Я. Б. Княжнин
правитьМужья, женихи своих жен
правитьКомическая опера в двух действиях
правитьВоспроизводится по изданию: Я. Б. Княжнин. Комедии. СПб.: Гиперион, 2003.
Электронная публикация — РВБ, 2007.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
правитьЭраст, под именем Медора.
Стреляй, слуга его, под именем Пролаза.
Изабелла, под именем Прелесты.
Афросинья, ее служанка, под именем Марфы.
Действие первое
правитьЯвление 1
правитьДуэт
правитьКладу мое весло на борт;
Грести я с вами не желаю.
Отдайте мне вы мой паспорт;
Я вас навеки оставляю.
Ты прежде был доволен мной.
Пролаз, что сделалось с тобой?
Всего сказать нельзя в музыке:
Мешает мне то дур, то моль,
И ут, и ре, и ми фа соль…
Типун, как будто на языке.
Чтобы себя нам изъяснить,
Болтать не станем по музыке;
А будем прозой говорить.
Скажи ж, для чего ты не хочешь у меня служить?
Для того, что я вольный человек.
Это будто ответ! ты поэтому можешь не служить… Мне надобно знать, почему не хочешь?
По самой сильной причине.
Что ж, разве мало жалованья?
Нет, сударь.
Разве я тебя худо кормлю?
Нет.
Дурно одеваю, обуваю?
Нет, сударь, нет.
Жестоко с тобою поступаю?
Нет.
Поэтому я добрый господин.
Очень добрый.
За что ж ты меня хочешь оставить?
Вы хотите жениться.
Что ж тебе?
Когда вы женитесь, то и я не утерплю.
А для чего ж? женись и ты.
Покорный слуга, сударь! Я и первою женою чуть не подавился. Моя жена, Афросинья, достойная служанка своей госпожи, Изабеллы, вашей сожительницы, вскружила мне голову так же, как ваша вам. От этого я так женский пол возненавидел, что чуть было не пошел в монахи; но вы меня спасли, уехав из России. Обе они, как сказывают, изволили отправиться на тот свет; вечная им память! лишь только бы убрались отсюда, а то я не злопамятлив. Я им желаю более покоя там, нежели нам здесь было от них.
Мой друг, Пролаз! хотя наши жены виноваты, однако подумаем-ка не виноваты ли и мы?
Не виноваты ли и мы!.. Вы уж начинаете вступаться за женщин, вы, которые недавно их так много ненавидели. Теперь нечего сомневаться, вы твердо намерены жениться на этой вдове Прелесте, о которой вам говорили, которая с нами на этом постоялом дворе живет, и которой вы еще и не видали; однако с которою положено свидание сегодня.
Признаюсь, что хочу на ней жениться. Все меня к тому привлекает: похвалы прелестям ее души и лица, богатство ее, мое состояние. Ты знаешь, что от путешествия в иностранных землях моя казна очень расстроилась. Притом же признаюсь, что холостое состояние мне несносно становится. Не иметь никого на свете, кто бы брал участие, это ужасно! жена быть может половина меня, другой я.
Другой я!.. половина меня, которая лишает покоя, щиплет, кусает другую половину. Другой я, домовой первому я. Вспомните вашу супругу. Ее своенравие, бешенство, ее алчность кокетствовать, всегда вам вопреки говорить, всегда вас унижать, презирать, гнушаться вами… Черт пересчитает все то, как она вас мучила. Вспомните, что вы, быв так же вспыльчивы, вышли очень благоразумно из терпения и чрез месяц после свадьбы принуждены были ее оставить, продать ваше имение и уехать в чужие краи, где мы с лишком десять лет таскались, переменив имена, вы из Эраста в Медора, а я из Стреляя в Пролаза… Говорят, что путешествия просвещают, — неправда: мы поехали, чтобы научиться меньше дурачиться, а возвратились, чтоб сделать точно ту же глупость, от которой отсюда уехали.
Или ты думаешь, что и в другой раз я несчастливо женюсь. Поэтому тебе кажутся все женщины одинаковы с моею женою?
Как две капли воды. Где мы ни бывали, — во Франции, в Голландии, в Англии, в Испании, в Италии, везде у женщин разная наружность, разные ухватки, а внутренность все одна. Все они розы, — иная кудрявее, иная глаже; но у всех шипы, которые колются. Розы для любовников, а шипы для мужей. Все они за безделицу готовы съесть своих супругов. Ха, ха, ха, ха! я вспомнил с сожительницею вашею последнюю вашу ссору, от которой вы разошлись. Дело стало за брови. Она, увидя какого-то молодого человека с бровями каштанового цвета, называла его прекрасным, восхищалась им; а вам говорила, что у вас пакостные, мерзкие брови. Вам стало это досадно, вы разгорячились и смертно поссорились.
Но сыщутся женщины, которым и мои брови будут угодны.
Ах, сударь! как мало вы их знаете; через несколько недель после свадьбы всегда у мужа брови хуже всех других.
Как бы то ни было, я хочу в другой раз испытать счастия; однако ж не как прежде, не кинусь прямо в воду… Я хочу употребить хитрость… простительную, чтоб вызнать совершенно ее нрав.
Какая это хитрость?
Я надену твою ливрею, а ты мое платье; я твоего слугу представлять буду, а ты моего господина. Этим способом все выведать могу.
Очень хорошо. Вот на это я согласен… Авось либо!.. счастие и не это делает… авось либо! я поймаю сердце этой госпожи Прелесты. Таким образом может быть я и соглашусь жениться; от жены-госпожи можно кое-что вытерпеть.
Если случится, что она в тебя влюбится, тогда буду я о женщинах одного мнения с тобою.
Какое самолюбие!.. а для чего ж и в меня не влюбиться? Вся разность только в том, что вы в карете, а я за каретой езжу; что я стою, когда вы сидите; что вы кличете меня: Пролаз! а я откликаюсь: чего изволите?.. Когда ж я стану то делать, что вы, тогда разница кончится, и преимущество, может быть, будет еще на моей стороне.
Ты видишь, самолюбив ли я, когда на твою дерзость ни слова не отвечаю. Я иду переодеваться; ступай за мною.
Я тотчас буду.
Явление 2
правитьВсе говорят, что эта Прелеста очень богата. Ну, ежели и в самом деле любовь сделает такую проказу, что я буду господином, да еще и богатым… и богатым, следовательно и знатным… Ну, ежели это и вправду станется; а для чего ж и не статься? Чем я не человек? не стар, не дурен, ловок, строен и вояжировал… Вояжировал! о! это много значит у женщин!.. немножко не знатного рода я был до вояжа; а вояжи сделали со мною то же, что с низкими металлами огонь: все медное, железное, свинцовое очистили, и остался я весь золото… следовательно, я благороден! еще же мало ли таких чужестранцев, которые в отечестве были скороходы, сапожники, кучера; а сюда приехав, стали графы, шевалье, маркизы. Они только сюда доехали, а я и туда и сюда съездил; следовательно, я очень благороден… чего ж во мне не достает?.. осталось только прельстить. Это безделица… наверное, подцеплю эту сударку и буду господин Пролаз… Виват Пролаз!
Ария
правитьУж кажется, я еду цугом;
Карета в золоте горит,
И издали гремящим стуком
Посторониться всем велит.
Богатством нужен и полезен,
Кричать я стану, не боясь:
А! здравствуй граф!.. как ты любезен!
Что так давно не видно, князь!
Я вижу женщин… пойду переряжаться.
Явление 3
правитьНе знаю, сударыня, каково вам служанкой, а мне, право, недурно барыней. Барам гораздо просторнее на свете. Но скажите мне, не будет ли вам досадно, если я, госпожою по воле вашей наряженная, поймаю сердце этого господина Медора, которого вам так выгодно описывали, что вложили в вас охоту посмотреть его; а может быть, и выйти за него замуж. Я, зная себя, говорила вам: эй, не шутите так; но вы того непременно хотели, чтоб лучше вызнать его. Раскаетесь, может быть, да поздно!
Нимало не раскаюсь.
Что ж вы сделаете?
Останусь вечно вдовой.
Да верно ли это, что вы вдова?
Я желала бы, чтоб это было не верно; но ты знаешь, как долго мои старания узнать, жив ли мой муж, были напрасны; и мне, по многим верным признакам, должно было заключить, что его более на свете нет, к несчастию моему.
К несчастию?.. Вы совсем, сударыня, переменились… Как это будто несчастие, чтобы в другой раз выйти замуж? Спросите у наших сестер; многие скажут: дай Бог, почаще бы это несчастие случалось.
Ах, Марфа! заблуждение легкомыслия, даже и во время ослепления молодости, не составляет счастия. Что ни говори, одна добродетель всем нравится; и даже тот, или та, которые, не могши исправиться, кажется, презирают ее и над нею шутят, внутренне признаются, что она выше всего.
Сударыня! вы прежде не так говорили.
Я всегда это чувствовала; но дурное воспитание, примеры так называемого большого света, то есть дурного знакомства, ветреный нрав увлекли меня от меня самой. Однако всякой раз, когда я преступалась, внутренно стыдилась самое себя; но вместо того, чтобы признанием загладить проступок, я имела постыдную гордость, оставаясь в нем, оправдать его. А как ошибку, которую защищаешь, ничем иным нельзя оправдать, как другими ошибками, то и делала я беспрестанно новые дурачества.
Ах, как это все умно!.. жаль только, что я не понимаю.
Все это можешь понять из жизни моей. Ты знаешь, что до пятнадцати лет я жила у тетушки в необходимом принуждении, которое всегда для молодых людей полезно, но несносно. Мне захотелось освободиться от неволи… Уехав тайно, вышла я замуж за Эраста. Он был столько же молод, столько же беспутен, как и я. Не могши вынесть моих дурачеств, за что я его теперь и не виню, он скоро оставил меня и, продав имение, скрылся… Тогда, в самой крайности, раздражив тетку, которая любила меня, как себя, не знала я, что делать. Однако не могла себя принудить, приехав к ней, просить у ней прощения и помощи. Несмотря на мою глупую гордость, эта нежная тетка сама ко мне приехала и, не укоряя ни в чем, взяла меня к себе. Такое великодушие тронуло меня… Я почувствовала себя и, гнушаясь собою, старалась быть достойною ее благодеяния… Недолго это продолжалось. Она скончалась, оставя мне все свое великое имение. Ни вдова, ни замужняя жена и, наполнив тот город, где мы жили, слухом моих разных глупостей, которые молва обыкновенно увеличивает, мы с тобой уехали сюда, где нас никто не знает.
Да и мудрено ли? когда мы даже переменили и наши имена — вы из Изабеллы в Прелесту, а я из Афросиньи в Марфу. Словом сказать, мы совсем переменились. Жаль, что себя выдаем за вдов. Нам бы можно называться и девицами. Ведь случаются девки вдовствующие, для чего ж не быть и вдовам девствующим… Мы здесь никому неизвестны. И хотя бы наши мужья были живы и к нам бы приехали, мы можем им сказать, что мы не мы — и они гриб скушают.
Напротив того, я была бы безмерно счастлива, если бы могла увидеть мужа, которого столько огорчила.
Ария
правитьХолодности прервав оковы,
Им первым дух мой возгорел;
Открыв пути мне к счастью новы,
Он первый мил мне быть умел.
Когда б не наша гордость низка,
Хотеть собой весь свет прельстить;
Та честь к бесславью столько близка,
Могла б я им счастлива быть.
Что касается до меня, я моего Стреляя не хочу видеть. Если он умер, Бог с ним, а если жив, черт с ним. Особливо теперь, когда счастие мне пальчиком манит, с вашим именем и в вашем уборе выйти замуж так выгодно, что я с вами сравняюсь… Это очень щекотливо; однако, сударыня, виновата ли я, что я прекрасна, мила; что я, может быть, пленю дворянина, который, говорят, вояжировал так долго, что вырос в вояжах; и, между нами сказано, сударыня, мне больше кстати прельстить того, кто был в чужих краях: я потерлась около всего иностранного и долго у маршанд де мод училась шить, кроить, наряжать, наряжаться, куафе и прочим искусствам. Умею кстати молвить слова три-четыре по-французски, умею исподтишка страстно взглянуть и вовремя вздохнуть, задуматься без мыслей, заговорить непонятно, приятно погнусить, покартавить. Приманив мужчинку, всегда быть им недовольною; жаловаться, ссориться, помиловать его и опять побраниться. Ревновать без причины, любя казать презрение; а что главное дело, иметь в запасе полдюжины воздыхателей, чтоб из них любой, тотчас бы занял пустое место. Вот что надобно для нашей чести. Вы, сударыня, прежде одного мнения были со мною; а теперь с вашею добродетелью далеко от меня отстали, или, лучше сказать, вы с нею так отяжелели, что я до вас скоро долечу и буду такая ж барыня, как вы.
Ария
правитьКогда пожалуешь ко мне,
То на софе пушистой лежа,
Себя на ней покоя, нежа,
Не пробудясь и не во сне,
Скажу тебе: садись ко мне.
Прошедшу ночь спала я дурно…
Ведь ты со мною сан фасонь?..
Потом, обняв я вас амурно,
Скажу: ты ужасть как мила!
И ты меня с ума свела.
Я вижу лакея; конечно, это слуга нашего жениха.
Явление 4
правитьЯ прислан от моего господина Медора наведаться, у себя ли госпожа Прелеста?.. Не ей ли имею честь свидетельствовать мое почтение?
Ей; но, друг мой, ты очень дерзок с твоим почтением! Видя, что я госпожа, ты мог бы меня не беспокоить и спросить у моей служанки, которая здесь. Указывая на Прелесту.
Извините, сударыня. Я думал, что будет учтивее вам самой представить желание моего господина иметь честь видеть вас.
Ну, ну, ну! Я тебе прощаю, потому что я милостива и потому что я сама хочу познакомиться с твоим барином.
Какая наглая!
Если барин таков, как слуга, то я могу им быть довольна.
Между тем я хочу, чтоб ты познакомился с моею служанкою. Марфа, подойди к нему.
Это должность мужчин
Марфушка, я поручаю себя в вашу милость.
О! это слишком учтиво для русского слуги.
Я, сударыня, долго вояжировал, и привык обходиться как должно дворянину.
Верьте, что учтивость никогда не может быть вредна. Это задаток к получению нашего уважения.
Какие чувствования!
Верьте, оно для меня дорого от вас.
Какие выражения!
Мне кажется, вы шутите.
Да перестанете ли вы, показывая друг другу почтение в моих глазах, манкировать его ко мне!
Вы ошибаетесь, сударыня; тот, который оказывает к вашей служанке такое почтение, не может не иметь его к вам
Если бы ты на нее походила.
Как он умен!.. Какая жалость, что он слуга!
Явление 5
правитьКакие это беспутные слуги! куда их пошлешь, они рады там ножки скласть и, дожидаясь их, должно треснуть с досады…
А! да вот он. Как ты осмелился нетерпеливую импасианс моей любви прогневать? Слушай! Если бы…
не эти прелестные глаза, то я бы тебя морбле! то я бы…
Ты забываешься, шалун!
Вы отнимаете у меня кураж быть барином. Вы все испортите.
Я, сударь, был бы не учтив, если бы ушел, не выслушав повеления госпожи Прелесты, которая вас изволит ожидать.
Ах, так это вы, мадам! но о чем я спрашиваю? это бы мне можно знать по движению сердца моего, которое, увидя вас, тотчас стало бить в набат; и все чувства мои в тревоге, напрасно стараются залить пожар, в котором я весь горю.
Поэтому вы можете легко вспыхнуть?
Как порох!
Итак, ваше сердце часто загоралось? Вы прежде нередко любили?
Нет, сударыня, никогда; но я часто был любим… Я могу без хвастовства сказать, что в чужих краях я завоевал пропасть красавиц… Вы, без сомнения, читали старинные сказки, в которых лишь только удалой рыцарь покажется принцессам, то и наведет им бессонницу… Вот это я! но теперь, ма принцесс! уже мне от вас не спать!
Гелас! мон пренс, — я думаю это неправда; но одна только галантери.
Пускай я за обедом подавлюсь, если не от сердца говорю!
Какие страстные речи! какая ужасная разница между ним и моим сквернавцем-мужем!
Какие прелести! ах! если б моя жена, покойная обезьяна, на нее походила, как бы я по ней плакал!..
Могу ли я — о, красота санпарель! иметь когда-нибудь эспуар тронуть ваше сердце?
Гелас!
Что значит этот томный гелас, или признание, что ваше сердце нежно?
Гелас! это еще не признание..
Да, слуги наши смеются… Это не… неловко… я… я стыдлива… извините!.. екскюзе… любовь моя, которая начинала показываться, опять спряталась… Я… я вся в контузии… извините… я… я вся от вас удаляюсь…
А я… я весь за вами бегу, чтобы тет-а-тет окончить декларасион любви.
Дуэт
правитьПолно, полно так шалить —
Дайте на часок мне время.
Надобно любовно бремя
С плеч моих тотчас свалить.
Как вы так нетерпеливы!
Слишком, слишком вы стыдливы.
Таковой быть должно мне.
Это все по старине!
Стыд теперь уже не в моде,
В черном только он народе.
Мне казалось завсегда,
Будто стыдно без стыда.
Но к чему же он пригоден?
Галантом с ним не свободен.
Стыд не годен никуда.
Явление 6
правитьКак часто обманывают нас слухи! Уверенный рассказами о прелестях, об уме вашей барыни, я хотел нетерпеливо увидеть ее. Но что же? Увидя, жалею, для чего не вы барыня, или для чего она на вас не походит.
Что ж вам в этом?
А то, что я имел бы барыню, достойную искреннего почтения… Но что я говорю — почтения? достойную обожания!
Господин слуга, вы забываетесь.
А почему я забываюсь?
А потому, что вы… что вы говорите…
…я смущаюсь и не знаю, что сказать.
Но что же я такое сказал, что бы могло вас огорчить?
Вы хотите, чтоб я была барыня. Разве надобно быть госпожой, чтоб понравиться господину Пролазу?
Нет; надобно быть точно прелестною Марфою, чтоб обворожить все мои чувства… Но…
Но… что ж бы из этого вышло, если б я могла обворожить ваши чувства?
То, что теперь выходит. Что я, видя душу мою в ваших глазах, без вас бы жить не мог, если бы…
Вы сами перервали вашу речь, и хорошо сделали; когда бы стали продолжать, я бы не допустила вас договорить.
А для чего?
Для того, что… перестаньте мне изъяснять вашу нежность, может быть притворную, как то обыкновенно водится у мужчин, чтоб только посрамить женщину.
Кто? я?.. чтоб я имел толь низкие мысли!.. чтоб я, так мало почитая вас, толь мало бы почитал себя, чтоб гнусным обманщиком быть… Я клянусь…
Не клянитесь… Я от вас никаких клятв не принимаю.
Но я хотел только клясться, что я вас не обманываю, говоря, сколь пламенно вас любил бы…
Я вас просила, чтоб вы о любви ничего не говорили, или я уйду..
Ради Бога, не уходите. Я вам клянусь, что более о любви ни слова не скажу.
Ария
правитьНе стану больше говорить,
Я чувства изъяснять не стану;
Что мне не можно не любить,
Что я тобой горю и вяну.
К чему ты, рок, меня привел?
Служанкою я мог плениться!
Вот я какой предмет нашел!
Бешусь, и должно мне беситься!
Не стану больше говорить,
Я чувства изъяснять не стану;
Что мне не можно не любить,
Что я тобой горю и вяну.
Уйду и слушать перестану,
Когда ты станешь мне твердить,
Что любишь ты, что мной пылаешь.
Чего ты ожидать дерзаешь,
Являя мне твою любовь?
Хоть гордость мне твоя несносна,
Хоть ты во мне тревожишь кровь,
Хоть будет часть моя тем злостна, —
Но презирай мою любовь.
Могу ль тебе платить презреньем,
Умея почитать меня; —
Довольствуйся моим почтеньем.
Даю я сей совет стеня.
Примаю сей совет стеня.
Явление 7
правитьВы слишком для меня опасны!
Гелас! на что ж вы так прекрасны?
Быв так мила и пригожа,
Почто она не госпожа?
Душой прелестен и собой,
Почто родился он слугой?
Итак, ма рень! скажи мне — да.
Позволь, чтобы я погодила.
Сказать люблю, иль то беда?
Гелас! еще я никогда
Такова да не говорила.
А как же, как же вы вдова!
Вертиж! кружится голова!
В спокойстве нужду я имею.
Смущаюсь, мучусь, стражду, млею!
О, как моя томится грудь!
Смущаюсь, мучусь, стражду, млею!
Нам должно, должно отдохнуть.
Действие второе
правитьЯвление 1
правитьАрия
правитьТщетно от любви я убегаю,
От себя уйти я не могу;
Тщетно вид драгой из сердца рву,
Вместе с ним и сердце вырываю.
Кто ж, о, рок! ах, кто мне столько мил?..
Стыд во мне смятенный дух терзает,
Кровь кипяща в сердце замерзает…
Я лишаюсь чувств… лишаюсь сил.
О, безумное любопытство! о, странная участь моя! Почто имела я желание увидеть этого, так много расхваленного и так глупого и несносного Медора?.. и почто, о, судьба! что думала в господине найти, я то все нашла и с таким совершенством в его слуге? Какое благородство! какая душа! какие приятности! и притом сходство некоторое с моим мужем… Как бы то ни было, хотя умру, но даже и приметить не дам моей толь ужасной склонности… Ах! почто не могу ее и от себя самой сокрыть?
Явление 2
правитьЗачем вы?
Не пугайтесь, я не забуду вашего повеления. Я не за тем пришел, чтобы вам, открывая сердце, говорить, что я без вас жить не могу, что прелести ваши из мыслей моих не могут истребиться, что рана моя неисцелима, что я, лишась спокойствия, мучусь, что… но вы взор отвращаете… верьте, что я не за тем пришел. Хотя говорить, сколько я вас люблю, составляет все мое блаженство, но я слишком много вас обожаю, чтобы, для счастия моего, вам хотеть досаждать. Вы мне запрещаете, и я замолчу.
Вы очень хорошо сделаете…
Несчастная!
Но скажите мне… Это до любви уже не касается.
Когда так, я с вами готова говорить.
Скажите мне причину такого вашего запрещения, которое мне несносно. Скажите, для того ли, что я вам противен, и это сделает меня несчастнейшим, или только для того, что вы, чувствуя в себе толь безмерное превосходство, которым так щедро одарила вас природа, произведя вас несправедливо в низком состоянии, стыдитесь, что слуга влюбился в вас… и что, если бы я не был слуга… Вы краснеете, и это не умножает ваших прелестей, потому что уже нельзя прелестнее быть… а… стыдливость только оживляет их. Почто закрывать ее цвет толь редкий, толь прелестный?
Какое мое состояние! я должна стыдиться и самой моей стыдливости.
Возможно ли стыдиться того, что показывает добродетель. Знайте, что бесстыдство женщины есть верный знак ее позора; и та, которая уже никогда не краснеет, оттого только, что прежде слишком много краснела.
Вы меня приводите в удивление. Как, слуга, и слуга такого нелепого господина, так умен, такие имеет чувствования, пристойные одному благородному воспитанию, душе возвышенной!
Да разве натура дала обязательство знатной породе, чтоб только над ней истощать свои благодеяния?.. Вы, сами вы не пример ли тому?
Ария
правитьУмом, душой, красами,
Ты помрачая всех,
Прекрасными очами
Рождаешь тьму утех.
Когда б я был владетель,
Я так же бы любя…
Верь, Небо мне свидетель!..
На трон возвел тебя.
Я вижу, что мне должно оставить вас для того, что, несмотря на все мои просьбы, не перестаете говорить о любви.
Виноват, забываюсь!.. может быть, и мне так же как и вам, должно бы не хотеть говорить о том; но… сердце, одолевая рассудок, против воли вырывается и летит к вам. Однако я перестану… Вот я и замолчал.
О чем же бы нам поговорить?
Не знаю. У меня нет иных ни чувств, ни мыслей. И если сердце принуждено молчать, то я сделаюсь совершенно немым.
Опять?.. да разве нельзя найти другого разговора?
Я не умею; найдите вы.
Станем говорить о вашем барине.
Ох, какой дурной разговор вы выдумали!
Я знаю; но я этого хочу.
Я повинуюсь.
Для чего он нейдет к барыне моей, и что он теперь делает?
То, что обыкновенно петиметры делают. Перед зеркалом кабенясь, в третий раз велит перечесывать волосы себе: то побелее, то посерее себя пудрит. За один волос, который немного от букли отстал, он так на парикмахера сердится, как будто бы его чести сделана смертельная обида. Между тем выделывает глаза свои, как бы им прекраснее казаться. То жмурит их, то выпяливает как можно более; то нос вытягивает, который ему кажется короток; то рот сжимает, чтоб не так велик казался; то губы кусает, чтоб краснее были; и словом сказать, его искусство дерется с натурою и хочет победить ее.
Предорогое упражнение!.. однако теперь бы мог он это оставить и поскорее придти к барыне моей, которая на него может рассердиться за медленность его.
Он скоро может умилостивить ее. Они, кажется, друг для друга рождены. Этаким людям не столько нужды в любви, сколько в том, чтобы наряднее и лучше казаться. Их сердце не таково, как мое. Если я не могу быть вами любим, если…
Явление 3
правитьПрекрасно! браво!..
Продолжай, мой друг, продолжай! я не за тем пришел, чтобы вам помешать.
Что это значит? и в чем помешать?
Вы оба в конфузии… нет, нет, право, для меня это не противно… Я люблю проворных слуг. Он весь в меня… Пришел, увидел, победил. Не бойтесь, не смущайтесь… я вам позволяю, и ручаюсь, что и будущая жена моя на то согласна.
Перестанешь ли ты врать, бездельник?
К чему такая стыдливость, застенчивость? Я хочу быть вашим конфиданом.
Я, государь мой, не заслуживаю такого унижения. Вы меня не знаете и, может быть, не можете вообразить, какую я имею душу.
Какую имеешь душу… ну, ну кстати ли так подделываться под гордую… Какую имеет душу! вот прекрасно!.. душа Марфы!
Если ты не удержишь своего языка, то я тебя тотчас в слугу превращу.
Досада, горесть рвут мое сердце, тем более, что оно виновато..
Вы, конечно, хотите увидеть мою барыню.
А как же; или ты думаешь, что я попусту так щегольски нарядился? Поди мами! скажи ей, что я готов себя ей показать. Я надеюсь, что она этого нетерпеливо ожидает. Постой!.. скажи мне, служаночка, каков я тебе кажусь?
Вы? мне?.. очень забавны кажетесь.
Явление 4
правитьЕще бы немного, я бы забылся и прибил бы тебя.
Меня, сударь?.. не верю. Вы так кротки.
Да теперь ты меня вывел из терпения.
Чем, сударь?
Твоею наглостью, твоим непочтением к этой прекрасной служанке.
Что слышу я! она и вправду вас поддела?
Врешь, шалун.
На что ж вы хотите, чтоб я ее почитал?
Он меня приводит в замешательство…
Да разве ты не должен почитать ту, которая достойна почтения, хотя бы я и не был привязан.
Вы забываетесь… я, представляя ваше лицо, не хотел уронить вас почтением к служанке.
Бездельник!.. да ты… ты меня бесишь!
Когда вы сердитесь, я замолчу.
Нет, говори.
Что прикажете?
Не думая того, что я в нее влюблен, скажи, не прелестна ли она?
Согласен, сударь. Мне только мудрено, что вы говорите со мною о служанке, вместо того, чтоб, следуя вашему первому намерению, расспрашивать у меня о барыне.
Что мне о ней расспрашивать?
Как что? о той, на которой вы женитесь?
Женюсь!.. мне и думать о ней гадко.
Право?.. так вы мне оставляете свободное поле?
С радостью.
Вы не шутите?
Нет.
Итак, с позволения вашего, я могу пуссировать мой авантаж… Да что я говорю? вы, может быть, не дурно делаете, уступая мне мою добычу, которую моя ловкость уже поймала и в зубах держит. Верьте, если я кого пленю, та уже не может расплениться; и она, как муха, прильнув крылышками к патоке, тут и умереть должна.
Перед тобой.
Ах! я такого, как вы, доброго господина не знаю… Вы делаете мою фортуну, да и какую фортуну! жените на дворянке прекрасной, богатой..
Прочь отсюда, мой друг, прочь! умей жить на свете, и всегда оттуда выходи, где Амур соединяет двух. Поди; а чтоб тебе не скучно было, вот тебе на гулянье…
Ну, сам ты виноват, ты позабыл положить мне в карман мой золотом набитый кошелек… однако все равно, ты можешь сам взять… поди, хоть горсть заграбь… ты знаешь, как я тебя люблю.
Явление 5
правитьА, вот и вы, моя королева! нетерпеливость меня чуть-чуть не задавила, и я был здесь телом, а с вами душою: а желал бы и телом быть: это посолиднее.
Я сомневаюсь, мосье! вы, кажется, притворяетесь нетерпеливым. Любовь наша еще не остепенилась и не может быть так сильна. Она лишь только родилась. Она еще анфан, и такой анфан, который чуть дышит.
Мервель де но жур! Вы ошибаетесь. Любовь моя не залежалась в колыбели. Первый ваш взгляд ее родил, другой укрепил, а от третьего она выросла с меня. И как вы мать ее, то ваша должность записать в службу этого недоросля, который так сильно меня беспокоит, прося со слезами работать на вас во всю жизнь свою.
Ах, мон шер, как вы неотвязны! Если б вы не так умно говорили, я право бы рассердилась; но грас вашему разуму, вы все выпросить можете.
Сериеземан, запишите мою любовь хоть в рядовые; а там уж я ручаюсь, что вы скоро сами ее произведете… Апропо, вы что-то сказали о моем уме. Я вам признаюсь чистосердечно, у меня его так много, что желал бы удалить… Он мне уж в тягость.
Да и нельзя не быть тому; вы так долго вояжировали.
Вояжировал, читал. И теперь хоть не вояжирую, но беспрестанно читаю.
И это вашей тандрес ко мне не мешает? И вы можете иным заниматься кроме меня?
Не мог бы, когда б я не так был умен… но я умею, читая, вас любить, и вас любя, читать.
Какие прекрасные экспресии!.
Я не понимаю; но надобно, чтоб это было очень умно, потому, что он вояжировал и много читал.
Я сам не понимаю, что я сказал; однако никто не смеет не разуметь того, кто вояжировал..
Чтобы доказать вам, какой я охотник до лектюр, то вот и книга со мной..
Какое несчастие, что я читать не умею! я могу осрамиться.
Это, мадам, преважная и преполезная книга.
О чем она трактует, мосье?
Это вы, мадам, по ее титулу увидите.
Извините, мосье, я и сама так много, так много употребляла лектюр, что глаза испортила. А чтобы совсем не ослепнуть, боюсь теперь и заглянуть в книгу. Это мне делает горрер.
Вы правы: надобно беречь такие прекрасные глаза.
Однако, вы удовольствуете мое любопытство и прочтете что-нибудь.
Какая это чрезвычайная книга. Вы можете, мадам, и потому рассудить, что она, для отличия от прочих ученостей, напечатана не обыкновенными, а красными чернилами. Извольте слушать…
Елеман де ла туалет, или систем де ла коафюрт. Вы, без сомнения, знаете, мадам, что такое систем?
Это какой-нибудь чепчик, мосье.
Браво, мадам! точно так.
Куда как мне хочется сделать себе систем на голову!
Багатель, мадам, багатель! то ли вы еще услышите…
Коафюр для сокращения очень длинного лица. Убор на голову из блонд для узких лбов и долгих носов. Суплеман замысловатый для возвышения впалых щек. Корнет летучий, чтобы глаза выдавались вперед; дормез, чтобы поутру казаться умнее… Этого довольно… Вы видите ли, какое это сокровище? и могу ли я, упражняясь в таком чтении, не думать о вас?
Я вам очень обязана. Надобно признаться, что одни только французы могут безобразие сделать прекрасным; и я не удивляюсь, что многие вояжеры так просвещены, а особливо вы.
О! что касается до меня, то бель-летр мое дурачество.
Я думаю, что вы и сами сочиняете.
Ах, мадам, се мон фор! И если вам не противно, я спою вам шансон, что я, чесав волосы, сделал на вашу ко мне жестокость.
О, мосье! песни моя глупость.
Извольте ж слушать.
Ария
правитьМое, ах! сердце, как сури,
Попавшись к вам в любезный каж,
Кричит: мадам не умори,
Амур меня приводит в раж.
По чести, право, же ме мер,
Так мучит, будто бадинаж.
Не надсади меня сверх мер,
Пусти меня ты в бель-этаж.
Браво! прекрасно! как это и умно и страстно!
Вы видите, мадам, чтоб сделать сносным наш русский жаргон, я эту песенку унизал французскими словами, как жемчугом.
Вы это очень апропо сделали.
Я боялся чистым руселейном разодрать мой рот и деликатес ваших прекрасных ушей повредить.
Вы очень милостивы!
Каково вам кажется это сравнение: сердце как сури? сердце как мышоночек маленький, крошечный.
Это ужасть как нежно!
А это: попалось в ваш любезный каж, в вашу клеточку! ась? не правда ли, что это замысловато?
Нельзя больше.
А это: амур приводит в раж и после же ме мер?
Это ужасть как страстно!
Потому, что это сердце говорило… А наконец: пусти меня ты в бель-этаж? Не правда ли, что в этой одной мысли есть тысяча мыслей?
Какое тысяча, мне кажется, больше миллиона!.. мон кер! я от этого без ума.
Я желал бы, чтоб эта была правда и чтобы вы, хотя без ума, сказали мне: же вуз-ем.
Как вы галан, мусье! мне кажется, что я наконец от вас никак не отделаюсь… Вы не знаете, что стоит нашей сестре сказать же вуз-ем.
Да позвольте мне хотя догадаться?
Вы меня пусируете… Быть так! ну, ну догадывайтесь…
Я догадываюсь, что я счастлив!.. о, идол моей души! загвоздка сердца моего!
Явление 6
правитьМне до вас крайняя нужда.
Говори, мами, говори при мне. Теперь уж у нас с нею одинакие интересы, и я могу по хозяйству моей жене кое-что присоветовать.
Вашей жене?.. да она еще не вышла за вас.
Все равно, мы уж на слове положили.
Да. Он меня к тому принудил…
Согласитесь на мое счастие: вы видите, что он в меня смертельно влюблен.
Ты врешь!
Я ведь говорила, что будет вам досадно.
Послушай, субреточка, ты не знаешь, как мне досаждаешь тем, что ты здесь… Ведаешь ли ты, что я уже на такой ноге с твоею госпожою, что и не спросясь ее могу тебя выслать.
Потише, государь мой.
Оставьте ее, мосье. Ей в самом деле есть нужда со мною поговорить. Оставьте нас на час, мон кер!
Мон кер! это слово меня обезоружило. Я для вас вытерплю мучение, чтобы на минуту расстаться с вами. Однако, позволь, мадам, сказать, что вы слишком смирны, слишком балуете вашу горничную… но багатель, — я это все переделаю, а между тем, чтоб нам от нее отвязаться, я пришлю к ней моего слугу… она тогда не будет так упряма.
Явление 7
правитьЧто это? не приметил ли он чего-нибудь за вами с его слугою?
Какая дерзость! как ты смеешь и подумать о том! и какие признаки?
Я о вас не говорю. Но этот слуга, кажется мне, великий волокита. Он так томен, так воздыхает, что в четвертой комнате слышно, и на вас смотрит, как будто наглядеться не может.
Какая мне до того нужда?
Вам, конечно, нет… но он, будучи строен, статен, довольно пригож и не дурак, кажется, что слишком чувствует себя… Вы задумались.
Отчего?.. ты дура!
А! а! я вижу, что вас мучит.
Что такое?
Ну, ведь я вам говорила, что я опасна. Страсть барина его ко мне колет вам глаза. Я вас уверяю, что дело уже далеко. Хотя он узнает, что вы моя барыня, это ничего не поможет, и он все-таки на мне женится.
Что мне нужды до этого?
Как? по чести, я вам этим не досаждаю?
Ни на волос.
Удивительно мое счастие. Такой редкий человек не может вас тронуть.
Такой низкой души человек для тебя только и родился.
Это зависть говорит, сударыня.
Перестанем об этом говорить. Я пришла тебе сказать нечто поважнее.
Что такое, сударыня?
Я намерена отсюда ехать.
Что я слышу! вы меня зарезать хотите.
Как бы то ни было, мне необходимо должно это сделать.
Ах, сударыня!
Поди, и собирайся в дорогу.
Ах, сударыня! какой каприз!
Делай, что я тебе велю.
Ах! и так скоро!
Я хочу через час уехать.
Сжальтесь над моею страстью и, позволя мне выйти за Медора, хоть тем накажите его за то, что он в меня, а не в вас влюбился.
Ты хочешь, чтобы я была обманщицею. Я уже устала от этой комедии. Поди, или я тебя здесь брошу.
Ария
правитьПогибаю,
Умираю,
Тошно мне…
В сей стране
Оставляю
Все, что есть…
К черту честь,
И дворянство,
Барство, чванство;
Будто сон
Миновались;
И остались
Грусти, стон.
Явление 8
правитьНаконец я за разум взялась; и нельзя лучше вздумать, как уехать отсюда, чтобы спастись от этой проклятой любви. Образумясь собственными несчастиями моими от заблуждений молодости, я теперь в раскаянии и сожалении, что принудила мужа, которого любила, в беспутстве сравняться со мною. Без него десять лет вела жизнь уединенную и беспорочную, которою едва могла загладить проступок одного мгновения души, более ветреной, нежели порочной. А теперь опять одно мгновение любопытства то все разрушает..
Вот твердость человеков!.. однако хотя не в нашей воле состоит, чтоб не быть слабыми, но в нашей воле, противясь слабости, терзаться. Во что бы то ни было, не допущу себя до низости любить слугу… Не допущу себя любить? несчастная! в моей ли это власти?.. и более ли мы здравым рассудком, как сердцем, живем… Здравым рассудком?.. разве здравый рассудок противен натуре и запрещает любить того, кто любезен, кто прекраснее и благороднее этих одним только родом гордящихся дворян. Не все ли равно?.. лишь бы быть счастливою. Это рассуждение мне кажется очень справедливо… Справедливо?.. потому что льстит моей слабости… Легкая философия! чтобы все то, что утешает наши чувства, наклонять на свою сторону… Нет… нет! сильные предрассудки смешаны с необходимою должностью.
Дуэт
правитьХотя на век лишусь покоя,
Меня хоть грусти умертвят;
Но твердость я мою удвоя,
Лишусь постыдных мне отрад.
Таких речей не понимаю,
Мое в них счастье обретаю,
И то являл ее мне взгляд;
Любим, но ею тщетно таю.
На части сердце рви любовь!
Кипит, волнуется вся кровь!
Но я тебе не покорюся.
От гордости такой мятуся;
Но гордость множит лишь любовь!
От гордости такой мятуся;
И гордость множит лишь любовь!
Навек с сим городом прощуся,
От страсти грустной убегу.
Нет, с нею ввек не разлучуся,
Сего я сделать не могу.
Лишась ее, себя лишуся,
Ты торжествуешь, о, любовь!
Гася твой жар, я лишь крушуся.
Лишась его, себя лишуся;
Навек погибни, о, любовь!
Я горько от того крушуся.
Намерение взято. Я теперь же удалюсь от сего места, где я так долго спокойно жила; и где, наконец, мог смутить мое спокойствие слуга!.. о Небо!.. слуга!.. но за что ж я негодую на него? в чем он виноват? или в том, что так прелестен?.. что я ему так мила?.. Это моя вина, а не его… Я за то себя накажу вечным терзанием. Прости все, что здесь, — прости навеки…
Постойте!
Ах, вы здесь!
Здесь; и с тем, чтобы вечно с вами не разлучаться. Нет, вы не уедете отсюда; я вас уверяю, не уедете без меня.
Поэтому вы здесь подслушивали меня?
Все слышал, к счастию моему.
Вы этим подали мне причину сердиться на вас и уменьшить мое почтение.
Сердитесь, уменьшите ваше почтение за то, что я… слыша, как вы боролись против моего блаженства, не хотел перервать тех, жизнию моею наполненных слов, которых бы я от вас никогда не услышал… Нет, вы не уедете отсюда.
Но какое дерзновение, и кто вам дал такую власть надо мною?
Любовь нежнейшая, которая преодолела во мне предрассуждение; любовь, которая вас в слуге раздражала, и которую повергаю к твоим ногам, уверяя, что я не слуга.
Кто же вы?..
Явление 9
правитьПродолжайте, продолжайте! я умею на свете жить; и того не вижу, чего видеть не надобно.
Молчи! Я тебе запрещаю быть дерзким.
Очень хорошо…
Я… я с ним на дружеской ноге, и люблю его фамилиарите… Оно меня веселит… Я с вами бы поговорил, да некогда… Я ищу ту, которая вся вошла в мое сердце, и с руками и с ногами…
Явление 10
правитьВаше признание, что вы не слуга, подтверждают ваши грозные и повелительные речи вашему барину, который это терпеливо снес… Кто же вы, скажите?
Я сам Медор; я господин того, который здесь в моем наряде и под моим именем гоняется за сердцем вашей барыни.
Что слышу!
Извините эту хитрость! она для того сделана, чтобы в другой раз в женитьбе не ошибиться мне, чтобы вызнать нрав вашей барыни. Но в этом нужды не было. Она столь откровенна, что с первого взгляда умела во мне произвести к себе отвращение; однако, эта хитрость доставила мне счастие более, нежели я чаял. Она открыла мне в низком состоянии сокровище, для которого я не смотрю на мой род… перед которым все низко, все мало.
Как! вы были женаты?..
Сходство его… О, Небо!
Или то, что я был женат, вас смущает?.. Или вдовец не может быть вам приятен?
Ах! нет, сударь!..
О, Небеса! не обманываете ли вы несчастную… но трепет сердца моего мне говорит…
где? в России ли, или в чужих краях вы в первый брак вступили? и давно ли?
Сии радостные для меня часы протекли. Ваше любопытство огорчает воспоминанием прошедшего.
Может быть, мое любопытство более достойно уважения, нежели вы думаете; удовольствуйте его, — я вас прошу.
Я повинуюсь… Женился я в России, и тому уже с лишком десять лет.
То самое время!
Вы еще более смущаетесь.
Скажите, в котором месте и на ком?
Вы меня и самого этими вопросами смущаете… Я должен вам пересказать то, что составляло мое счастие… но… судьба того не хотела.
Судьба, сударь?.. да в чем судьба виновата, когда мы не правы… Скажите мне, где вы женились… я этого требую!
В моем селе, называемом Избытково, которое теперь уже не мое.
На ком и как ее звали?
Изабелла. Она от тетки…
Довольно, сударь, все ясно!
Вы трепещете?.. бледнеете?..
Эраст! почто вы Медором называетесь?
Что слышу? как вы это знаете?
Или вы не узнаёте вашей Изабеллы? я не смею сказать вашей жены, которая принудила вас так жестоко с собою поступить, которая однако же, хотя была того достойна, но слишком наказана грызением совести и сожалением целых десяти лет… Или вы не узнаёте… не узнаёте ее, если она еще вам противна? Мне приятнее казаться вам Марфою любимою, нежели Изабеллою ненавистною.
О, Небо! толь чудным происшествием изумленный, не знаю верить ли тому, что я вижу? Так это ты, хотя смертельно меня раздражившая, но всегда любимая супруга! так это ты!.. какою завесою глаза мои были закрыты, что я не мог узнать того, о чем сердце мне так ясно говорило?.. Перемена имени, лица, нрава, состояние служанки, были мне препоною. Скажи мне: или твой муж, выключая, что нашел тебя, может еще умножить свое блаженство, исторгнув тебя из состояния, в которое тебя судьба унизила?
Нет, любезный Эраст, нет, мое состояние очень хорошо. А что я представляю служанку, это также и с моей стороны хитрость. Небо внушило нам обоим одну мысль, чтобы нас соединить навеки, возвратя тебе меня, достойную тебя.
Явление 11
правитьМа шер! вы очень любите наряжаться.
Я безмерно люблю, мосье, дезабилье.
Вы во всем прекрасны, и простота вас еще прелестнее делает. Я не люблю этих помпонов, этих панье, которые сердцу не дают близехонько гореть, и которые любовь аршина за два не допускают к красавице… Но скажите, когда же наша свадьба?.. еще несколько часов — и я весь истлею.
Ах, мосье! вам надобно как-нибудь прохладить себя на время… Свадьбе так скоро быть нельзя… ко мне пишут из деревни… мне необходимо туда ехать должно.
Что слышу, жестокая!.. уф! дух занимается!
Вы видите ли, как вы немилосерды?
Вы меня, как кинжалом в бок.
Что делать? необходимость злой судьбы… Я умираю!..
Я не могу на ногах стоять. Слуга! поддержи меня.
Ну, полно, и сам устоишь. Когда ты так слаб бывал, Пролаз?
Что слышу? Пролаз!
Так это Пролаз, Марфа?
Как? это Марфа?
Точно так. Комедия кончилась; подите переодевайтесь.
Мадам! знаешь ли, что за такие шутки у нас, во Франции, жизнью рискуют?
Мосье! знаешь ли, что у нас, в России, за этакие плутни в рожу плюют?
Вы оба равно друг перед другом виноваты. Перестаньте ссориться, будьте веселы в то время, когда я от радости вне себя, — нашла мужа.
И я мою любезную жену.
Хотя есть некоторое сходство, но я верить не могу… О, страшное предчувствие
Тошно мне… Мадам! уж не жена ли и ты моя?
Вся кровь моя хладеет…
Мосье! уж не муж ли ты мой?
Надобно этому быть… Я чувствую, что из сердца моего любовь выбирается помаленьку и уступает место ненависти.
Не сомневайся: это твоя Афросинья.
Ох!
А это Стреляй.
Ай! сам черт тебя сюда принес.
Скажи мне, моя вселюбезнейшая супруга, для чего ты не изволила умереть?
Умереть!.. Негодный пьяница, мот! для чего ты не повешен?.. я тебе глаза выцарапаю.
Тише, тише, мадам! так грубо с вояжиром поступать!.. о, сила, о, действие брака! как она мне противна!
Я чувствовала к нему самую нежную любовь. Ах, что я делала!.. он мой муж?.. если ты хочешь быть спокоен, не подступай ко мне вечно.
В этом все мое желанье…
Отпустите меня, сударь, от себя. Я лучше по миру скитаться буду, умирать с голоду и с холоду, нежели жить в том месте, где она будет.
Нет, мы вас помирим.
Как он гадок!
Как она мерзка!..
Эх, сударь! что и вы делаете? разве вы забыли каштановые брови? я вижу на что вы надеетесь: на то, что и ваши покаштановели, — надолго ли это будет?
Молчи, шалун!
Не сердитесь на него. Он не досаждает мне, вспоминая мои дурачества, когда раскаяние их загладило, когда добродетель очистила мою любовь к вам. Тот один не любит, что ему напоминают его проступки, кто надеется еще проступиться.
О, супруга! достойная моего обожания. Если ты меня любишь равно, как я тебя, то ты никогда передо мною не была виновата.
Слышишь ли, мадам! как честные люди поговаривают?
Ну, Афросиньюшка, помирись с ним.
Ты меня этим одолжишь.
Разве для того, что он долго вояжировал: и то с тем, чтоб ему называться всегда Пролазом, а не Стреляем. Это имя мне гадко; я старинного ничего не люблю.
Согласен. А чтоб совсем из мысли истребить, что мы были когда-нибудь женаты, то я упрошу барина, чтоб он приказал всю свадебную церемонию, и со столом и с питием, сызнова отправить, чтоб можно было живо вообразить, будто я на тебе в первый раз женюсь.
С охотою.
Финал
правитьЗабудем все, забудем что прошло,
И счастием затмим минувше зло.
Любовь меня с тобой соединила;
А ветреность надолго разлучила.
С тобою я твоей цены не знал;
Лишась тебя, узнал; что я терял.
Забудем все, забудем что прошло,
И счастием затмим минувше зло.
Хоть ветреность меня и отвращала,
Но сердцем я с тобою пребывала.
Наполни ты мою блаженством грудь,
Мои вины навеки позабудь.
Забудем все, забудем что прошло,
И счастием затмим минувше зло.
Коль без жены по свету погуляешь,
И, возвратясь, ее ты не узнаешь;
Хотя от ней терпел и много зла,
Однако же покажется мила.
Забудем все, забудем что прошло,
И счастием затмим минувше зло.
Когда от нас наш крылся муж лет десять,
Когда его, по счастью, не повесят,
Когда притом не так ревнив и лих,
Быть может он приятен, как жених.
Забудем все, забудем что прошло,
И счастием затмим минувше зло.
Примечания
правитьВпервые: Собр. соч. Т. 5. М., 1803. Т. Н. Ливанова и Л. И. Кулакова датируют оперу примерно 1784 г. (Ливанова. С. 143—144; Комментарий. С. 719), однако в таком случае неясно, почему она не вошла в собрание 1787 г. Музыка к опере не сохранилась, ее автор неизвестен, указание на А. Бюлана (Русский биографический словарь. Т. 3. СПб., 1908. С. 690) представляется сомнительным, поскольку статья содержит фактические ошибки. Сведения о постановках пьесы также отсутствуют. Возможно, она не имела успеха на сцене, что подвигло А. Я. Княжнина переработать оперу своего отца в двухактную комедию (СПб., 1825), которая была поставлена 15 октября 1812 г. в Петербурге, 4 июня 1818 г. в Москве и была сыграна в обеих столицах до 1823 г. 13 раз.
Действующие лица
правитьЭраст — см. примеч. к «Притворно сумасшедшей» (с. 559).
Медор — герой поэмы Л. Ариосто «Неистовый Роланд» (1532), сарацинский рыцарь, который пишет на деревьях свой вензель, переплетенный с вензелем его возлюбленной Анжелики. Увидев эти надписи Роланд сходит с ума.
Стреляй — калька с франц. la fleche (именно так часто переводилось имя Лафлеш, распространенное во французских комедиях).
Пролаз — см. примеч. к «Чудакам» (с. 537).
Действие I
правитьС. 473 Дуэт — при восприятии этого дуэта следует учитывать, что в сатирической литературе конца XVIII в., в частности, в журналах Крылова, нередко высмеивалось ведение бытового диалога под музыку в жанре комической оперы (см. Ливанова. С. 97, 306—316).
…то дур, то моль… — то мажорный, то минорный лад.
И ут, и ре, и ми-фа-соль… — см. примеч. к «Притворно сумасшедшей» (с. 561).
С. 476 Вояжировать — от франц. voyager — путешествовать.
С. 479 Маршанд де мод — от франц. marchand de mode — модная торговка.
Куафе — от франц. coiffure — прическа.
…приятно погнусить, покартавить… — говорить с французским акцентом, как было модно.
С. 479 …на софе пушистой лежа… — в России конца XVIII в. после турецких войн просторная и мягкая софа (диван) вошла в моду как предмет восточной роскоши и неги; в богатых домах оформляют специальные комнаты — диванные, обстановка которых располагала к любовным свиданиям и утехам (ср. в «Фелице» Г. Р. Державина: «На бархатном диване лежа, / Младой девицы чувства нежа, / Вливаю в сердце ей любовь»). Поэтому софа воспринималась как неотъемлемая деталь не только богатого дома, но и современных форм любовного флирта, не вполне приличный предмет фривольного поведения. У И. И. Дмитриева в сказке «Модная жена», где именно в диванной героиня встречается со своим любовником, сказано: «Диван для городской вострушки, / Когда на нем она сам-друг, / Опаснее, чем для пастушки / Средь рощицы зеленый луг. / И эта выдумка диванов, / По чести, месть нам от султанов!»
С. 480 Сан фасонь — от франц. sans faèon — без церемоний, запросто.
Амурно — от франц. amour — любовно.
Скажу: ты ужасть как мила! — ужасть (ужесть) — см. примеч. к «Хвастуну» (с. 513).
С. 481 Манкировать — от франц. manquer — упускать, здесь: не выказывать.
Импасианс — от франц. impatience — нетерпение.
Морбле — от франц. morbleu — черт возьми.
Шалун — см. примеч. к «Неудачному примирителю» (с. 528).
Кураж — от франц. courage — смелость.
Мадам — от франц. madame — сударыня.
Ма принцесс — от франц. ma princesse — моя принцесса.
Гелас! мон пренс — от франц. hêlas, mon prince — увы, мой принц.
Галантери — от франц. galanterie — обходительность.
С. 482 Санпарель — от франц. sans pareille — несравненная.
Эспуар — от франц. espoir — надежду.
Екскюзе — от франц. excuser — извините.
Контузии — от франц. contusion — удар, потрясение. Возможно также искаж. франц. confusion — смущение, или опечатка в издании XVIII в.
Тет-а-тет — от франц. tête-а-tête — наедине.
Декларасион — от франц. declaration — объявление.
С. 483 Галантом — от франц. gallant homme — благородный, обходительный человек.
С. 485 Ма рень — от франц. ma reine — моя королева.
С. 486 Вертиж — от франц.vertige — головокружение.
Действие II
правитьС. 490 Конфузии — от франц. confusion — в смущении.
Врать — см. примеч. к «Хвастуну» (с. 521—522).
Бездельник — см. примеч. к «Хвастуну» (с. 512).
Конфиданом — от франц. confident — поверенным.
С. 490 Мами — от франц. m’ami — мой друг.
С. 491 Пуссировать авантаж — от франц. pousser avantage — увеличить преимущества.
Делаете фортуну — от франц. faire fortune — здесь: составляете мое счастье.
С. 492 Анфан — от франц. enfant — ребенок.
Мервель де но жур — от франц. merveille de nos jours — чудо наших дней.
Мон шер — от франц. mon cher — мой дорогой.
Грас — от франц. grace — благодаря.
Сериеземан — от франц. sêrieusement — серьезно.
…запишите мою любовь хоть в рядовые; а там уж я ручаюсь, что вы скоро сами ее произведете… — имеется в виду производство в офицерский чин.
Апропо — от франц. а propos — кстати.
Тандрес — от франц. tendresse — нежность.
С. 493 Экспресии — от франц. expression — выражения.
Лектюр — от франц. lecture — чтение.
Трактовать — от франц. traiter — повествует.
Горрер — от франц. horreure — ужас.
…напечатана не обыкновенными, а красными чернилами — книги, посвященные модам, часто печатали красными чернилами.
Елеман де ла туалет, или систем де ла коафюрт — от франц. «Élêments de la toilette oû système de la coiffure» — начальные основания туалета, или устройство прически.
Багатель — от франц. bagatelle — безделка.
Блонд — от франц. blonde — шелковое кружево.
Суплеман — от франц. supplement — дополнение, здесь накладные волосы.
Корнет — от франц. cornette — чепчик.
Дормез — от франц. dormeuse — ночной чепчик.
С. 494 Бель-летр — от франц. belles-lettres — изящная словесность.
Се мон фор — от франц. c’est mon fort — здесь: это мой конек.
Шансон — от франц. chanson — песня.
…мое дурачество …моя глупость — выражения, характерные для щегольского жаргона.
Сури — от франц. souris — мышь.
Каж — от франц. cage — клетка.
Раж — от франц. rage — безумие.
Же ме мер — от франц. je me mer — я умираю.
Бадинаж — от франц. badinage — шутка.
Бель-этаж — от франц. belle êtage — высокий первый этаж, этаж дома над полуподвалом.
Жаргон — от франц. jargon — говор, наречие.
…чистым руселейном… — здесь: русским языком.
С. 494 Деликатес — от франц. dêlicatesse — утонченность, нежность.
С. 495 Мон кер — от франц. mon coeur — сердце мое.
Же вуз-ем — от франц. je vous aime — я вас люблю.
Субреточка — от франц. soubrette — служаночка, театральное амплуа бойкой и хитрой горничной.
С. 500 Фамилиарите — от франц. familiaritê — непринужденное обращение.
С. 502 Дезабилье — от франц. dêshabillê — домашнее или утреннее платье, простое по фасону и материалу, которое иногда носили без корсета.
С. 503 Панье — от франц. panier — нижняя юбка в форме колокола, обшитая несколькими обручами из китового уса или тростника.
Аршин — см. примеч. к «Чудакам» (с. 537).