Нечистая, неведомая и крестная сила (Максимов)/Михайлов день

Полное оглавление
  • Крестная сила
Святки
Рождество Христово
Новый год
Крещенье Господне
Сретение Господне
Власьев день
Касьян Немилостивый
Плющиха
Сороки
Масленица
Великий пост
Благовещение
Великий четверг
Пасха Христова
Красная горка
Фомино воскресенье
Радуница
Маргоски или Маргоскина неделя
Мария Египетская
Преполовение
Пчелиный праздник
Егорий
Лошадиный праздник
Никола Вешний
Вознесенье
Семик и Русальная
Троицын день
Олёны-Ленничи
Аграфена Купальница
Иван Купала
Петров день
Ильин день
Спас
Успенье
Иван Постный
Семён Летопроводец
Оспожинки
День св. Феодоры
Воздвиженье
Покров Пресвятой Богородицы
Двенадцать пятниц
Параскева Пятница
Кузьминки
Михайлов день
Никольщина

[522]

Михайлов день

Орловский мужик из Карачевского уезда так объяснял причину и повод чествования своего Михайлова дня. Храм в его селе построен во имя Троицы, но главный праздник не этот:

— Троица-Матушка и так праздничек Божий: работать не пойдешь. Михайлов день не то: люди работают, а мы гуляем, да и гульба не та. Вот теперь Яшное (деревня) Троицу празднует — беда: до праздника все в подборе — хлеба своего нет, о деньгах и не спрашивай. С первого дня у них уж и водки нет. — А наш-то Михайло-Архангел — куда вольней. Хлеб почитай, у всех свой. Конопелька продана, овесец тоже. Денежки есть и должишки, что за зиму накопляли — заплачены, и сборщику глотку заткнули: покуда ляскать не пойдет, — вот и сгульнуть можно.

За несколько дней до праздника священник с причтом ходят по приходу, служат молебны и поздравляют с преддверием праздника. За это хозяева соизволяют по ковриге хлеба и деньгами от 5 до 15 коп. со двора.

Вот и праздник и по деревням пиры, в избах везде гости.

— Ну, старуха, сажай! — говорит хозяин, [523]рассаживая гостей за столом и наблюдая, при этом, степень родства и требования почета.

— Присядьте, присядьте, гости дорогие! — отвечает хозяйка, ставя на стол чашку со студнем и раскладывая каждому по пирогу и по ложке. — Милости просим! Рады приветить, чем Бог послал.

— С праздником, будьте здоровы, — говорит первый, выпивший первую чарку.

— Просим приступить, — говорит хозяин и, по его слову, в торжественном молчании совершается уничтожение студня. Подается лапша и перед ней опять по стаканчику. На столе является целая часть какого-либо домашнего животного: свиньи, барана, теленка. Один из гостей, ближайший родственник, разламывает мясо руками (мясо варено, а потом в печи обжарено). Перед первыми кусками опять винное подношение в том же порядке.

— Кушайте, потребляйте: не всех по именам, а всех по ровням.

— То и делаем, — отвечают откланиваясь. Подали кашу, за кашей полагается по две рюмки.

— Выпью семь и семь каш съем, — острит иной гость ухмыляясь, весь красный от потребленного, от духоты в избе, и оттого, что у всех на плечах овчинные полушубки или теплые поддевки.

Кончили обед — вышли из-за стола, помолившись, благодарят и прощаются.

— Куда вы? Сейчас чай, аль от нас не чаете? — останавливает хозяин.

К чаю поданы баранки, пироги. Перед чаем и за чаем водка.

«Все встали из-за стола (пишет г. Морозов из [524]Карачевского уезда Орловск. г.) идут к другому, к третьему. Толпа гостей пьяна и начинает редеть: в одном дворе кум спьянился, а в другой сват под святыми заснул. Остальные или несвязно гуторят, или песню хотят затянуть, но никак не могут сладить и бросят неоконченною. В последнем дворе гостей уже человека четыре: все пьяны. Заночевали в селе, опохмелившись, спешат ко дворам, захватив с собою гостей. Приглашены только те, у которых сами угощались вчера».

Из села Посопа (Саранского у., Пензенск. г.) сообщают о том же, что к Михайлову дню каждая семья готовится за несколько дней и пирует также несколько дней, покупая от 2 до 3 ведер вина (семья среднего достатка) и от 5 до 7 ведер (богатые). Духовенство с молебнами начинает ходить за неделю до праздника и кончает первым днем, который проводят не очень шумно. Главное празднество начинается со второго дня, но зато очень рано, часа в 4 утра: начинают похмелье после вчерашнего почина и ходят друг к другу в гости без особого приглашения; ходят пока носят ноги. На другой день приезжают гости из соседних деревень, и вчерашний пир между своими превращается в общую свалку и в общий хаос. Между своими посещениями не разбираются и претензий никаких не предъявляют, но приезжих гостей считают, и кто не приехал, к тому и сами не поедут. Угощение чаем в этих местах считается наивысшим и очень почетным: угощают чаем лишь избранных.