Симплициссимус I (Гейне; Вейнберг)

Симплициссимус I
автор Генрих Гейне (1797—1856), пер. П. И. Вейнберг (1831—1908)
Язык оригинала: немецкий. Название в оригинале: Simplicissimus I. («Der eine kann das Unglück nicht…»), опубл. в 1869[1]. — Источник: Полное собрание сочинений Генриха Гейне / Под редакцией и с биографическим очерком Петра Вейнберга — 2-е изд. — СПб.: Издание А. Ф. Маркса, 1904. — Т. 6. — С. 169—172.. Симплициссимус I (Гейне; Вейнберг) в дореформенной орфографии


Симплициссимус I


Один несчастья не выносит,
Другому счастье просто казнь;
Тех губит ненависть мужская,
А этих — женская приязнь.

Когда я впервые тебя увидал,
Ты чужд был галантных ухваток:
Не знали плебейские руки твои
Из лайки блестящей перчаток;

Носил ты тогда сюртучишко ещё
10 Зелёный, истасканный, узкий;
По локоть рукавчики, фалды до пят —
Ну, вылитый хвост трясогузки.

Твой галстук был то, что мамаше твоей
Служило салфеткой когда-то;
15 В ту пору твоя не топорщилась грудь
Под шарфом, расшитым богато.

У обуви был вид почтенный такой,
Как будто ты шил у Ганс Сакса;
И чистило сало родное её,
20 Как нынче — французская вакса.

Пачули не пахло ещё от тебя,
Не пялил ты на нос лорнетки,
Цепочки ещё не имел золотой,
Жены и атласной жилетки.

25 Ты был равнодушен тогда вообще
Ко всем ухищрениям моды,
Жил просто; но годы были меж тем —
Твои наилучшие годы.

Имел волоса ты, под ними росли
30 Прекрасные мысли; а ныне
Твой череп несчастный совсем оголён,
И пусто на нём, как в пустыне.

Исчез и лавровый венок твой; прикрыть
Он плешь твою мог бы немножко.
35 Кто так окарнал тебя? Право, ты стал
Похож на обритую кошку.

И золото тестя пропало (его
Он нажил продажею шёлка);
Старик всё горюет, что нет ни на грош
40 В немецкой поэзии толка.

Ах, это ужели тот самый «Живой»,
Который сожрать собирался
Всю землю, и князя фон Пюклер-Мюскау
Спровадить к Плутону пытался?

45 Ужли это рыцарь блуждающий тот,
С Ла-Манчским столь схожий во многом,
Который вcё письма тиранам писал
Студенчески дерзостным слогом?

Ужли это первый в борьбе за прогресс,
50 Фельдмаршал немецкой свободы,
Всегда впереди волонтеров своих
Скакавший в минувшие годы?

Был конь его белого цвета (всегда
Герои и боги скакали
55 На белых)… Спасителя родины все,
В восторге ликуя, встречали.

Он был виртуоз, поскакавший верхом,
Франц Лист на коне, лунатичный
Паяц, шарлатан, балаганный герой,
60 Филистеров друг закадычный!

С ним рядом неслась и супруга его
С огромнейшим носом. Так смело
На шляпе перо развевалось! В глазах
Такая отвага блестела!

65 Предание есть, что супругу она
Дать бодрость старалась напрасно,
Когда от ружейной пальбы у него
Расстроились нервы ужасно.

Сказала: «Ну, полно быть зайцем! Откинь
70 Всю трусость! Подумай, что надо
Теперь победить иль погибнуть; что здесь
Быть может, корона — награда.

«О горе родимой земли, о своих
Долгах и невзгодах подумай.
75 Во Франкфурте я короную тебя,
И Ротшильд значительной суммой

«Тебя, как других государей, ссудит…
О, милый, как плащ горностайный
К лицу тебе будет! Повсюду ура,
80 Цветы и восторг чрезвычайный!..»

Вотще! Антипатий иных побороть
Дух самый высокий не волен:
Для Гёте был гадок табак; наш герой
От запаха пороха болен.

85 Пальба всё сильнее… бледнеет герой,
Нелепое что-то болтает…
Он бредит как будто в горячке… Жена
Платком длинный нос закрывает.

Гласит так преданье. Правдиво ль оно?
90 Кто знает? Все люди — творенья
С пороками. Славный Гораций — и тот
Постыдно бежал из сраженья.

Таков уж прекрасного жребий: иметь
Погибель конечною гранью;
95 Поэта стихи на обёртку идут,
А сам он становится дрянью.




Примечания

  1. Впервые опубликовано в Letzte Gedichte und Gedanken von Heinrich Heine. — Hamburg: Hoffman und Campe, 1869. — С. 128—132..