничто. Как ему
    постигнуть связи судеб? Кто изведает таинственные узы великих душ с
    происшествиями мира в океане вечности?
     Ужели смерть есть конец всему? Сие изменение бытия нашего в видимом.
    Раскроем книгу истории человечества. Все стремились к некоторой цели. Кто
    оной достиг? К чему сие стремление? Где оному предел? А когда оно есть,
    когда оно врожденно каждому человеку, то почему нам не признать другой,
    третьей, вечной жизни? О друзья мои! человек не перестает быть: он
    переменяет токмо вид свой в природе!
    
     Ты в сферах неизвестных скрылся
     От бренных глаз земных;
     Но смерти нет! Ты там явился
     В кругу существ иных.
     Другие чувства, ум и воля
     Там исполняют дух:
     Стократ блаженнее днесь доля
     Твоя, бессмертный дух!
    
     Сентябрь 1802
    
     75. НА СЛУЧАЙ НАВОДНЕНИЯ
     27 сентября 1802 года, в ночи
    
     Скажи, зачем, о гневный Посидон!
     Идешь на брань?
     Се славный град Петров, не Илион,
     Забывший дань.
     Не слышишь стон, взносящийся до звезд,
     Отчаянных,
     Не видишь слез отцовских и невест
     О избранных.
     Явись, явись, прекрасный Дидимей!
     За мраком сим
     В лучах своих спасительных излей
     Отраду им.
    
     27 сентября 1802
    
     76. БЛИЗОСТЬ ЛЮБЕЗНОГО
     (Из соч. Гёте)
    
     Ты мысль моя, когда от моря луч
     Является;
     Ты мысль моя, когда свет месяца
     В струях горит;
     Я зрю тебя, когда подымется
     С дороги пыль;
     И в поздню ночь, на узкой коль стезе
     Зрю странника.
     Я слышу там, в шуму валов, тебя,
     Мой милый друг!
     И в тишине лесов мне слышится
     Твой нежный глас.
     Я близ тебя, и в отдалении
     Ты близок мне.
     Спустился мрак, сияют звезды, ах!
     Где ты, мой друг?
    
     <1803>
    
     77. ОДА КАЛИСТРАТА
     К В. В. П<опугаеву>
    
     Венчаю меч мой миртовыми ветвьми,
     Равно как Гармодий и Аристогейтон,
     Когда сражен ими был тиран, когда
     Вольность и правосудие восстали.
    
     О вы, даровавшие вольность! Вам смерть
     Смертью не была; на островах блаженных,
     Герои, вы! где богинин сын Ахилл,
     Там, где храбрый сын Тидея Диомед!
    
     Венчаю меч мой миртовыми ветвьми,
     Равно как Гармодий и Аристогейтон,
     Когда пал тиран Афин от руки их,
     Когда пал Иппарх в праздник Минервин!
    
     Вечно пребудет на земле слава
     Гармодия и Аристогейтона!
     Тиран пал от руки вашей! Вольность
     Дана вами Афинам и правосудие!
    
     <1803>
    
     78. ПОБЕДА
    
     Блажен, кто Крезом или Иром
     В несносных узах не живет;
     Собой доволен, целым миром,
     Не знает он пустых сует.
    
     Не видя благ, не видя счастья
     б туманных облаках честей,
     В пронырствах не берет участья,
     Не ставит скрытных он сетей.
    
     В гражданских должностях он верен,
     Супруг ли он, отец иль друг;
     Он осторожен, он умерен
     И помнит завсегда свой круг.
    
     Его и вёдро и ненастье
     Спокойный не нарушат нрав;
     Не хочет он на прочно счастье
     Отличных от сограждан прав.
    
     Так мыслил я и преселился
     Из града в тишину села;
     Театром взор не веселился,
     К бостону скука не вела.
    
     Ах! постоянство с человеком
     Согласно так, как ветр с водой;
     Кто в жизни насладится веком,
     Где царствует один покой?
    
     Я рвался, мучился, томился
     И счастья вне себя искал;
     Во град любимый возвратился
     И мигом в западню упал.
    
     Что делать? Биться, сокрушаться,
     Себя журить в тоске я стал.
     "Не лучше ль по миру скитаться!" -
     В сердечной скорби вопиял...
    
     Явился мне прекрасный гений
     Во сне и ангельски вещал:
     "Не будь рабом предрассуждений,
     Восстань! Победы час настал".
    
     Как вновь родясь, я тяжки узы
     Во слабы нити превратил
     И с юным духом к вам, о музы!
     С любовью новой поспешил.
    
     <1804>
    
     79. ПРОБУЖДЕНИЕ АГЛАИ
    
     Утро с улыбкой
     Видит Аглаю
     Спящую здесь;
     Розовой тканью
     Милой ланиты
     Зефир покрыл.
    
     Тихо в природе,
     Всё торжествует
     Грации сон;
     В сладком забвеньи
     Резвых амуров
     Игры молчат.
    
     Только на ветке
     Нежно воркует
     Горлица там...
     Небо отверзлось:
     Очи прелестной!
     Движется всё.
    
     Воздух струится,
     Травка поникла,
     Речка бежит.
     Я лишь останусь,
     Смертный, счастливый,
     С нею один.
    
     <1804>
    
     80. ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ
    
     Что я вздыхаю,
     Видя прекрасных
     Милых девиц?
     Юлии равной,
     Ах! не увижу
     Я никогда.
    
     Часто встречаю
     Прелести, разум,
     Часто в одной;
     Горесть заступит,
     Ближе спознавши,
     Место любви.
    
     В Юлии только
     Прелести, разум
     Дружны с душой!
     Как же возможно
     Чувствовать боле
     Прежню любовь?
    
     Так я вздыхаю,
     Видя прекрасных
     Милых девиц;
     Юлии равной,
     Ах! не увижу
     Я никогда.
    
     <1804>
    
     СТИХОТВОРЕНИЯ, ПРИПИСЫВАЕМЫЕ И. М. БОРНУ
    
     81
    
     Вторит глух вкруг гул отголосок грома,
     Сильный дождь сыр бор застилает мраком,
     Солнца мглой скрыт луг животворный, - хладом
     Чувства объяло.
    
     С треском вихрь, свой свист усугубив, рушит
     Древо. Се пал дуб вековечный, гордо
     Ветвьми луг весь сей одевавший, пала
     Сильного сила.
    
     <1808>
    
     82
    
     В ком сердце благородством дышит,
     Изящного с любовью ищет,
     Воистину любезен тот!
     Друзья и все судьбы щедроты
     Суть верные ему оплоты
     От бурь житейских и забот.
    
     <1808>
    
     ПРИМЕЧАНИЯ
    
     Стихотворное наследие писателей, входивших в Вольное общество любителей
    словесности, наук и художеств, относится ко второй половине 1790-х годов и к
    первой четверти XIX в. Оно было представлено многочисленными публикациями в
    журналах и альманахах того времени и - в гораздо меньшей степени - в
    персональных авторских сборниках. В 1935 г. этот обширный, разрозненный и
    почти забытый художественный материал впервые был собран воедино в книге,
    носившей название "Поэты-радищевцы", и издан в Большой серии "Библиотеки
    поэта" известным литературоведом В. Н. Орловым. В сборнике были представлены
    произведения двадцати четырех поэтов: И. П. Пнина, И. М. Борна, В. В.
    Попугаева, А. Г. Волкова, В. И. Красовского, В. В. Дмитриева, М. К.
    Михайлова, Н. Ф. Остолопова, А. Е. Измайлова, Д. Ф. Бринкена, И. А.
    Кованько, М. Олешева, Ф. П. Вронченко, Н. А. Радищева, В. А. Радищева, Г. П.
    Каменева, Н. С. Арцыбашева, И. И. Чернявского, С. А. Москотильнихова, А. А.
    Писарева, Ф. И. Ленкевича, А. П. Бенитцкого, В. Ф. Вельяминова-Зернова и И.
    Г. Аристова. Одновременно в той же Большой серии "Библиотеки поэта" под
    редакцией В. Н. Орлова были изданы "Стихотворения" одного из крупнейших
    представителей Вольного общества - А. Х. Востокова (Л., 1935). В обоих
    изданиях, оснащенных обширным библиографическим, текстологическим и
    историко-литературным комментарием, был использован огромный архивный
    материал, периодика конца XVIII - начала XIX в. В 1952 и 1961 гг. сборник
    "Поэты-радищевцы", под редакцией В. Н. Орлова, выходил в Малой серии
    "Библиотеки поэта". В нем были представлены четыре автора: И. П. Пнин, В. В.
    Попугаев, И. М. Борн и А. Х. Востоков.
     В настоящем, втором издании произведений поэтов Вольного общества в
    Большой серии "Библиотеки поэта" избранные стихотворения А. Х. Востокова
    печатаются вместе с произведениями других членов этого объединения, круг
    которых, сравнительно с изданием 1935 г., несколько сужен. Из перечисленных
    выше поэтов в сборник не вошли стихи М. К. Михайлова, Д. Ф. Бринкена, Ф. П.
    Вронченко, В. А. Радищева, И. И. Чернявского, поскольку их наследие очень
    невелико по количеству произведений, а также В. Ф. Вельяминова-Зернова и И.
    Г. Аристова, не сыгравших существенной роли ни в организации, ни в
    литературной деятельности Вольного общества.
     В расположении материала составитель руководствовался следующими
    принципами: 1) идейно-художественной значимостью творчества каждого из
    названных писателей; 2) ролью поэта в идейной и организационной жизни
    Общества; 3) временем вступления в Вольное общество. Открывает сборник А. X.
    Востоков - наиболее видный нз представленных здесь поэтов, отдавший много
    сил и времени Вольному обществу почти на всем протяжении его существования.
    За ним следует И. П. Пнин - поэт бесспорно талантливый, но не столь
    разносторонний, как Востоков, автор смелых философских од; один из
    президентов Общества. Далее идут Борн и Попугаев, наиболее радикальные в
    политическом отношении писатели, организаторы и идейные руководители
    Общества на первом этапе его существования; А. Е. Измайлов, автор остроумных
    сказок, басен, сатирических миниатюр, бывший с 1816 до 1826 г. бессменным
    председателем Общества. Далее выстраиваются "рядовые" его члены,
    расположенные по времени их вступления в Вольное общество. В конце сборника
    выделена группа "казанских" писателей: Г. П. Каменев, Н. С. Арцыбашев, С. А.
    Москотильников. Некоторые из авторов, помещенных в настоящем сборнике, уже
    были представлены в других изданиях Большой серии. Так, в книге
    "Поэты-сатирики конца XVIII - начала XIX в." (1959) напечатаны "разговоры",
    эпиграммы, эпитафии и надписи А. Е. Измайлова; в сборнике "Стихотворная
    сказка (новелла) XVIII - начала XIX века" (1969) - сказки и басни И. П.
    Пнина, А. А. Писарева, И. Г. Аристова, А. П. Бенитцкого, М. Олешева, А. Е.
    Измайлова; в книге "Поэты 1790-1810-х годов" (1971) - произведения Г. П.
    Каменева, Н. Ф. Остолопова, А. П. Бенитцкого. Принимая во внимание это
    обстоятельство, составитель данного сборника стремился, по возможности,
    избежать дублирования художественного материала, помещенного в перечисленных
    изданиях. Именно этим объясняется исключение из книги басен Бенитцкого,
    ограничение числа басен и сказок Измайлова. Однако полностью избежать
    повторной публикации некоторых произведений все же не удалось, так как в
    противном случае это привело бы к чрезмерно обедненной экспозиции
    творческого наследия поэтов Вольного общества.
     В настоящем издании печатается ряд новых, до сего времени неизвестных
    произведений. К ним относится прежде всего поэма Г. П. Каменева "Граф
    Глейхен", считавшаяся до сих пор утерянной. В издании 1935 г. были
    представлены лишь двенадцать начальных стихов ее, сохранившихся в одной из
    статей Н. Второва, биографа Каменева. Полный текст поэмы состоит из 436
    стихов. Впервые печатаются два стихотворения А. Х. Востокова из архива
    поэта: "Я - русский; верности и веры не нарушу..." и "П. А. С". К числу
    находок принадлежит также дневник И. М. Борна, составной частью которого
    является "Curriculum vitae" писателя, позволивший заполнить ряд крупных
    пробелов в его биографии. Произведения Попугаева дополнены стихотворениями
    из сборника "Минуты муз" и альманаха "Свиток муз".
     Рукописное наследство Вольного общества в основном сосредоточено в
    нескольких архивохранилищах Ленинграда. В Фундаментальной библиотеке
    Ленинградского государственного университета находятся остатки архива
    Вольного общества (протоколы заседаний, тексты речей, рецензии и автографы
    стихотворений разных авторов). Другая часть материалов Вольного общества
    хранится в Отделе рукописей Института русской литературы Академии наук СССР
    (Пушкинский дом). Здесь наиболее полно представлен архив А. Е. Измайлова, в
    бумагах которого имеются также автографы стихотворений других поэтов, речь
    В. В. Попугаева на кончину И. П. Пнина (считалась утерянной, см.
    "Поэты-радищевцы", 1935, с. 168), "Опись делам С.-Петербургского общества
    любителей наук, словесности и художеств" и "Устав общества". Бумаги А. X.
    Востокова переданы в Архив Академии наук СССР, среди них - рукопись сборника
    "Минуты муз" В. В. Попугаева, включающая в себя и ранние стихи А. Г.
    Волкова. В Отделе рукописей Государственной публичной библиотеки им. М. Е.
    Салтыкова-Щедрина находится "Книга протоколов и др<угих> записок" Вольного
    общества (конец 1801 - первая половина 1802 г.) и автографы некоторых
    произведений Г. П. Каменева. Основным источником публикации произведений
    поэтов Вольного общества являются его собственные издания, журналы,
    связанные с ним, а также стихотворные сборники некоторых его членов. Все эти
    издания перечислены в списке условных сокращений.
     Произведения каждого из авторов расположены в хронологической
    последовательности и, как правило, публикуются в последней авторской
    редакции. Значительные текстовые различия в редакциях отражены в разделе
    "Другие редакции и варианты". Произведения, включенные в данный сборник,
    заново сверены с текстом автографов, периодических изданий и альманахов. Это
    позволило внести уточнения и дополнения в текст ряда стихотворений,
    опубликованных в 1935 г. в сборнике "Поэты-радищевцы". Некоторые из этих
    уточнений оговорены в примечаниях (см. № 109, 112, 258 и др.). В
    примечаниях сначала указывается первая публикация произведения, а затем все
    последующие перепечатки, содержащие какие-либо смысловые изменения в тексте.
    Далее приводятся данные для датировки (если они известны). Ниже
    комментируется сам текст, а именно: малоизвестные собственные имена,
    географические названия, обстоятельства, послужившие поводом к написанию
    произведения, содержащиеся в нем намеки, мифологические сюжеты и
    встречающиеся в тексте цитаты. В примечаниях к переводам из Горация названия
    оригиналов заменены краткими общепринятыми ссылками на номер книги и номер
    оды римского поэта. Звездочка перед порядковым номером примечания означает,
    что к этому стихотворению имеется материал в разделе "Другие редакции и
    варианты". Примечания к стихотворениям И. П. Пнина, В. В. Попугаева, А. Е.
    Измайлова, Н. Ф. Остолопова, Н. С. Арцыбашева (вместе с относящимся к ним
    материалом в разделе "Другие редакции и варианты") подготовлены Г. А.
    Лихоткиным, весь остальной комментарий принадлежит П. А. Орлову.
     В биографических справках о поэтах Вольного общества использован
    богатейший материал, опубликованный В. Н. Орловым в сб. "Поэты-радищевцы"
    (1935).
     Условные сокращения, принятые в примечаниях и в разделе "Другие
    редакции и варианты"
    
     ААН - Архив Академии наук СССР (Ленинград).
     АС - Н. Ф. Остолопов, Апологические стихотворения, СПб., 1827.
     Б - "Благонамеренный".
     БАН - Рукописный отдел Библиотеки Академии наук СССР (Ленинград).
     БиС - А. Е. Измайлов, Басни и сказки, СПб. (1814; изд. 2-1826, чч.
    1-2).
     Бобров - Е. А. Бобров, Литература и просвещение в России в XIX веке,
    тт. 3-4, Казань, 1902.
     BE - "Вестник Европы".
     ГБЛ - Рукописный отдел Государственной библиотеки СССР им. В. И.
    Ленина.
     ГПБ - Рукописный отдел Государственной публичной библиотеки им. М. Е.
    Салтыкова-Щедрина.
     ДВ - "Драматический вестник".
     ЕС - "Ежемесячные сочинения".
     ЖдПУ - "Журнал для пользы и удовольствия".
     ЖМНП - "Журнал министерства народного просвещения".
     ЖРС - "Журнал российской словесности".
     Ип - "Иппокрена, или Утехи любословия".
     ЛГУ - Архив Вольного общества любителей словесности, наук и художеств.
    Фундаментальная библиотека Ленинградского государственного университета.
     Летопись - А. X. Востоков, Летопись моя. - В кн.: "Заметки А. X.
    Востокова о его жизни", СПб., 1901.
     ЛН - "Литературное наследство".
     ЛС - "Любитель словесности".
     МГУ - Научная библиотека им. А. М. Горького Московского
    государственного университета.
     ММ - В. В. Попугаев, Минуты муз, СПб., 1801.
     НБиС - Новые басни и сказки Александра Измайлова, СПб., 1817.
     НРЛ - "Новости русской литературы".
     ОЛ -А. X. Востоков, Опыты лирические, чч. 1-2, СПб., 1805-1806.
     ПД - Рукописный отдел Института русской литературы Академии наук СССР
    (Пушкинский дом).
     ПИ - "Периодическое издание Вольного общества любителей словесности,
    наук и художеств", ч. 1, СПб., 1804.
     ПР - "Поэты-радищевцы". Редакция и комментарии Вл. Орлова.
    Вступительные статьи В. А. Десницкого и В. Н. Орлова, "Библиотека поэта",
    Большая серия, Л., 1935.
     ПрД - Н. Ф. Остолопов, Прежние досуги, или Опыты в некоторых родах
    стихотворства, СПб., 1816.
     ПРм - "Поэты-радищевцы". Вступительная статья, подготовка текста и
    примечания В. Н. Орлова, "Библиотека поэта", Малая серия, Л., 1952.
     РВ - "Русский вестник".
     ред. - редакция текста.
     PC - "Русская старина".
     СБ - "Сокращенная библиотека в пользу господам воспитанникам Первого
    кадетского корпуса", чч. 1-2, СПб., 1800-1802.
     СВ - "Северный вестник".
     СвМ - альм. "Свиток муз", кн. 1-2, СПб., 1802-1803.
     СМ - "Северный Меркурий".
     СО - "Сын отечества".
     СПВ - "Санктпетербургский вестник. Издание Общества любителей
    словесности, наук и художеств".
     СПЖ - "Санктпетербургский журнал".
     ст. - стих.
     ст-ние - стихотворение.
     Стих. В - Стихотворения Александра Востокова, в трех книгах. Издание
    исправленное и умноженное, СПб., 1821.
     СЦ - альм. "Северные цветы", СПб., 1825-1832.
     Т -"Талия, или Собрание разных новых сочинений в стихах и прозе", ч. 1,
    СПб., 1907.
     Цв - "Цветник".
    
     СТИХОТВОРЕНИЯ
    
     68-70. СвМ, кн. 1, с. 41, 91, 102. Переводы ст-ний Гёте "Der Abschied"
    (1770), "Die schone Nacht" (1768), "Willkommen und Abschied" (1770).
     71. СвМ, кн. 2, с 18. Отзыв А. X. Востокова об этом ст-нии,
    представленный в Вольное общество 24 мая 1802 г., гласил: "Пиеса сия по
    содержанию своему справедливой похвалы заслуживает. Она состоит из стихов
    разномерных... Впрочем, два размера в пиесе сей преимуществуют: дактиль и
    амфибрахис... Мы бы советовали любезному сочлену в сей пиесе одного из
    сказанных двух размеров держаться" (ЖМНП, 1890, № 3, с. 63). Будучи сыном
    отечества славы - т. е. славянином, русским.
     72. СвМ, кн. 2, с. 22. Сохранился отзыв (поступил в Вольное общество 24
    мая 1802 г.) А. X. Востокова об этом ст-нии, первоначально называвшемся "К
    уединению": "Плавный слог, солидные мысли - вот что рецензент находит в сей
    пиесе". Однако в ст. 23 Востоков отметил две погрешности: "произносится
    "случай", а не "случай", прилагательное имя "напастный" есть новое и может
    странным показаться..." (ЖМНП, 1890, No з, с. 64).
     73. СвМ, кн. 2, с. 20. По предположению В. Н. Орлова, написано во время
    поездки Борна на Украину с сентября 1801 по апрель 1802 г. (см.: ПР, с.
    785). В дневнике Борна есть запись: "Rfickehr nach Petersburg aus
    Kleinrusland - 6 Mai 1802" ("Возвращение в Петербург из Малороссии - 6 мая
    1802").
     74. СвМ, кн. 2, с. 136, с пропуском ст. 31-32 (заменены многоточием).
    Восстановлены В. Н. Орловым по одному из списков ст-ния Борна (см.: ПР, с.
    786). В этом двустишии - очевидная перекличка с радищевской одой
    "Вольность": "Под игом власти сей рожденный, Нося оковы позлащенны" (см.:
    ПРм, с. 405). Радищев покончил с собой 12 сентября 1802 г. Сократ - см.
    прим. 18. В проезд мой через Тару. В "Curriculum vitae" Борна указано, что
    он выехал в Иркутск 10 февраля 1799 г., а покинул - 16 сентября 1800 г.
    Поездка Борна в Сибирь носила, по всей видимости, служебный характер. Брут -
    см. прим. 17.
     75. СвМ, кн. 2, с. 135. Илион - другое название Трои, города на
    северо-западе Малой Азии, осажденного и разрушенного древними греками в
    начале XII в. до н. э.
     76. СвМ, кн. 2, с. 24. Перевод ст-ния Гёте "Nahe des Gelibten".
     77. СвМ, кн. 2, с. 24. Перевод "сколии" древнегреческого поэта
    Калистрата (VI в. до н. э.) в честь тираноборцев Гармодия и Аристоеейтона,
    которые в 514 г до н. э. составили заговор против двух афинских тиранов. Им
    удалось убить только одного из них - Гиппарха (Иппарха), но его брат Гиппий
    жестоко расправился с заговорщиками. Праздник Минервин - так называемые
    квинкватры - справлялся 19-23 марта.
     78. ПР, с. 246. Автограф - ЛГУ. По данным В. Н. Орлова, "в ноябре 1804
    года стихотворение это было выбрано Востоковым для не вышедшей в свет второй
    части "Периодического издания"" (ПР, с. 786). Крез - см. прим. 39.
     79. ПР, с. 247. Автограф - ЛГУ. По данным В. Н. Орлова, "в ноябре 1804
    года Востоков отклонил эти стихи от помещения во второй части
    "Периодического издания"" (ПР, с. 786).
     80. ПР, с. 248. Автограф - ЛГУ. По данным В. Н. Орлова, "в ноябре 1804
    года было выбрано Востоковым для второй части "Периодического издания"" (ПР,
    с. 786). Ст-ние имеет автобиографический характер. В "Curriculum vitae"
    Борна есть запись: "In die Schule... geschickt 8 Juni 1786. Erste Liebe zu
    Julchen Rosen" ("Определен в школу 8 июня 1786. Первая любовь к Юленьке
    Розен"). В очерке Борна "Ночь" снова упоминается девушка с тем же именем:
    "Где то время... когда быть вместе с Юлиею составляло верх моих желаний. ..
    Другой, - он был счастливее меня, разделяет с тобой блаженство супружества"
    (ПИ, с. 96-97).
    
     Стихотворения, приписываемые И. М. Борну
    
     81-82. И. М. Борн, Краткое руководство к российской словесности, СПб.,
    1808, с. 121, 124. В корректурном экземпляре книги, хранящемся в МГУ, под
    этими ст-ниями чьей-то рукой вписана фамилия Борна. Первое ст-ние приведено
    как образец сафической строфы, второе - как пример сочетания стихов с
    женской и мужской рифмой. "Руководство" было предназначено для воспитанников
    немецкого училища святого Петра, где Борн преподавал русскую словесность.