Письмо А. С. Пушкину (Сенковский)

Письмо А. С. Пушкину
автор Осип Иванович Сенковский
Опубл.: 1834. Источник: az.lib.ru

Переписка А. С. Пушкина
А. С. Пушкин и О. И. Сенковский

Переписка А. С. Пушкина. В 2-х т. Т. 2

М., «Художественная литература», 1982.

(Переписка русских писателей)

Содержание

О. И. Сенковский — Пушкину. Январь — первая половина февраля 1834 г. Петербург

Осип (Юлиан) Иванович Сенковский (1800—1858) — известный ученый-ориенталист, писатель, критик и журналист, редактор «Библиотеки для чтения» (1834—1856). Печатался под псевдонимом Барон Брамбеус. Первым свидетельством знакомства Пушкина с именем Сенковского является его похвальный отзыв на сказку Сенковского «Витязь буланого коня», опубликованную в 1824 году в «Полярной звезде». Сохранились сведения и об их личных встречах (см.: Черейский, с. 373—374). В 1834—1835 годах Пушкин сотрудничал в «Библиотеке для чтения», опубликовав здесь «Пиковую даму», «Кирджали», «Песни западных славян», три сказки и несколько стихотворений. К этому времени относятся и сочувственные отзывы Сенковского о Пушкине (см.: БдЧ, 1834, т. III, отд. V, с. 41—42; т. VI, отд. VI, с. 2; 1835, т. X, отд. V, с. 21—38, и др.). Единственное сохранившееся письмо Сенковского к Пушкину с восторженным откликом на «Пиковую даму», оцененную им как произведение, этапное для русской литературы, также было написано в этот период. Свою оценку пушкинской повести Сенковский повторил печатно, назвав ее «верхом прелестного русского рассказа» (БдЧ, 1834, т. III, отд. VI, с. 5). Пушкин ценил в Сенковском талант журналиста и ученого, но был непримирим к его «коммерческому» подходу к литературе, грозившей превратиться в этом случае, по выражению Вяземского, в «литературную промышленность». Этим, в первую очередь, объясняется резкое расхождение их литературно-общественных позиций.

С уходом Пушкина из «Библиотеки для чтения» и с началом издания «Современника» связан ряд резких печатных выпадов Сенковского против нового журнала и его издателя. Из боязни перед конкурирующим изданием Сенковский попытался дискредитировать «Современник» еще до его выхода в свет (см. его повесть «Записки домового», где, как считают, под «упавшей литературной репутацией» имеется в виду Пушкин — БдЧ, 1835, т. XIII, отд. I, с. 82—83, а также: БдЧ, 1836, т. XV, отд. VI, с. 67—70, и ответ Пушкина: Акад., XII, с. 183—184).

На страницах первого номера «Современника» с открытой полемической статьей против Сенковского выступил Гоголь («О движении журнальной литературы в 1834 и 1835 году»). Своим «Письмом к издателю» (подпись: «А. Б.» — С, 1836, т. III, с. 321—329; Акад., XII, с. 94—98) Пушкин внес существенные коррективы в позицию журнала по отношению к Сенковскому (подробнее см.: сб. «Атеней», кн. 1—2,1924, с. 15—24; В. В. Гиппиус. Литературное общение Гоголя с Пушкиным. — «Уч. зап. Пермск. гос. ун-та», Отд. обществ, наук, вып. 2, 1931, с. 61—126; В. Г. Березина. Из истории «Современника» Пушкина. — П. Иссл. и мат., т. 1, с. 278—312; Письма посл. лет, с. 462—463).

После смерти Пушкин был охарактеризован в статьях «Библиотеки для чтения» как великий национальный поэт (1840, 1841). О Сенковском см.: В. Каверин. Барон Брамбеус. М., 1966.

О. И. СЕНКОВСКИЙ — ПУШКИНУ

Январь — первая половина февраля 1834 г. Петербург

Je dois à l’obligeance de Smirdine, Monsieur, un plaisir extrême que je viens d'éprouver, et un plaisir si vif qae je peux m’empêcher de saisir la plume et de l’exprimer tout chaud. Smirdine, se rendant à ma prière, m’a communiqué les deux chapitres premiers de Votre conte:1 je les ai relus trois fois, tant j’y ai trouvé de charme. Je ne connais point la suite de la pièce, mais ces deux chapitres sont un chef-d’oeuvre de style et de bon goût, sans parler d’une foule d’observations fines et vraies comme la vérité. Voilà, comment il faut écrire des contes en russe! Voilà au moins un langage civilisé, une langue qu’on parle et qu’on peut parler entre des gens comme il faut. Personne ne sent mieux que moi les éléments qui manquent chez nous pour créer la bonne littérature, et l'élément essentiel vital, sans lequel il n’y a point de vraie littérature nationale, l'élément qui manque totalement à notre prose, c’est le langage de la bonne société. Jusqu'à présent je n’ai vu dans notre prose qu’un langage de femmes de chambre et celui de suppôts de justice. Zagoskine, auteur que j’aime de préférence, под pas pour son style, car il n’en a pas, mais pour son langage et pour son talent de conception, Zagoskine lui-même toutes les fois qu’il introduit des personnes d’une classe supérieure et surtout des femmes, il leur fait parler une langue dont on ne sert que dans les rapports entre maîtresse et femme de chambre. Si vous voulez, il n’existe pas encore de véritable langue russe de bonne société, car nos dames ne parlent russe qu’avec leurs femmes de chambre, mais il faut deviner cette langue, il faut la créer et la faire adopter par ces mêmes dames, et cette gloire, je le vois clairement, Vous est réservée, à Vous seul, à votre goût et votre admirable talent. Je ne reviens pas de ces deux chapitres: s’est charmant, charmant, charmant! Au nom de ces deux chapitres,; continuez! Vous créez une chose nouvelle, vous commencez une nouvelle époque pour la littérature, que vous avez déjà illustrée dans une autre partie. C’est un météore tout nouveau que j’aperèois. Quelques feuilles de la «Монастырка» m’avaient déjà fait entrevoir ce langage que je cherche partout sans le rencontrer dans nos livres2, mais l’auteur n’avait pas su se soutenir, et il est retombé dans le vulgaire. Au reste il n’est pas un génie, et un homme sans génie n’est pas fait pour montrer un chemin dans la littérature. A vous, à vous tout est possible, tout vous est dévolu. Je vous le répète, et sans flatterie, — car, Dieu merci, nos rapports ne sont pas tels pour me réduire à la bassesse d’une lfatterie, qui n’aurait même pas de but comme elle n’a jamais d’excuse auprès d’honnêtes gens, — je vous le répète,; Vous commencez une nouvelle prose, et tenez cela pour dit. C’est avec l’enthousiasme de l’amour de l’art que je le dis, et cet enthousiasme ne peut être que sincère et ne doit même pas blesser votre modestie. Bestoujeff a, sans contredit, beaucoup, beaucoup démérite; sa pensée est belle, mais son expression est toujours fausse: ce n’est pas lui qui fera la prose que tout le monde, depuis la comtesse jusqu’au marchand de la 2me guilde, puisse lire avec un égal plaisir. C’est le langage russe universel manquait à notre prose, et je l’ai trouvé dans votre conte. C’est le langage de vos poésies qui sont comprises et goûtées par toutes les classes également, que vous transportez dans votre prose de conteur; je reconnais ici la même langue et le même goût, le même charme. Ah, je ne saurais vous dire en quel état de joie m’a mis cette lecture, tout malade que je suis grâce aux tracasseries que m’ont suscitées ceux qui se disent amis de la littérature, qui sans méconnaître, sans avoir jamais eu à démêler avec moi, ont voulu me poursuivre comme celui qui avait fait tomber à plat toute littérature et ne cessent jusqu'à présent de rôder autour de ma propriété civile, pour prouver sans doute leur amour des lettres3. Mais ce sont des choses qui ne vous intéressent pas: le fait est que c’est à Vous que je dois un moment de véritable plaisir dans mon état de souffrances nerveuses, et permettez-moi de vous en remercier de but en blanc, avec toute l’inconséquence de la démarche qu’aucune circonstance extérieure ne motive point. C’est, voyez-vous, un sentiment de cabinet: c’est ce sentiment imprévu, sans intention et sans suite, tout particulier à moi, tout domestique, un véritable home-feeling que je Vous exprime, sans savoir trop pourquoi je le fais. Excusez le griff (onnage) que je trace, en tenant à tour de rôle mes mains sur une cruche d’eau chaude et appuyé de mes deux pieds sur une autre cruche semblable. Si cette lettre vous déplait ou si elle vous paraît étrangej dites que s’est une cruche qui Vous l’a écrite. Adieu.

Senkowski.

Ce samedi.

ПЕРЕВОД

Любезности Смирдина обязан я, милостивый государь, чрезвычайным удовольствием, только что испытанным мною, удовольствием столь живым, что я не могу не взяться за перо и не выразить его под свежим впечатлением. Уступая моей просьбе, Смирдин доставил мне две первые главы вашей повести:1 я перечитал их три раза — столько нашел я в них прелести. Я совсем не знаю продолжения повести, но эти две главы — верх искусства по стилю и хорошему вкусу, не говоря уже о бездне замечаний, тонких и верных, как сама истина. Вот как нужно писать повести по-русски! Вот, по крайней мере, язык вполне обработанный, язык, на каком говорят и могут говорить благовоспитанные люди. Никто лучше меня не чувствует, каких основ недостает нам, чтобы создать хорошую литературу, а главнейшая из них, жизненная, без которой нет настоящей национальной литературы, основа, которой совершенно не существует в нашей прозе, — это язык хорошего общества. До сих пор я встречал в нашей прозе только язык горничных и приказных. Загоскин, писатель особенно мною любимый, не за слог, которого у него нет, но за язык и за способность к выдумке, даже Загоскин, всякий раз, когда выводит лиц из высших кругов общества, и особенно женщин, заставляет их говорить языком, какой употребителен только в разговоре между барыней и горничной. Да если хотите, настоящего русского языка хорошего общества еще не существует, ибо наши дамы говорят по-русски только со своими горничными, но нужно разгадать этот язык, нужно его создать и заставить этих самых дам принять его; и слава эта, вижу ясно, уготована вам, вам одному, вашему вкусу и прекрасному таланту. Я не могу опомниться от этих двух глав: они прелестны, прелестны, прелестны! Ради этих двух глав продолжайте! Вы создаете нечто новое, вы начинаете новую эпоху в литературе, которую вы уже прославили в другой отрасли. Я замечаю совсем новый метеор. По некоторым страницам «Монастырки» уже можно было как бы предчувствовать тот язык, который я ищу повсюду, но не нахожу в наших книгах2, однако автор не сумел удержаться и впал в вульгарность. Впрочем, он не гений, а человек, лишенный гениальности, не создан для того, чтобы пролагать новые пути в литературе. Вам, вам все возможно, все вам досталось по праву. Повторяю вам, и без лести, — ибо, слава богу, наши отношения не таковы, чтобы мне нужно было унижаться до лести, которая к тому же была бы и бесцельна, как она никогда не имеет оправдания среди порядочных людей, — повторяю вам, — вы положили начало новой прозе, — можете в этом не сомневаться. С энтузиазмом любви к искусству говорю это, а такой энтузиазм может быть только искренним и не должен даже оскорблять вашу скромность. У Бестужева, спору нет, много, много достоинств; мысль у него прекрасна, но ее выражение всегда фальшиво: не ему создать прозу, которую все, от графини до купца 2-й гильдии, могли бы читать с одинаковым удовольствием. Именно всеобщего русского языка недоставало нашей прозе, и его-то я нашел в вашей повести. Это язык ваших стихов, одинаково понятных и доставляющих наслаждение всем слоям общества, который вы переносите в вашу прозу рассказчика; я узнаю в ней тот же язык, и тот же вкус, ту же прелесть. О, не могу выразить, сколько радости доставило мне это чтение, хотя я и совсем болен благодаря неприятностям, причиненным мне теми, кто называет себя друзьями литературы, кто, не зная меня лично, не имея со мной никаких ссор, пожелал преследовать меня как человека, который довел до полного падения всю литературу; они до сих пор еще рыщут около моей гражданской собственности, — несомненно, чтобы доказать свою любовь к изящной словесности 3. Но все это вас не может интересовать: а факт тот, что именно вам обязан я минутой истинной радости среди моих нервных страданий; позвольте же мне поблагодарить вас за это без церемоний, со всей необдуманностью поступка, не оправданного никаким внешним обстоятельством. Это, видите ли, чувство «кабинетное», и вот это-то нечаянное чувство, без умысла и без последствий, столь свойственное мне и столь домашнее, настоящее home-feeling[1], я вам и высказываю, не зная хорошенько, почему я так поступаю. Простите за каракули; я их пишу, держа попеременно то одну, то другую руку на кувшине с горячей водой и поставив обе ноги на другой такой же кувшин. Если это письмо вам не понравится или если оно покажется вам странным — скажите, что его писал старый кувшин[2]. Прощайте.

Сенковский.

Суббота.

— — --

РА, 1881, кн. 1, с. 441—444; Акад., XV, № 881.

1 Речь идет о «Пиковой даме», опубликованной впервые в т. II «Библиотеки для чтения» за 1834 г. (отд. I, с. 109—140).

2 «Монастырка» (1830—1833) — роман Антония Погорельского, оцененный передовыми литературными кругами как «настоящий и, вероятно, первый у нас роман нравов» (ЛГ, 1830, № 16, 17 марта) и противопоставлявшийся «нравственно-сатирическим» романам Ф. Булгарина. В качестве особой заслуги Погорельского единодушно был отмечен «живой, естественный и свободный» слог «Монастырки» (О.Сомов. Обозрение российской словесности за вторую половину 1829 и первую половину 1830 года. — СЦ на 1831 г., с. 74; см. также: MT, 1833, № 8, с. 582—584; ЛГ, указ. номер).

3 Сенковский, очевидно, намекает на начинавшуюся уже в это время «континентальную блокаду», объявленную ему и его журналу петербургскими и московскими литераторами. Бойкот был вызван не только литературной позицией и редакторской бесцеремонностью Сенковского, но и духом буржуазного меркантилизма, привнесенным им в литературное дело (подробнее об этом см.: В. Каверин, Барон Брамбеус. М., 1966, с. 57—69 и далее).

Список условных сокращений, принятых в комментариях

Акад.-- А. С. Пушкин. Полное собрание сочинений, тт. I—XVII. М. —Л., Изд-во АН СССР, 1937—1959.

Анненков — П. В. Анненков. Материалы для биографии Александра Сергеевича Пушкина. СПб., 1855 (Сочинения Пушкина с приложением для его биографии портрета, снимков с его почерка и его рисунков, и проч., т. 1).

Анненков. Пушкин — П. Анненков. Александр Сергеевич Пушкин в александровскую эпоху. 1799—1826. СПб., 1874.

AT — Переписка Александра Ивановича Тургенева с кн. Петром Андреевичем Вяземским. 1814—1833 гг. Пг., 1921 (Архив братьев Тургеневых, вып 6).

Б — «Благонамеренный».

Баратынский, 1951 — Баратынский Е. А. Стихотворения. Поэмы. Проза. Письма. М., Гослитиздат, 1951.

Барсуков — Н. П. Барсуков. Жизнь и труды М. П. Погодина, кн. 1—22. СПб., 1888—1910.

БдЧ — «Библиотека для чтения».

БЗ — «Библиографические записки».

Б-ка П.-- Б. Л. Mодзалевский. Библиотека А. С. Пушкина. Библиографическое описание. СПб., 1910.

Вацуро — В. Э. Вацуро. «Северные цветы». История альманаха Дельвига — Пушкина. М., «Книга», 1978.

ВД — «Восстание декабристов». Материалы, т. I—XVII. М. —Л., Госиздат, 1925—1980.

ВЕ — «Вестник Европы».

Вигель — Ф. Ф. Вигель. Записки, ч. I—II. М., «Круг», 1928.

Вос. Бестужевых — «Воспоминания Бестужевых». М. —Л., 1951.

Врем. ПК — «Временник пушкинской комиссии». 1962—1976. М. —Л., «Наука», 1963—1979 (Изд-во АН СССР. Отд. лит. и яз. Пушкинская комиссия).

Вяземский — П. А. Вяземский. Полное собрание сочинений, т. I—XII. СПб., 1878—1896.

Гастфрейнд. Товарищи П. — Н. Гастфрейнд. Товарищи Пушкина по вып. Царскосельскому лицею. Материалы для словаря лицеистов 1-го курса 1811—1817 гг., т. I—III. СПб., 1912—1913.

ГБЛ — Государственная библиотека им. В. И. Ленина (Москва). Рукописный отдел.

Гиллельсон — М. И. Гиллельсон. П. А. Вяземский. Жизнь и творчество. Л., «Наука», 1969.

ГМ — «Голос минувшего».

ГПБ — Государственная публичная библиотека им. M. E. Салтыкова-Щедрина (Ленинград). Рукописный отдел.

Греч — Н. И. Греч. Записки о моей жизни. М. —Л., «Асаdemia», 1930.

Дельвиг — Дельвиг А. А. Сочинения. СПб., 1893.

Дельвиг. Материалы-- Верховский Ю. Н. Барон Дельвиг. Материалы биографические и литературные. Пг., изд-во Кагана, 1922.

ДЖ — «Дамский журнал».

ЖМНП — «Журнал министерства народного просвещения»,

ИВ — «Исторический вестник».

ИРЛИ — Институт русской литературы (Пушкинский Дом) АН СССР (Ленинград). Рукописный отдел.

Карамзины — «Пушкин в письмах Карамзиных 1836—1837 годов». М. — Л., 1960 (Изд-во АН СССР. Институт русской литературы (Пушкинский Дом).

Керн — А. П. Керн. Воспоминания. Дневники. Переписка. М., ИХЛ, 1974.

Кюхельбекер — В. К. Кюхельбекер. Путешествие. Дневник. Статьи. Л., «Наука», 1979.

ЛГ — «Литературная газета».

Летопись — М. А. Цявловский. Летопись жизни и творчества А. С. Пушкина, т. I. М., 1951.

Лет. ГЛМ — Летописи Государственного литературного музея, кн. I. Пушкин. М. — Л., 1936.

ЛН — «Литературное наследство».

MB — «Московский вестник».

M. вед. — «Московские ведомости».

Модзалевский — Б. Л. Mодзалевский. Пушкин. Л., «Прибой», 1929.

Мордовченко — Н. И. Mордовченко. Русская критика первой четверти XIX века. М. — Л., Изд-во АН СССР, 1959.

MT — «Московский телеграф».

НЛ — «Новости литературы».

Новонайденный автограф Пушкина — В. Э. Вацуро, М. И. Гиллельсон. Новонайденный автограф Пушкина. М. — Л., «Наука», 1968.

ОА — «Остафьевский архив князей Вяземских». Под ред. и с примеч. В. И. Саптова, т. I—V. СПб., 1899—1913.

ОЗ — «Отечественные записки».

ОРЯС — Сборник Отделения русского языка и словесности Академии наук.

П. в восп. — "А. С. Пушкин в воспоминаниях современников). В 2-х томах. М.. ИХЛ, 1974.

П. в печ.-- Н. Синявский, М. Цявловский. Пушкин и печати. 1814—1837. Хронологический указатель произведений Пушкина, напечатанных при его жизни, изд. 2-е, испр. М., Соцэкгиз, 1938.

П. Врем.-- «Пушкин». Временник пушкинской комиссии, т. 1—6. М. — Л., Изд-во АН СССР, 1936—1941.

ПГП — «Переписка Я. К. Грота с П. А. Плетневым», т. 1—3. СПб., 1896.

ПЗ — «Полярная звезда».

П и С — «Пушкин и его современники». Материалы и исследования, вып. I—XXXIX. СПб., Изд-во Акад. наук, 1903—1930.

Переписка — «Пушкин. Переписка». Под ред. и с примеч. В. И. Саитова. Т. I—III. СПб., Изд. Имп. Акад. наук, 1906—1911.

Писатели-декабристы в восп. совр. — «Писатели-декабристы в воспоминаниях современников». В 2-х томах. М., ИХЛ, 1980.

Письма — Пушкин. Письма 1815—1833, т. I—II. Под ред. и с примеч. Б. Л. Модзалевского. М. — Л., Госиздат, 1926—1928. Т. III. Под ред. и с примеч. Л. Б. Модзалевского. М. — Л., «Academia», 1935.

Письма посл. лет. — Пушкин. Письма последних лет. 1834—1837. Л., «Наука», 1969.

Письма к Вяземскому — «Письма А. С. Пушкина, бар. А. А. Дельвига, Е. А. Баратынского и П. А. Плетнева к князю П. А. Вяземскому». СПб., 1902.

Плетнев — Плетнев П. А. Сочинения и переписка, т. I—III. СПб., 1885.

Полевой — Н. А. Полевой. Материалы по истории русской литературы и журналистики 30-х годов XIX в. Л., «Academia», 1934.

П. Иссл. и мат.-- «Пушкин. Исследования и материалы», т. I—IX. М. —Л., Изд-во АН СССР, 1956—1979.

Пушкин. Итоги и проблемы — «Пушкин. Итоги и проблемы изучения». М. — Л., «Наука», 1966.

Пущин — И. И. Пущин. Записки о Пушкине. Письма. М., Гослитиздат, 1956.

РА — «Русский архив».

Рассказы о П.-- «Рассказы о Пушкине, записанные со слов его друзей П. И. Бартеневым в 1851—1860 годах». М., 1925.

Р. библ.-- «Русский библиофил».

PB — «Русский вестник».

РЛ — «Русская литература».

PC — «Русская старина».

Рукою П.-- «Рукою Пушкина». Несобранные и неопубликованные тексты. М. —Л., «Acadernia», 1935.

Рус. инв. — «Русский инвалид».

РЭ — «Русская эпиграмма конца XVII — начала XX вв.» Л., «Сов. Пис.», 1975.

С — «Современник».

Семевский — Семевский М. И. Прогулка в Тригорское. — В кн.: Вульф А. Н. Дневники. М., изд-во «Федерация», 1929.

СО — «Сын отечества».

СО и CA — «Сын отечества и Северный архив».

СПб. вед.-- «С.-Петербургские ведомости».

СПч — «Северная пчела».

Стар. и нов. — «Старина и новизна».

СЦ — «Северные цветы».

Тел. — «Телескоп».

Томашевский — Б. Томашевский. Пушкин, кн. 1 (1813—1824). М. —Л., Изд-во АН СССР, 1956.

Тургенев. Хроника русского — А. И. Тургенев. Хроника русского. Дневники (1825—1826). М. — Л., «Наука», 1964.

Хитрово — «Письма Пушкина к Елизавете Михайловне Хитрово. 1827—1832». Л., 1927.

ЦГАЛИ — Центральный государственный архив литературы и искусства (Москва).

ЦГАОР — Центральный государственный архив Октябрьской революции (Москва).

ЦГИА — Центральный государственный исторический архив (Ленинград).

Черейский — Л. А. Черейский. Пушкин и его окружение. Л., «Наука», 1975.

Щеголев — П. Е. Щеголев. Дуэль и смерть Пушкина, изд. 3-е. М. —Л., Госиздат, 1928.

Эйдельман — Н. Я. Эйдельман. Пушкин и декабристы. М., ИХЛ, 1979.

ЯА — «Письма H. M. Языкова к родным за дерптский период его жизни (1822—1829)». СПб., 1913 (Языковский архив, вып. I).


  1. домашнее чувство (англ.).
  2. Здесь — непереводимая игра слов: la cruche по-французски означает «кувшин» и «дурень», «олух».