Вакханка и сатир (Полонский)/ДО

Yat-round-icon1.jpg
Полное собраніе стихотвореній — Вакханка и Сатиръ
авторъ Яковъ Петровичъ Полонскій
Источникъ: Яковъ Петровичъ Полонскій. Полное собраніе стихотвореній. — СПб.: Изданіе А. Ф. Маркса, 1896. — Т. 1. — С. 412 — 415. Вакханка и сатир (Полонский)/ДО въ новой орѳографіи

[412]
ВАКХАНКА И САТИРЪ.

I.

Разъ,—юноша пылкій,—въ вакханку влюбясь,
Я за городъ шелъ съ ней въ полуденный часъ;
Тирсъ, хмелемъ повитый, ласкалъ ей плечо;
Вакханка шла съ пляски, дыша горячо…
Но не усталость ей грудь волновала,
Глаза были влажны,—улыбка блуждала.

II.

Зефиръ волосами вакханки игралъ…
Прохлады ища, я шаги замедлялъ…
Лѣсъ тѣнью одѣлъ насъ. Казалось, сама
Вакханка глазами искала холма…
Какъ вдругъ насъ подмѣтилъ сатиръ и, скачками,
Догналъ, и прилегъ, и поползъ за кустами.

[413]


III.

Въ досадѣ—я къ морю, гдѣ пѣли валы
У ската песчанаго знойной скалы,—
Тамъ, къ солнцу ревнуя,—весь трепетъ и пылъ,—
Я грудь ея тѣнью моей заслонилъ:
Вдругъ вижу, сатиръ на уступѣ лѣсистомъ
Усѣлся,—и пылъ мой привѣтствуетъ свистомъ.

IV.

Въ досадѣ—я въ горы, гдѣ мраморъ, плющомъ
Повитый, мѣстами отмѣченъ рѣзцомъ,—
Пещера была тамъ, и маки цвѣли…
Вакханка блѣднѣла… уста ея жгли…
Глаза ея меркли… вдругъ, слышу,—затопалъ
Сатиръ и, открывъ насъ, въ ладоши захлопалъ.

V.

«Чѣмъ этого бога въ восторгъ я привелъ?
«Нѣтъ! полно!» сказалъ я, взволнованъ и золъ,
«Не время намъ нѣжиться! полно шутить,
«Убью, если нечѣмъ инымъ отомстить!»
Вакханка меня обхватила руками
И шепчетъ мнѣ: «пусть онъ хохочетъ надъ нами!»

[414]


VI.

— «Но эта насмѣшка мнѣ кровь леденитъ,
«Я камень схвачу,—и онъ будетъ убитъ!».
— «Постой! онъ задоренъ, хитеръ и силенъ,
«Я драки люблю,—но съ нимъ бой неравенъ,
«Пусти! я пойду—и шепну лишь словечко,
«Уйдетъ онъ, и будетъ смиренъ, какъ овечка.»

VII.

И встала нагая вакханка, у ногъ
Моихъ покидая измятый вѣнокъ,
И вышла на солнце. Сатиръ ее ждалъ,
Ей, зубы оскаливъ, лукаво мигалъ;
Она ему на ухо что-то сказала,
И тирсъ уронила, и съ нимъ побѣжала.

VIII.

Глазамъ я не вѣрилъ, какъ будто во снѣ…
Я къ ней;—но она обернулась ко мнѣ
И, громко смѣясь, закричала: «прощай!
«Не вынесъ ты смѣха,—теперь догоняй!»
И въ гнѣвѣ, проклятье пославши Зевесу,
Я тирсъ ея поднялъ и бросился къ лѣсу.

[415]


IX.

Я видѣлъ, какъ обнялъ онъ цѣпкой рукой
Весёлой измѣнницы станъ молодой,
Какъ бѣлыя ноги вакханки моей
Козлиныхъ прыжковъ его были рѣзвѣй,
Какъ, взвизгнувъ, она за рога уцѣпилась,
И вдругъ на спинѣ у него очутилась.

X.

И, въ бродъ, тамъ, гдѣ въ пѣну свалился утесъ,
Весь въ брызгахъ, скача, онъ вакханку понесъ.
За ними стремглавъ прибѣжалъ я къ рѣкѣ…—
Копыто сатира увязло въ пескѣ…
Я тирсъ въ него бросилъ,—тирсъ въ сучьяхъ повиснулъ…
Онъ вверхъ побѣжалъ и, дразня меня, свистнулъ.

XI.

И, съ торжествомъ мнѣ махнувши рукой,
Вакханка исчезла съ нимъ въ чащѣ лѣсной.
Вернулся мой умъ, я какъ вкопанный сталъ:—
«Спасибо за первый урокъ!» закричалъ…
И крикъ мой, въ лѣсу повторяемый эхомъ,
Вдали мнѣ откликнулся бѣшенымъ смѣхомъ.