Народные русские сказки (Афанасьев)/Чудесная рубашка

Народные русские сказки
Чудесная рубашка
 : № 208—209
Из сборника «Народные русские сказки». Источник: Народные русские сказки А. Н. Афанасьева: В 3 т. — Лит. памятники. — М.: Наука, 1984—1985.
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


208[1]

Служил в полку бравый солдат, получил из дому сто рублей. Проведал про то фельдфебель, занял у него деньги; а когда пришло время рассчитываться, то вместо всякой уплаты дал ему сто палок в спину: «Я-де твоих денег не видал, а всклепал ты на меня затейкою[2]!». Солдат осердился и бежал в тёмный лес; лёг было отдохнуть под дерево, глядь — летит шестиглавый змей. Прилетел, расспросил солдата про его житьё-бытьё и говорит:

— Чем тебе по́ лесу таскаться, наймись ко мне на три года.

— Изволь! — отвечает солдат.

— Ну, садись на меня.

Солдат стал навьючивать на змея весь свой скарб.

— Эх, служивый, зачем берёшь с собою эту дрянь?

— Что ты, змей! Солдата и за пуговицу больно бьют, так как же ему свой скарб покинуть?


Змей принёс солдата в свои палаты и наложил на него такую службу: «Сиди у котла три года, огонь разводи да кашу вари!» А сам улетел на всё это время по свету странствовать. Работа нетрудная: подложит солдат дров под котёл и сидит себе — водочку попивает да закусками заедает, а водка у змея не то что нашенская — из-под лодки[3], а куда забористая! Через три года прилетел змей.

— Что, служивый, готова ли каша?

— Должно быть, готова! Огонь у меня во все три года николи не погасал.

Змей съел весь котел за единый раз, похвалил солдата за хорошую службу и нанял его на другие три года.


Прошло и это время; змей съел кашу и оставил солдата ещё на три года. Два года варил солдат кашу, а на исходе третьего вздумал: «Что же я живу у змея девятое лето, всё ему кашу варю, а какова она, и не попробовал. Дай отведаю!» Поднял крышку, а в котле фельдфебель сидит. «Хорошо же, — думает, — уж я тебя, дружок, потешу; удружу за твои палки!» И ну таскать дрова да под котёл подкладывать как можно больше; такой огонь развёл, что не только мясо, все косточки разварил! Змей прилетел, съел кашу и похвалил солдата:

— Ну, служивый! Прежде была хороша каша, а теперь и того лучше уварилася! Выбирай себе в награду что полюбится.

Солдат глянул туда-сюда и выбрал богатырского коня и рубаху из толстого холста. Рубаха была не простая, а волшебная; только надень её — богатырь будешь.


Солдат едет к одному королю, помогает ему в тяжёлой войне и женится на его прекрасной дочери. Только королевне было не по́ сердцу, что выдали её замуж за простого солдата; свела она шашни с соседним королевичем и, чтобы дознаться, в чём заключается богатырская сила солдата, стала к нему подольщаться; выведала, улучила минуту, сняла с сонного мужа рубашку и отдала королевичу. Тот надел на себя волшебную рубаху, ухватил меч, изрубил солдата на мелкие части, поклал их в кулёк и приказал конюхам:

— Возьмите вот этот кулёк, прицепите к какой-нибудь кляче и гоните её в чистое поле!

Конюхи пошли приказ выполнять, а солдатский богатырский конь обернулся клячею и сам к ним на глаза лезет. Взяли они — прицепили к нему кулёк и погнали коня в чистое поле. Богатырский конь быстрей птицы пустился, прибежал к змею, остановился у его дворца и три дня, три ночи без устали ржал.


На ту пору змей крепко-крепко спал, насилу проснулся от конского ржанья и топота, вышел из палат, заглянул в кулёк и ахнул! Взял изрубленные куски, сложил вместе, обмыл мёртвою водою — солдатское тело срослося; взбрызнул живою водою — и солдат ожил.

— Фу, — говорит, — как я долго спал!

— Долго бы спать тебе, если б не добрый конь! — отвечал змей и выучил солдата хитрой науке принимать на себя разные виды. Солдат обернулся голубем, полетел к королевичу, с которым его неверная жена стала вместе жить, и уселся на кухонное окошечко. Увидала его молодая стряпка.

— Ах, — говорит, — какой хорошенький голубок!

Отворила окно и впустила его в кухню. Голубок ударился об пол и стал добрым молодцем:

— Услужи мне, красная девица! Я тебя замуж возьму.

— Чем же тебе услужить?

— Добудь с королевича толстого холста рубашку.

— Да ведь он её никогда не сымает! Разве тогда сымает, когда в море купается.


Солдат расспросил, в которое время королевич купается, вышел на дорогу и сделался цветочком. Вот идут королевич с королевною на́ море, а за ними стряпка с чистым бельём. Увидал королевич цветок и любуется, а королевна сейчас догадалася: «Ах, ведь это проклятый солдат перекинулся!» Сорвала цветок и давай его мять да листочки обрывать; цветок обернулся малою мушкою и спрятался незаметно у стряпки за пазуху. Как только королевич разделся да полез в воду, мушка вылетела и обернулась ясным соколом, сокол подхватил-унёс рубашку, а сделавшись добрым молодцем, надел её на себя. Тут солдат взялся за меч, предал смерти и жену-изменщицу и её любовника, а сам женился на красной девице — молодой стряпке.


209[4]

В некотором царстве жил богатый купец; помер купец и оставил трёх сыновей на возрасте. Старшие два каждый день ходили охотничать. В одно время выпросили они у матери и младшего брата, Ивана, на охоту, завели его в дремучий лес и оставили там — с тем чтобы всё отцовское имение разделить меж собой на две части, а его лишить наследства. Иван купеческий сын долгое время бродил по́ лесу, питаясь ягодами да кореньями; наконец выбрался на прекрасную равнину и на той равнине увидал дом. Вошёл в комнаты, ходил-ходил — нет никого, везде пусто; только в одной комнате стол накрыт на три прибора, на тарелках лежат три хлеба, перед каждым прибором по бутылке с вином поставлено. Иван купеческий сын откусил от каждого хлеба по малому кусочку, съел и потом из всех трёх бутылок отпил понемножку и спрятался за дверь.


Вдруг прилетает орёл, ударился о землю и сделался молодцем; за ним прилетает сокол, за соколом воробей — ударились о землю и оборотились тоже добрыми мо́лодцами. Сели за стол кушать.

— А ведь хлеб да вино у нас початы! — говорит орёл.

— И то правда, — отвечает сокол, — видно, кто-нибудь к нам в гости пожаловал.

Стали гостя искать-вызывать. Говорит орёл:

— Покажись-ка нам! Коли ты старый старичок — будешь нам родной батюшка, коли добрый мо́лодец — будешь родной братец, коли ты старушка — будешь мать родная, а коли красная девица — назовём тебя родной сестрицею.

Иван купеческий сын вышел из-за двери; они его ласково приняли и на́звали своим братцем.


На другой день стал орёл просить Ивана купеческого сына:

— Сослужи нам службу — останься здесь и ровно через год в этот самый день собери на стол.

— Хорошо, — отвечает купеческий сын, — будет исполнено.

Отдал ему орёл ключи, позволил везде ходить, на всё смотреть, только одного ключа, что на стене висел, брать не велел. После того обратились добрые мо́лодцы птицами — орлом, соколом и воробьём — и улетели.


Иван купеческий сын ходил однажды по двору и усмотрел в земле дверь за крепким замком; захотелось туда заглянуть, стал ключи пробовать — ни один не приходится; побежал в комнаты, снял со стены запретный ключ, отпёр замок и отворил дверь. В подземелье богатырский конь стоит — во всём убранстве, по обеим сторонам седла две сумки привешены: в одной — золото, в другой — самоцветные камни. Начал он коня гладить; богатырский конь ударил его копытом в грудь и вышиб из подземелья на целую сажень. От того Иван купеческий сын спал беспробудно до того самого дня, в который должны прилететь его названые братья. Как только проснулся, запер он дверь, ключ на старое место повесил и накрыл стол на три прибора.


Вот прилетели орёл, сокол и воробей, ударились о землю и сделались добрыми мо́лодцами, поздоровались и сели обедать. На другой день начал просить Ивана купеческого сына сокол: сослужи-де службу ещё один год! Иван купеческий сын согласился. Братья улетели, а он опять пошёл по двору, увидал в земле другую дверь, отпёр её тем же ключом. В подземелье богатырский конь стоит — во всём убранстве, по обеим сторонам седла сумки прицеплены: в одной — золото, в другой — самоцветные камни. Начал он коня гладить; богатырский конь ударил его копытом в грудь и вышиб из подземелья на целую сажень. От того Иван купеческий сын спал беспробудно столько же времени, как и прежде; проснулся в тот самый день, когда братья должны прилететь, запер дверь, ключ на стену повесил и приготовил стол.


Прилетают орёл, сокол и воробей; ударились о землю, поздоровались и сели обедать. На другой день поутру начал воробей просить Ивана купеческого сына: сослужи-де службу ещё один год! Он согласился. Братья обратились птицами и улетели. Иван купеческий сын прожил целый год один-одинёхонек, и когда наступил урочный день — накрыл стол и дожидает братьев. Братья прилетели, ударились о землю и сделались добрыми мо́лодцами; вошли, поздоровались и пообедали. После обеда говорит старший брат, орёл:

— Спасибо тебе, купеческий сын, за твою службу; вот тебе богатырский конь — дарю со всею сбруею, и с золотом, и с камнями самоцветными.

Середний брат, сокол, подарил ему другого богатырского коня, а меньший брат, воробей, — рубашку.

— Возьми, — говорит, — эту рубашку пуля не берёт; коли наденешь её — никто тебя не осилит!


Иван купеческий сын надел ту рубашку, сел на богатырского коня и поехал сватать за себя Елену Прекрасную; а об ней было по всему свету объявлено: кто победит Змея Горыныча, за того ей замуж идти. Иван купеческий сын напал на Змея Горыныча, победил его и уж собирался защемить ему голову в дубовый пень, да Змей Горыныч начал слёзно молить-просить:

— Не бей меня до смерти, возьми к себе в услужение; буду тебе верный слуга!

Иван купеческий сын сжалился, взял его с собою, привёз к Елене Прекрасной и немного погодя женился на ней, а Змея Горыныча сделал поваром.


Раз уехал купеческий сын на охоту, а Змей Горыныч обольстил Елену Прекрасную и приказал ей разведать, отчего Иван купеческий сын так мудр и силён? Змей Горыныч сварил крепкого зелья, а Елена Прекрасная напоила тем зельем своего мужа и стала выспрашивать:

— Скажи, Иван купеческий сын, где твоя мудрость?

— На кухне, в венике.

Елена Прекрасная взяла этот веник, изукрасила разными цветами и положила на видное место. Иван купеческий сын, воротясь с охоты, увидал веник и спрашивает:

— Зачем этот веник изукрасила?

— А затем, — говорит Елена Прекрасная, — что в нём твоя мудрость и сила скрываются.

— Ах, как же ты глупа! Разве может моя сила и мудрость быть в венике?


Елена Прекрасная опять напоила его крепким зельем и спрашивает:

— Скажи, милый, где твоя мудрость?

— У быка в рогах.

Она приказала вызолотить быку рога. На другой день Иван купеческий сын, воротясь с охоты, увидал быка и спрашивает:

— Что это значит? Зачем рога вызолочены?

— А затем, — отвечает Елена Прекрасная, — что тут твоя сила и мудрость скрываются.

— Ах, как же ты глупа! Разве может моя сила и мудрость быть в рогах?

Елена Прекрасная напоила мужа крепким зельем и безотвязно стала его выспрашивать:

— Скажи, милый, где твоя мудрость, где твоя сила?

Иван купеческий сын выдал ей тайну:

— Моя сила и мудрость вот в этой рубашке.

После того опьянел и уснул; Елена Прекрасная сняла с него рубашку, изрубила его в мелкие куски и приказала выбросить в чистое поле, а сама стала жить с Змеем Горынычем.


Трое суток лежало тело Ивана купеческого сына по чисту полю разбросано; уж во́роны слетелись клевать его. На ту пору пролетали мимо орёл, сокол и воробей, увидали мёртвого брата и решились помочь ему. Тотчас бросился сокол вниз, убил с налёту воронёнка и сказал старому ворону:

— Принеси скорее мёртвой и живой воды!

Ворон полетел и принес мёртвой и живой воды. Орёл, сокол и воробей сложили тело Ивана купеческого сына, спрыснули сперва мёртвою водою, а потом живою. Иван купеческий сын встал, поблагодарил их; они дали ему золотой перстень. Только что Иван купеческий сын надел перстень на руку, как тотчас оборотился конём и побежал на двор Елены Прекрасной. Змей Горыныч узнал его, приказал поймать этого коня, поставить в конюшню и на другой день поутру отрубить ему голову.


При Елене Прекрасной была служанка; жаль ей стало такого славного коня, пошла в конюшню, сама горько плачет и приговаривает:

— Ах, бедный конь, тебя завтра казнить будут.

Провещал ей конь человеческим голосом:

— Приходи завтра, красная девица, на место казни, и как брызгнет кровь моя наземь — заступи её своей ножкою; после собери эту кровь вместе с землёю и разбросай кругом дворца.

Поутру повели коня казнить; отрубили ему голову, кровь брызгнула — красная девица заступила её своей ножкою, а после собрала вместе с землёю и разбросала кругом дворца; в тот же день выросли кругом дворца славные садовые деревья. Змей Горыныч отдал приказ вырубить эти деревья и сжечь всё до единого. Служанка заплакала и пошла в сад в последний раз погулять-полюбоваться. Провещало ей одно дерево человеческим голосом:

— Послушай, красная девица! Как станут сад рубить, ты возьми одну щепочку и брось в озеро.

Она так и сделала, бросила щепочку в озеро — щепочка оборотилась золотым селезнем и поплыла по воде.


Пришел на то озеро Змей Горыныч — вздумал поохотничать, увидал золотого селезня.

— Дай, — думает, — живьём поймаю!

Снял с себя чудесную рубашку, что Ивану купеческому сыну воробей подарил, и бросился в озеро. А селезень всё дальше, дальше, завёл Змея Горыныча вглубь, вспорхнул — и на берег, оборотился добрым молодцем, надел рубашку и убил змея. После того пришёл Иван купеческий сын во дворец, Елену Прекрасную расстрелял, а на её служанке женился и стал с нею жить-поживать, добра наживать.


Примечания

  1. Записано в Соликамском уезде Пермской губ. Д. Петуховым.
  2. Зря, напрасно (Ред.).
  3. Т. е. вода.
  4. Записано в Уфимском уезде Уфимской губ.