Огнепоклонником я прежде был когда-то (Бальмонт)

Огонь
1. «Огнепоклонником я прежде был когда-то…»

автор Константин Дмитриевич Бальмонт (1867—1942)
См. Оглавление. Из цикла «Огонь», сб. «Литургия красоты». Опубл.: 1905. Источник: Commons-logo.svg К. Д. Бальмонт. Полное собрание стихов. Том пятый. Издание второе — М.: Изд. Скорпион, 1911Огнепоклонником я прежде был когда-то (Бальмонт) в дореформенной орфографии
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные



1


Огнепоклонником я прежде был когда-то,
Огнепоклонником останусь я всегда.
Моё индийское мышление богато
Разнообразием рассвета и заката,
Я между смертными — падучая звезда.

Средь человеческих бесцветных привидений,
Меж этих будничных безжизненных теней,
Я вспышка яркая, блаженство исступлений,
Игрою красочной светло венчанный гений,
10 Я праздник радости, расцвета, и огней.

Как обольстительна в провалах тьмы комета!
Она пугает мысль и радует мечту.
На всём моём пути есть светлая примета,
Мой взор — блестящий круг, за мною — вихри света,
15 Из тьмы и пламени узоры я плету.

При разрешённости стихийного мечтанья,
В начальном Хаосе, ещё не знавшем дня,
Не гномом роющим я был средь Мирозданья,
И не ундиною морского трепетанья,
20 А саламандрою творящего Огня.

Под Гималаями, чьи выси — в блесках Рая,
Я понял яркость дум, среди долинной мглы,
Горела в темноте моя душа живая,
И людям я светил, костры им зажигая,
25 И Агни светлому слагал свои хвалы.

С тех пор, как миг один, прошли тысячелетья,
Смешались языки, содвинулись моря.
Но всё ещё на Свет не в силах не глядеть я,
И знаю явственно, пройдут ещё столетья,
30 Я буду всё светить, сжигая и горя.

О, да, мне нравится, что бе́ло так и ало
Горенье вечное земных и горних стран.
Молиться Пламени сознанье не устало,
И для блестящего мне служат ритуала
35 Уста горячие, и Солнце, и вулкан.

Как убедительна лучей растущих чара,
Когда нам Солнце вновь бросает жаркий взгляд,
Неисчерпаемость блистательного дара!
И в красном зареве победного пожара
40 Как убедителен, в оправе тьмы, закат!

И в страшных кратерах — молитвенные взрывы:
Качаясь в пропастях, рождаются на дне
Колосья пламени, чудовищно-красивы,
И вдруг взметаются пылающие нивы,
45 Устав скрывать свой блеск в могучей глубине.

Бегут колосья ввысь из творческого горна,
И шелестенья их слагаются в напев,
И стебли жгучие сплетаются узорно,
И с свистом падают пурпуровые зёрна,
50 Для сна отдельности в той слитности созрев.

Не то же ль творчество, не то же ли горенье,
Не те же ль ужасы, и та же красота
Кидают любящих в безумные сплетенья,
И заставляют их кричать от наслажденья,
55 И замыкают им безмолвием уста.

В порыве бешенства в себя принявши Вечность,
В блаженстве сладостном истомной слепоты,
Они вдруг чувствуют, как дышит Бесконечность,
И в их сокрытостях, сквозь ласковую млечность,
60 Молниеносные рождаются цветы.

Огнепоклонником Судьба мне быть велела,
Мечте молитвенной ни в чём преграды нет.
Единым пламенем горят душа и тело,
Глядим в бездонность мы в узорностях предела,
65 На вечный праздник снов зовёт безбрежный Свет.