Открыть главное меню

К Кюхельбекеру (Боратынский)

К Кюхельбекеру
автор Евгений Абрамович Боратынский (1800—1844)
См. Сборник стихотворений 1827. Опубл.: «Сын Отечества», 1820, ч. 59, стр. 225, с датой 18 января 1820. Источник: Е. А. Баратынский. Полное собранние стихотворений. — Л.: Советский писатель, 1989. — С. 70. • В сб. 1827 г. не вошло по цензурным условиям.



К Кюхельбекеру


Прости, Поэт! судьбина вновь
Мне посох странника вручила;
Но к Музам чистая любовь
Уж нас навек соединила!

Прости! Бог весть — когда опять,
Желанный друг в гостях у друга,
Я счастье буду воспевать
И негу праздного досуга! —

О милый мой! всё в дар тебе —
И грусть, и сладость упованья!
Молись невидимой судьбе:
Она приближит час свиданья.

И я, с пустынных финских гор,
В отчизне бранного Одена,
К ней возведу молящий взор,
Упав смиренно на колена.

Строга ль богиня будет к нам,
Пошлёт ли весть соединенья? —
Пускай пред ней сольются там
Друзей согласные моленья! —


18 января 1820 г.

Примечания

Из декабристов Вильгельм Карлович Кюхельбекер (1799—1846) был самым близким Баратынскому. Знакомство состоялось, вероятно, в конце 1818 — начале 1819 г. через Дельвига и Пушкина. Послание было написано вскоре после приезда Баратынского в Финляндию. В мае 1820 г. Кюхельбекер пишет стихотворение «Поэты», обращённое к Дельвигу и Баратынскому («Соревнователь Просвещения и Благотворения». 1820, ч. IX, стр. 71), и отвечает в нём на послание Баратынского:

Так не умрёт и наш союз,
Свободный, радостный и гордый,
И в счастъи и в несчастьи твёрдый,
Союз любимцев вечных Муз!
О вы, мой Дельвиг, мой Евгений!
С рассвета ваших тихих дней
Вас полюбил небесный гений!.. и т. д.

Действительно, союз поэтов пушкинской группы живёт, после отъезда Пушкина, в лице Баратынского, Дельвига и Кюхельбекера. Это единый молодой фронт. Но уже с 1822 г. литературные пути Баратынского и Кюхельбекера расходятся. Кюхельбекер уходит в лагерь молодых «славян».

Однако личные дружественные отношения поддерживались вплоть до 1825 г. К Кюхельбекеру направляет Баратынский Путяту, едущего из Финляндии в Петербург. Кюхельбекеру шлёт он свои стихотворения «на его суд и выбор».

Несомненно, о Кюхельбекере говорит Баратынский в стихотворении «Стансы» (1827), в посвящённых памяти «братьев» строках.

В альбоме жены Баратынского мы находим тюремное стихотворение Кюхельбекера «Луна» (1829). Запись эта свидетельствует о том, что Кюхельбекер не был забыт.