Письма от Г.В. Вернадского (Корнилов)

Письма от Г.В. Вернадского
автор Александр Александрович Корнилов
Опубл.: 1919. Источник: az.lib.ru

    МИНУВШЕЕ: Исторический альманах. 16.

    М.; СПб.: Atheneum; Феникс. 1994.

    (Из архива А. А. Корнилова)Править

    Г. В. ВернадскийПравить

    1
    Симферополь. Менделеевская, 10

    кв. Васильева
    10 февраля н.ст. 1919

    Дорогой Александр Александрович!

    Пишу наудачу — м[ожет] б[ыть], почта теперь наладилась. Хочу хоть несколько слов сказать и узнать в ответе, что теперь с тобой и как ты. Что было в эти бурные тревожные месяцы в Кисловодске1?

    Мы с Ниной2 осенью уехали из Перми3, т. к. большевики начали там свирепствовать перед приходом сибиряков, брать заложников и пр.4 Пробрались в Киев к моим родителям5, а там мне предложили профессуру в Таврическом университете6 (тогда еще отделение Киевского универ[ситета]). Я был избран и вот пока устроились здесь.

    Вчера неожиданно появился у нас твой сын Володя7. Он здесь в пулем[етной] команде. Узнал наш адрес, встретив случайно на улице Костю Старынкевича8. Оказывается, пулеметч[ики] стоят рядом с нами и Володя обещал заходить9. Вчера он забегал буквально на одну минутку спросить, не знаю ли чего про тебя. Он бодр, здоров, как-то окреп и возмужал.

    Родители мои в Киеве. Папа был назначен (еще при гетмане) президентом укр[аинской] академии [наук]10, после переворота его хотели сместить, сейчас более месяца ничего не знаю о них. Дм. Ив. [Шаховской]11 в Москве, чуть ли не единственный не тронутый, а то все бежали или сидят. Дм. Ив. тоже одно время скрывался. Наташа Шах[овская]12 вышла замуж за Мих. Вл. Шика13, который принял православие — по убеждению, а не по случаю.

    Меня ужасно беспокоит твое материальное положение, но сейчас я лично совершенно не могу тебе помочь, получаю так мало здесь, что еле существуем (из Перми я тебе посылал два раза не по оч[ень] многу, но вряд ли дошли). Через Вл. Андр. Оболенского]14 я просил устроить тебе помощь из обществ[енных] средств, это взяла на себя С.Вл. Пан[ина]15, ехавшая в Екатеринодар, обещала, что тебя разыщет и все устроит.

    Крепко обнимаю тебя, Екат[ерину] Ант[иповну], Талочку. Нина шлет Вам горячий привет.

    Твой Г.Вернадский

    Талочка уже большая, верно? Пусть напишет мне!

    P.S. Серг. Фед. Ольд[енбург]16 в Петерб[урге], по-прежнему деятелен и бодр. Мария Дмитр. [Ольденбург]17 умерла. Сережа [Ольденбург]18 приехал недавно на южный берег, но я его еще не видел.

    P.P.S. Если Софья Вл. ничего ради не передавала, напиши, я имею возможность тогда устроить тебе деньги отсюда. Паниной можно писать в Екатеринод[ар], Особое Совещание при Главноком[андующем]19.

    2
    Симферополь.

    13 марта (28 февр.) [19] 19 г.

    Дорогие Александр Александрович, Екатерина Антиповна и Талочка!

    Страшно были обрадованы Вашими письмами! Я уж думал, что мое письмо не добралось до Кисловодска, вдруг такая радость — ответ!

    Ты пишешь, дорогой дядя Адя, что вы хотели бы уехать из Кисловодска и спрашиваешь насчет Крыма. Сейчас о последнем нечего и думать, — в Крыму сейчас слишком напряженное положение. Пока еще жизнь дешевле, чем, как ты пишешь, в Кисловодске (ф[унт] хлеба по карточке — дают — 3/4 ф. — 63 к., на базаре по вольн[ой] прод[аже] 1 р. 10 — 1 р. 20, обед в народной столовой 4 р. и даже есть обед за 2 р. 50 к. и т. д.). Но теперь с занятием Мелитополя большевиками цены должны быстро полезть в гору. Кроме того неизвестно, не пойдут ли большевики из Мелит[ополя] и в самый Крым. Я-то думаю, что нет, но, конечно, все возможно. Во всяком случае тут будет, верно, продовольственный кризис. Нам самим хотелось бы уехать летом на Кубань. Говорят, на Кубани в станицах сравнительно очень дешево жить. Вот бы нам вместе устроиться![1]

    Будем хлопотать с Вл. Андр. Обол[енским] о том, чтобы выслать тебе отсюда денег. Вл. Андр. видел на днях [Петра] Долгорукова в Ялте и как раз вчера рассказывал мне то, что о тебе"[2] /…/ в очень бодром и энергичном настроении. Он нам с Ниной ужасно понравился.

    1 В результате наступления войск ген. А. И. Деникина 20 января 1919 Кисловодск оказался занят Добровольческой армией.

    2 Нина Владимировна Вернадская (урожд. Ильинская; ? −1955) — жена Г. В. Вернадского с 1908. Окончила историко-филологическое отделение Высших женских курсов. Занималась музыкой, пением.

    3 Здесь Г. В. Вернадский исполнял должность профессора новой русской истории в Пермском университете — первом в северо-восточной части европейской России (открыт в 1916 как отделение Петроградского университета, статус самостоятельного приобрел с 1 июля 1917). После защиты диссертации на звание магистра русской истории («Русское масонство при Екатерине II», издана в Петрограде в 1917) Вернадский был избран на кафедру русской истории Омского Политехнического института и в сентябре 1917 выехал в Омск, но из-за забастовки железнодорожников не сумел добраться до города и осел в Перми, где и получил приглашение в новый университет. Подробнее см. его мемуарные статьи: «Из воспоминаний» (Новый журнал. 1970. Кн. 100) и «Пермь — Москва — Киев» (Там же. 1971. Кн. 104).

    4 Созданная по распоряжению Временного сибирского правительства в июне 1918 Сибирская армия 24 декабря 1918 взяла Пермь.

    5 Владимир Иванович (1863—1945) — естествоиспытатель и философ (академик с 1912) и Наталья Егоровна (урожд. Старицкая; 1860—1943) Вернадские — ближайшие друзья А. А. Корнилова со студенческих времен. Их совместная жизнь продолжалась 55 лет и 5 месяцев, по собственному выражению Вернадского, «душа в душу и мысль в мысль» (в 1988 и 1991 Архивом РАН издано 2 тома писем Вернадского жене за 1886—1892; готовятся и последующие публикации). Все годы гражданской войны провели на Украине (Полтава, Киев, Крым); более подробно об этом периоде их жизни см.: Сытник К. М., Стойко С. М., Апанович Е.М. В. И. Вернадский: Жизнь и деятельность на Украине. Киев, 1984.

    6 Вопрос о необходимости создания вуза в Крыму был поднят в августе 1916 Таврическим губернским земским собранием и поддержан группой ученых и общественных деятелей (В. И. Вернадский, С. Ф. Ольденбург и др.), представивших в декабре 1916 в Государственный Совет проект учреждения Таврического института. Он рассматривался летом 1917 во Временном правительстве, но окончательное решение так и не было принято (на свой вуз претендовали Симферополь, Ялта и Керчь); тогда инициативу организации крымского вуза взял на себя Университет св. Владимира в Киеве; 17 октября 1917 Совет университета одобрил идею филиала в Крыму (как «университета-здравницы» в Ялте); в январе-апреле 1918 прошли выборы кандидатов на замещение должностей и вскоре в помещении Ливадийского дворца и Ореанды были открыты первые курсы (медицинский факультет работал непосредственно в Киеве). После занятия Крыма немецкими войсками филиал был переведен в Симферополь, что, по-видимому, инициировалось не в последнюю очередь самими преподавателями (среди них к этому времени оказалось много московских и петроградских профессоров), желавшими обрести самостоятельный, независимый от киевского университета, статус. 30 августа 1918 состоялось постановление Крымского краевого правительства об учреждении Таврического университета, а 14 октября — торжественное открытие. В составе пяти факультетов — историко-филологического, физико-математического, юридического, медицинского и аграрного — он продолжал функционировать в течение всей гражданской войны. 28 сентября 1920 ректором университета был избран В. И. Вернадский.

    7 Владимир Александрович Корнилов (1892—1934?) — внебрачный сын А. А. Корнилова, художник. В дореволюционные годы учился в Академии художеств, был дружен с СВ. Чехониным. В годы гражданской войны сражался на стороне белых. После падения Крыма в 1921 эвакуировался в Константинополь, затем попал в США, где работал матросом на частных яхтах. Во время пребывания в США не терял связи с родными, но из предосторожности направлял письма на адрес известного зоолога, академика Н. В. Насонова (1855—1939), мужа его тетки — Екатерины Александровны. Вернулся в Россию после смерти отца — в конце 1925 или 1926. Работал художником по фарфору на Ломоносовском заводе, некоторые его работы находятся ныне в собрании Русского музея. В первом браке женат на Валерии Александровне Волковой, во втором — на Наталье Федоровне Ольденбург (1894—1942)-- дочери известного деятеля народного образования Ф. Ф. Ольденбурга (1862—1914), друга А. А. Корнилова (о нем см.: Корнилов А. А. Воспоминания о юности Ф. Ф. Ольденбурга // Русская мысль. 1916. № 8). Погиб при невыясненных обстоятельствах.

    8 Константин Дмитриевич Старынкевич (1888—1930) — ботаник, сын старинного друга А. А. Корнилова — Д. С. Старынкевича (о нем см. ниже). С 1916 помощник лесничего Южнобережного лесничества, в мае-сентябре 1918 ассистент по ботанике у Н. И. Кузнецова (о нем см. ниже) в Таврическом университете. Эмигрировал, в Чехословакии — один из организаторов Русской гимназии в Праге; затем жил в Париже, работал в Пастеровском институте. Автор книги «Строение жизни», изданной Г. В. Вернадским (с введением Н. О. Лосского) после смерти Старынкевича.

    9 Эти встречи младшего поколения Вернадских, Корниловых, Старынкевичей не были случайными. Одной из стержневых идей Братства было стремление создать «братскую вертикаль» — передать свои нравственные, духовные, этические идеалы детям — «второму поколению». Дочь Вернадского вспоминала: «Друзья были из Братства, их дети были для нас родные братья и сестры. Это был громадный мир, связанный взаимной верой, любовью и чувством ответственности перед жизнью» (Цит. по: Владимир Иванович Вернадский: Материалы к биографии // Прометей: Ист.-биогр. альманах. Т. 15. М., 1988. С. 121—122). Молодежь — Вернадские, Ольденбурги, Шаховские, Корниловы, Любощинские и их друзья — вместе учились, путешествовали, переписывались. Однако в отличие от старшего поколения, сконцентрировавшего поиски новой духовности в рамках коллективного, соборного сознания, их дети отдавали приоритет уму одиночному, ищущему свой и только свой путь. «Наши дети, — отмечал В. И. Вернадский в письме Д. И. Шаховскому (1925), — при их нетронутости и чистоте их личностей едва сохраняют отпечатки нашей духовной близости…» (Цит. по: Минувшее. Указ. изд. С. 12). Все же отношения дружбы и братской поддержки сохранялись многие десятки лет.

    10 В мае 1918 по приглашению Н. П. Василенко (историка, министра народного просвещения в правительстве гетмана П. П. Скоропадского) В. И. Вернадский приехал в Киев для организации научной работы на Украине. Он возглавил три основные подготовительные комиссии: по созданию Украинской Академии наук (УАН), Временный комитет по основанию библиотеки при Украинской АН и Комиссию по высшим учебным заведениям и ученым учреждениям Украины. Вместе с Вернадским в их работе участвовали М. И. Туган-Барановский, А. Е. Крымский, В. А. Кистяковский и др. Предварительная работа по созданию Академии была закончена к концу 1918. На Общем собрании АН 27 октября 1918 Вернадский единогласно избирается президентом УАН, что послужило для него поводом к выходу из ЦК конституционно-демократической партии.

    11 Дмитрий Иванович Шаховской (1861—1939) — общественный и политический деятель, историк, публицист, исследователь творчества П. Я. Чаадаева. Один из основателей «Союза освобождения» и кадетской партии; член ее ЦК. Депутат и секретарь 1-й Государственной думы. Министр государственного призрения Временного правительства. Один из основоположников кооперативного движения в России.

    Из дневника А. В. Тырковой-Вильямс (запись от 2 февраля 1916): «Интересный путь прошел Шах[овской] с начала войны. В его голове пророка сразу обрисовались все планы обществ[енной] работы. В своих статьях в июле и августе 1914 он уже указал и на снабженье, и на эконом[ические] задачи, на продовольствие, на перевозку. Искал, кто же все это исполнит. /…/ Кажется, пока я была на войне, он был в полосе упадка. А когда началось отступление, когда его сын был ранен и чуть не погиб, он сразу выпрямился. С тех пор действует непрерывно. Опять ведет свою мелкую и огромную работу собирателя разрозненных человеческих душ. Так, до конституции собирал он Россию земскую. Знал людей во всех губерниях. Их характеристики, свойства, прошедшее и возможности, в них таящиеся. Вытаскивал из углов, уговаривал, корил, хвалил, смеялся и все сдвигал ряды.

    Теперь он делает то же, но еще в большем масштабе. Стержень уже не земство, а демократия, способ — не Союз Освобождения, а кооперация. А цель все та же — украшенье, очистка русской жизни.

    Патриот он был — патриотом и умрет. /…/ Это один [из] самых красивых людей, которых я знаю.

    В чем его сила? В преданности идее? В уменьи понимать людей? Или в том, что так сильна в нем способность пропускать коллективную эмоцию, свою и чужую, сквозь ясную и прозорливую работу мысли[?]» (ГА РФ. Ф.629. Оп.1. Д.18. Л.33об.-35об.).

    В течение 1919 Шаховской находился в Москве, где был одним из руководителей кооперации, благодаря которой город значительно легче переносил трудности в продовольственном снабжении. После гражданской войны преимущественно занимался литературной и исторической работой по изучению творчества П. Я. Чаадаева и декабристов. Арестован в ночь с 26 на 27 июля 1938. Погиб.

    В семье Дмитрия Ивановича и Анны Николаевны (урожд. Сиротинина; 1869—1951) Шаховских было пятеро детей: Илья (1887—1916) — близкий приятель Г. В. Вернадского, окончил математическое отделение Московского университета, служил в Пулковской обсерватории, в 1914 пошел добровольцем на фронт, погиб; Александра (1895—1916); Елизавета (1897-?); Наталья — о ней см. ниже; Анна (1889—1959) — окончила Высшие женские курсы В. И. Герье в Москве; в 1918—1922 заведовала музеем Дмитровского края, была близка к П. А. Кропоткину. В 1921 арестована, содержалась в Бутырской тюрьме. В 1920—1930-е годы занималась литературной работой в области популяризации естествознания, работала научным сотрудником. С 1938 личный секретарь В. И. Вернадского, а после его кончины — основатель и хранитель Кабинета-музея Вернадского в Институте геохимии и аналитической химии им. В. И. Вернадского АН ССС. Р.

    12 Наталья Дмитриевна Шаховская (в замужестве Шаховская-Шик; 1890—1942) — писательница; дочь Д. И. Шаховского, жена М. В. Шика. Окончила Высшие женские курсы В. И. Герье в Москве. Автор книг о В. Г. Короленко, И. П. Кулибине и др. В 1920—1930 годы жила под Москвой (Сергиев Посад, Малоярославец), подвергалась стеснениям как жена священника, одно время была лишена избирательных прав. Скончалась в Москве.

    13 Михаил Владимирович Шик (1887—1937) — священник, муж Н. Д. Шаховской. Близкий товарищ Г. В. Вернадского. Окончил Московский университет, где занимался у С. Н. Трубецкого. В 1914 пошел на фронт добровольцем — служил вольноопределяющимся в 3-м Финляндском стрелковом полку 22-го армейского корпуса. После 1917 — сотрудник Комиссии по охране памятников старины и искусства Троице-Сергиевой лавры, был близок к О. П. Флоренскому. В 1925 выслан в Каракалпакскую АСС. Р. В 1930-е годы был одним из переводчиков естественно-исторических сочинений Гете, редактировавшихся В. И. Вернадским. Арестован 25 февраля 1937, приговорен к 10 годам «без права переписки».

    14 Владимир Андреевич Оболенский (1869—1951) — князь, общественный деятель. Член ЦК кадетской партии с 1910. После болезни А. А. Корнилова в июле 1917 стал секретарем ЦК партии. Годы гражданской войны провел в Крыму: с апреля 1918 — председатель управы Таврического губернского земства. В ноябре 1920 эмигрировал. Умер во Франции. Автор воспоминаний «Очерки минувшего» (Белград, 1931) и «Моя жизнь. Мои современники» (Париж, 1988).

    15 Софья Владимировна Панина (1871—1957) — общественная деятельница, графиня. Падчерица И. И. Петрункевича (о нем см. ниже). Много занималась благотворительной деятельностью, на ее средства в Петербурге был выстроен Народный дом. С 1917 член ЦК кадетской партии. В июле того же года приглашена С. Ф. Ольденбургом на должность товарища министра народного просвещения, которому в письме отвечала: «…очень, очень буду рада поработать с Вами, хотя мучительно боюсь, что все это опять на месяц сроку» (ГА РФ. Ф.581. Оп.1. Д.97. Л.2об.). С осени 1918 до весны 1920 — на Дону у А. И. Деникина. Эмигрировала из России, жила в Чехословакии, Швейцарии, США, где принимала активное участие в работе Комитета помощи русским эмигрантам, возглавлявшегося А. Л. Толстой.

    16 Сергей Федорович Ольденбург (1863—1934) — общественный и политический деятель, востоковед, один из основателей отечественной индологической школы, организатор и историк науки. Академик. Непременный секретарь Академии наук (1904—1929). Член ЦК кадетской партии, министр народного просвещения Временного правительства (июль-август 1917). Директор Азиатского музея — Института востоковедения АН СССР (1916—1934).

    С. Ф. Ольденбург оказался одним из немногих остававшихся в течение всей гражданской войны в Петрограде членов ЦК кадетской партии и Российской Академии наук. «Сергей Ольденбург верит (он один из моих знакомых, по кр[айней] м[ере] один который верит искренно, не в силу желания заискивать у большевиков, как Гредескул или Лемке), — записал в дневнике В. В. Водовозов, — в то, что никакая культурная работа не пропадет» (ГА РФ. Ф.539. Оп.1. Д.3190. Л.50об.-51). Вопреки материальным и политическим трудностям общественного противостояния (ср. в письме В. И. Вернадскому от 19 сентября 1918: «Лично работаю много и научно /…/, чувствую себя хорошо, только голодно, это странное чувство никогда не быть сытым, на слабых это отзывается очень плохо, на сильных нет» — Институт рукописей ЦНБ им. В. И. Вернадского АН Украины. Ф.1. № 27061. Л.2об.), усилиями Ольденбурга, А. Е. Ферсмана и др. ученых Академия наук сохраняла значение научного центра. «Работают и обогащаются (к сожалению, больше из-за смерти владельцев коллекций) музеи. Научная мысль работает с громадным напряжением, точно хочет наверстать то, что не делают силы, работающие трудом физическим, — писал Ольденбург Вернадскому уже в 1919. — Правда, немало народу погружено в уныние, н[а]пр[имер], наш милейший Иван [Гревс]. Часто причиною — холод в квартирах и плохое питание и вообще трудности материальной жизни. И надо признать, что для оставшихся (нас немного — в Академии налицо 25 человек) очень много работы (часов 12-16 каждый день, а иногда и больше) — хорошо, что многие работающие бодры, несмотря на трудности жизни; работа удивительное целебное средство. /…/ Сам работаю много и хорошо, даже начал читать курс (к сожалению, очень трудный, хотя и интересный) „Введение в историю индийского искусства“ и мысль работает много и хорошо. Только бы время. Немного похворал, чуть не схватил воспаление легких, но выскочил» (Цит. по: Документы по истории Академии наук ССС. Р. 1917—1925. Л., 1986. С. 123-124).

    Немногие догадывались, сколько душевных сил и нервной энергии стоила Ольденбургу позиция своеобразного «парламентера» в отношениях между властью и интеллигенцией, в 1921 он признавался: «надо было спасать и научную работу, и людей для этой работы в постоянных прениях, заседаниях, поездках в Москву, писаниях и защитах бесконечных докладных записок, имея, с одной стороны, грубых и властных людей, с другой, изнервничавшуюся интеллигенцию. /…/ И это с утра до вечера, без дня передышки. И рядом с этим обыски (у нас их было 6), аресты, вечные хлопоты в ЧК — слезы и страдания тех, кто остается, часто тщетные, иногда и удававшиеся попытки спасти от расстрела людей, у которых есть близкие — переживания с уводом на расстрел соседей по камерам, когда я был в тюрьме [сентябрь 1919. — М.С.] (думаю, что умереть самому легче). И так — идут годы. Что переживаешь, надо переживать одному… /…/И фоном для всего этого смерти, смерти без конца, людей близких и далеких, оставляющих вдов и сирот. По своему центральному положению в большом деле я невольно всегда стоял и стою близко к этому всему и так как „вне дома“ меня не считают ледяным, то идут ко мне. /…/ Думаю, что могу жить все-таки несмотря ни на что, не потому что я „ледяной“, а потому что верю в жизнь и людей и люблю их и ее, потому что всем существом чувствую великую благость, красоту, радость жизни, несмотря ни на что. /…/ Жизнь так бесконечно сложна, трудна, тяжела и — прекрасна» (СПб. ФАР АН. Ф.208. Оп.5. Д. 15. Л.7об.-9).

    17 Мария Дмитриевна Ольденбург (ур. Бекарюкова) — жена брата С. Ф. Ольденбурга, Федора Федоровича. Две другие сестры Бекарюковы — Елена и Наталья — были замужем соответственно за историком, академиком А. С. Лаппо-Данилевским (о нем см. ниже) и литературоведом, философом А. В. Гизетти.

    18 Сергей Сергеевич Ольденбург (1887—1940) — сын С. Ф. Ольденбурга, историк, публицист. Близкий приятель Г. В. Вернадского с детских лет. Окончил юридический факультет Петербургского университета, служил в Министерстве финансов. В 1915 женился на А. Д. Старынкевич. В марте 1916 родилась их первая дочь Зоя — ныне известная французская писательница. Кроме нее, в семье было еще четверо детей. В годы гражданской войны С.С. — участник белого движения, в частности, в 1919 секретарь редакции газеты «Великая Россия» (Ростов). Эмигрировал, жил во Франции, сотрудничал в «Последних новостях». Автор монографии «Царствование императора Николая II» (Белград, 1939).

    19 Особое Совещание создано 31 августа 1918 в Екатеринодаре как «высший орган гражданского управления» при ген. М. В. Алексееве, затем трансформировалось в совещательный орган в области, законодательства и верховного управления при главкоме А. И. Деникине. По «Положению» от 15 февраля 1919 совмещало функции дореволюционного Совета министров и Госсовета. 30 декабря 1919 в Новороссийске было упразднено. Костяк Особого Совещания при Деникине составляли кадеты (Н.И Астров, П. И. Новгородцев, А. В. Тыркова, С. В. Панина и др.).



    1. Далее лист оборван.
    2. Далее лист оборван.