Внутренний мир (Жаботинский)

Внутренний мир
автор Владимир Евгеньевич Жаботинский (18801940)
Дата создания: 1933 год, опубл.: 1933 год[1]. Источник: "Добровольная Еврейская Пропаганда"


Вернуть внутренний мир сионизму — хорошая, ценная мысль: это значит, что различные фракции, хотя они и останутся в борьбе между собой, будут считаться частями одного и того же движения, а не врагами, желающими друг друга уничтожить.

Хорошая мысль.

Был момент, — всего несколько месяцев тому назад, — когда можно было верить, что может быть у нас действительно идет к внутреннему миру. Это был момент после начала бойкота евреев в Германии. У нормального народа такой момент был бы решающим — он заставил бы все партии искать путь к объединению против сильного общего врага; особенно, когда все сразу поняли, каким сильным аргументом является немецкая катастрофа для того, чтобы заставить весь мир разрешить еврейскую мировую проблему в духе «большого сионизма» и еврейского государства. Я сам был настолько наивным, что верил, что мы, быть может, стоим на пороге единого фронта, и в этом духе написал большую статью. Но немедленно после этого объективно было доказано, что вторая сторона не желает внутреннего мира даже перед лицом «третьей империи». Был издан пароль — чтобы ревизионистов выставляли как «гитлеровцев» (исключительно ревизионистов, единственную сионистскую фракцию, которая вполне официально встала на сторону бойкота и Версальского трактата); в Тель-Авиве били бетарцев-детей и исключительно за то, что на еврейском языке «бройн» называется шоколадный цвет, а на немецком — желтый; и было ясно, что для второй стороны внутренний мир вовсе нежелателен; вторая сторона остается на своих прежних позициях: классовая гегемония важнее, чем все интересы еврейского народа.

Я совсем не вижу, как можно прийти к миру, даже и в дальнейшем. Когда вся борьба сконцентрирована между двумя крылами, можно говорить о мире только при наличии нейтрального посредника. Я пока не вижу посредника, который был бы действительно нейтральным. Характерно, что сионистская экзекутива, за все эти тяжелые недели, ни единым словом не обмолвилась о призыва к внутреннему миру, хотя, казалось бы, это должно было быть ее делом в такой момент. Но она не может, ее губы закрыты, она полностью находится под влиянием «второй стороны». Даже после убийства Арлозорова, сионистская экзекутива не потрудилась осудить подстрекателей кровавого навета: она не может, она не нейтральна.

Алгемейн-сионисты, много единичных личностей среди них, пытаются говорить о мире, но в целом они не могут сделать решительных шагов в этом направлении. Во первых потому что они не являются «целыми» расхождение во мнениях и суждениях у них сейчас еще сильнее, чем перед предыдущим конгрессом, когда они разделились на две группы «А» и «Б». Сейчас имеются три группы, пять, семь. И там где они сильны — здесь, в обоих частях малой Польши, или в Чехословакии, или в Австрии- они далеко не нейтральны. Некоторые из их газет, не постыдились принять активное участие в подстрекательских действиях шакалов над могилой Арлозорова. Другие идут на конгресс с вечно старой инстинктивной мыслью и дальше плестись за «левыми». И у некоторых (а может быть у многих, даже среди бывшей группы «Б») уже имеется готовность связать себя снова с вейцманистским режимом, даже если это будет означать оставить нетронутым смешанное Агентство, против которого они сейчас так горячо выступают. Д-р Вейцман, однако, не только приверженец смешанного Агентства — он прежде всего горячий приверженец «левых». Теперь, как и раньше, стоит он на точке зрения, что для сионизма и Палестины подходят только два элемента: прежде всего «гвиры» — богачи, и во вторых «левые» халуцим. То, что мы называем «Миттельштанд» или «стам-юден», он называет «Налевки» или «Шнипешок», и считает этот элемент бесполезным препятствием в работе. Эти свои воззрения он не изменил; кандидатура его открыто опирается на «левое» крыло и «левые», в свою очередь, готовятся, вполне открыто, к возобновлению связи, которая создала и укрепила их владычество в «ишуве». Как же могут эти «алгеймены», большая часть которых решила повернуться (только после выборов, конечно) спиной к «налевкам» и надеются снова укрепить священный союз между снобизмом богачей и классовой идеологией, — как они могут быть нейтральными?

Они являются одной из сторон в борьбе; хотя и скромная сторона, сторона, которая стоит сзади и «подражает», но, несмотря на все красноречие их предвыборных программ о «равенстве всех классов», — я не вижу, как они смогли бы, сейчас, или на самом конгрессе, сделать какое нибудь усилие, чтобы заставить «левых» отказаться от своей претензии на классовое владычество. О том, чтобы заставить нас отказаться от борьбы против кассового господства, конечно, вообще не может быть речи.

  • * *

Объективно — у нормального народа со здоровыми обычаями — именно настоящий момент был бы подходящим для переговоров о внутреннем мире. В том, что травля вокруг ареста Ставского, уже больше недели, как провалилась — в этом не сомневаются даже сами подстрекатели. Последний удар нанес им тот факт, что Тель-Авивская полиция должна была выпросить у следственного судьи еще две недели «на следствие». Это значит, что 5 июля полиция еще не имела клик, чтобы передать Ставского прокурору — того самого Ставского, которого они, подстрекатели травли, поторопились еще 20 июня объявить «убийцей». К тому же они, подстрекатели, знают больше того, что пишется в газетах: они ведь получают собственную информацию из Палестины и они знают, что полиция сама уже не верит, что арестованный еврей имел какое либо отношение к этому страшному делу. Их тон в их газетах и на митингах сильно изменился; многие из них, а в глубине сердца — все, уже раскаиваются за свою поспешность и за свой шакалий вой, который нашел такое глубокое инстинктивное осуждение у еврейских масс.

Это должно было быть — или вернее, могло бы быть у нормального народа — подходящим моментом для пересмотра отношений. Чувствуют, что далеко «зарвались», пытались пользоваться средством борьбы, который не подходит цивилизованным людям, который несправедлив в отношении противника и опасен для чести всего еврейского народа; увидели на собственном примере, как далеко может завести слишком сильная партийная рознь и говорят себе: «нет, так не должно продолжаться дальше — давайте вместе придем «модус вивенди» или хотя бы более подходящий «модус милитанди». У нормального народа, даже выборное время не мешало бы такому пересмотру методов борьбы.

Да будет мне позволено сказать открыто, без всякой дипломатии; «моя сторона» всегда готова участвовать в каждой честной попытке достигнуть внутреннего мира, хотя бы и в ограниченном смысле. Но я боюсь, что готовность одной стороны недостаточна так как здесь говорится и о второй стороне. Каждый читатель может это сам попробовать; если он сам «нейтрален» и имеет знакомого «левого» то ведь может он этого знакомого «позондировать». При этом он мгновенно натолкнется на главную трудность: каких условий он должен требовать у «левого», он знает с самого начала, но чего он должен желать от нашей стороны, ему будет страшно трудно придумать. Верти как хочешь — все же ясно, что хотя и оффенсива обоюдная, начали все таки «левые» и главным фактором продолжения «войны» остаются «левые». Они прогоняют нашего рабочего с работы в Палестине, а не мы их, прежде всего потому, что они там находятся в большинстве, как 30 к 1. Они бьют наших детей на улицах, а не мы их, и этого они сами отрицать не будут. Они ведут, или пытались вести травлю кровавого навета против нас, а не наоборот. Все время пока они это делают, мы не можем отказаться от рассказывания их подлостей, называния их подстрекателямм и бойкотировать газеты, которые принимают участие в этой травле. Они должны «прекратить» и только тогда умеем и мы «прекратить». Ясно, что когда один бьет, а другой кричит: «еврей, это разбойник, не избирайте его, потому что завтра он и вас будет бить», нельзя желать от второго, чтобы он перестал кричать. Прежде всего следует потребовать у первого, чтоб он перестал бить.

А ну, попробуй миролюбивый читатель. Если это вам удастся, с нашей стороны вы не встретите препятствий.

  • * *

Если вам это не удастся, то выведите отсюда хотя бы логическое следствие; и вот это следствие:

Здесь вовсе не говорится о «партийной грызне», даже у такого темперамента, как еврейский; простая конкуренция между партиями не может привести к такому положению, когда боятся собраться на конгресс, потому что не уверены в элементарном порядке.

Здесь говорится совсем о другой вещи: о классовой розни. Двадцать раз ведь вам говорили, но нужно повторить еще сто раз, пока весь мир не выучит это наизусть.

Когда одна партия борется с другой, это значит только расхождение во мнениях. «Мы мыслим правильно, они мыслят неправильно; наши методы ведут к общей цели, а их нет; мы умнее и лучше, и народ должен слушать нас, а не их». Можно над такими вопросами иногда очень погорячиться, но не до такой степени, чтобы забыть всякое общественное чувство, как это было в Тель-Авиве на пасху, или элементарные основы юстиции, как это было со Ставским.

Но совсем иначе это звучит, когда одна сторона уговорила себя, что она борется во имя класса, это ведь значит, что вступаются за «эксплоатируемых » против «эксплоататоров». Тогда противники не только люди, которые думают иначе. Тогда они кровопийцы, рвущие кожу с бедного пролетария, дают рабочему идти голым и лосям, съедают его кусок хлеба, который они украли у голодных детей пролетария, чтобы за их счет одеваться в шелк и бархат. Где в Палестине видели такие страшные картины, где там голые еврейские пролетарии (пока они спят здесь в галуте шекелями, и, вероятно, и в Палестине; они не так бедны) — это другой вопрос. Действительно-ли, «буржуазный» еврей в Палестине, который даже сегодня в эти прекрасные дни расцвета, мучается в поисках заработка, является кровопийцей в шелковых и бархатных одеждах — это тоже другой вопрос. Я же говорю: «уговорили» себя. Но уговорили себя в этом крепко, сделали себе из этого идеал, религию, вбивают это в юные головы тысяч детей, обучающихся в специальных школах «Гистадрута»: и подрастает поколение, для которого еврейский средний класс — это значит девяносто процентов нашего народа — является не больше как коллективным вампиром, который высасывает, для своего удовольствия, мозги их костей и их пролетарских родителей и ждет только того, чтобы пролетарские дети подросли и стали за работу — тогда он бросится сосать мозги из их молодых костей. И те, которые протестуют против такого учения и борется, внутри рабочего лагеря, против обычаев и идей классовой борьбы — те, естественно, не только идейные противники, но помощники кровопийц.

Отсюда, и только отсюда, происходит эта нечеловеческая, под-человеческая ступень партийной вражды, которая сделала из нашего сионистского форума настоящее поле брани диких племен, где дерутся когтями и зубами.

Хотите положить этому конец? Это вполне возможно и не так трудно. И первый шаг можно сделать сегодня: Не голосуйте за сторонников классовой борьбы и за их приспешников. Это будет первый шаг к внутреннему миру, и шаг очень действенный.

ГАДЕГЕЛЬ №15, 3. VIII. 1933

  1. ГАДЕГЕЛЬ №15, 3. VIII. 1933