Открыть главное меню

ВЭ/ВТ/Константин Павлович, Цесаревич и Великий Князь

Константин Павлович, Цесаревич и Великий Князь
Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Кобленц — Круз. Источник: т. 13: Кобленц — Круз, с. 138—144 ( скан ) • Другие источники: МЭСБЕ : РБС : ЭСБЕ : Britannica (11-th)ВЭ/ВТ/Константин Павлович, Цесаревич и Великий Князь в дореформенной орфографии


КОНСТАНТИН ПАВЛОВИЧ, Цесаревич и Великий Князь, сын Имп. Павла I и Имп-цы Марии Феодоровны, брат Имп. Александра I, род. 27 апр. 1779 г. Его бабка Имп-ца Екатерина II, увлекавшаяся в то время идеей восстановления Греч. монархии, прочила К. П. в Имп-ры будущей Византийской империи, назвала его К., приставила кормилицу гречанку и дядьку грека (впоследствии друг К. П. — ген. Курута), окружила сверст-ками-греками и учредила в Спб. Греч. кад. к-с. Нужно сказать, однако, что всё это нисколько не расположило К. П. к Греции; он стал «классиком» поневоле и охотно говорил по-ново-гречески только с Курутой, а впоследствии войну за освобождение Греции считал политич. ошибкой, а греков — бунтовщиками против своего закон. гос-ря, султана. Главн. восп-лем Вел. Князей Александра и К. П. б. назн. в 1783 г. гр. Н. И. Салтыков, но уже с 5 л. К. П. попал под рук-ство Цезаря Лагарпа, не сумевшего, однако, примениться к жив. и порывист. характеру своего воспит-ка и внушившего ему непреодолимое отвращение к науке и к своему политич. образу мыслей. Жалуясь на крайнюю живость, упрямство, неспособность сосредоточиться и внезап. бурн. «вспышки самого необузданного гнева» К. П., но, вместе с тем, отмечая у него «прекрасное сердце, много прямоты душевной, верное нравств. чувство» и «дарования и способность легко схватывать», Лагарп правильно очертил основы характера К. П. С 1794 г. усилилось сближение К. П. с отцом и проявилась его природ. склонность к воинск. упражнениям. Получив в команду сперва 15 ч. гатчин. войск, а затем грен. б-н майора Палицына (в 1796 г. влит в л.-гв. Измайлов. п.), К. П. всецело предался их обучению и навсегда воспринял гатчинское педантично строгое, но и высоко добросовестное отношение к службе. Начало действител. воен. службы К. П. по формуляр. списку считалось с 5 мая 1795 г., когда он б. назн. полк-ком Спб. Грен. п. 15 фвр. 1796 г. 17-летн. К. П. вступил в брак с принцессой Саксен-Заальфельд-Кобургской Юлианой-Генриетой-Ульрикой, принявшей имя Вел. Кн. Анны Феодоровны, но неровный его характер, а главное вмешат-во в супруж. жизнь матери, Имп-цы Марии Феодоровны, быстро и навсегда испортили отношения между супругами. По вступлении на престол Павла I К. П. б. назн. Шефом л.-гв. Измайл. п. Вместе с тем для подготовки к посту ген.-инсп-ра кав-рии К. П. б. поручено команд-ние 5 эск-нами кон. гвардии, в Цар. Селе, где он и занимался их обучением. Напряженная, суровая и весьма ответств. служба, постоянно на глазах отца, перед которым К. П. преклонялся и вместе с тем трепетал, окончат-но сформировали из К. П. сурового, требоват-го, исполнит-го и знающего служаку. О взглядах К. П. уже в то время на воен. службу свидетельствуют его собственноруч. заметки, найденные в бумагах Лагарпа и относящиеся к 1794 г. В них он писал, что "оф-р есть ничто иное, как машина; всё, что ком-р приказывает своему подчиненному, д. б. исполнено, хотя бы это была жестокость. Применяя эти взгляды на практике, К. П. бывал часто строг и груб в обращении со всеми, переходя гр-цы представленных ему уставом прав. Тем не менее, подчиненные любили его за искрен. доброту и всегдашнюю заботу о них и если что вредило его популярности, то это страх перед отцом, побуждавший его иногда заискивать у фаворитов. В 1799 г. К. П., согласно его просьбе, разрешено б. отправиться волонтером в армию Суворова в Италии. В. Кн. Константин Павлович в 1835 г. (С портрета худ. Риделя).
В. Кн. Константин Павлович в 1835 г. (С портрета худ. Риделя).
Сопровождать его б. назн. г.-л. Дерфельден, г.-м. Сафонов, полк. Комаровский и др. Измайловцы, по словам Ростопчина, плакали, прощаясь со своим шефом. Прибыв к Суворову под Валенцу, К. П. уже на другой день разъезжал под пулями, а 19 апр., в бою при Басиньяно, лично водил роты в атаку и успешно распоряжался арт-рией; однако, излишняя пылкость К. П. была одной из причин неудач. исхода этого боя, что вызвало крайнее неудовольствие Суворова, обрушившееся как на К. П., так и особенно на его свиту. «Молодо — зелено, и не в свое дело прошу не вмешиваться», — неоднократно повторял ему Суворов. К. П. подчинился этим требованиям и своими мужественными, но уже более спокойн. действиями в последующ. боях заслужил полное одобрение великого полк-дца. Так, 6 июня при Тидоне, по отзыву Суворова, К. П. «из усердия к пользе общего блага, быстро привел с неутомимостью передовые… войска, внушая им храбрость и расторопность, командировал оные к подкр-нию слабой части и тем способствовал победе». На друг. день, при Требии, К. П. находился при Суворове, а 4 авг. при Нови распоряжался в передов. цепи, расставлял орудия и, по словам Суворова, «обретался при передов. войсках, когда же выступили они на баталию в боев. порядке, то…. изволил идти с ними и во всё время баталии присутствовал, где, мужеством своим поощряя войска, приводил их к неустрашимости». В остал. время кампании К. П. усердно занимался обучением войск, а во время походов и на биваках нес все тягости наравне с солдатами, нередко совершая тяжелые переходы пешком. Незаурядное муж-во, выказанное К. П. в Итал. кампанию, засвидетельствовано не только донесениями Суворова и записками Комаровского, но и отзывами др. лиц; так, Ростопчин писал о К. П., что «Он преисполнен храбрости и думает лишь о том, чтобы делать только добро». Австр. драгуны Карачая, бывшие под ком. К. П. при Нови, заявили, что «такою честью полк навсегда будет гордиться… и готов свидетельствовать о мужестве и храбрости, оказанных Его Выс-вом в этом деле». Имп. Павел I наградил К. П. алмаз. знаками орд. Св. Иоанна Иерусалим. В последующем затем Швейцар. походе К. П. явился уже более зрел. воином. На воен. советах он выказывал недюжин. понимание воен. дела; так, он предложил употребить для перевозки вьюков и арт-рии казач. лошадей и отстаивал решение идти от Муттена к Гларису. Во всё время знаменитого по своей трудности 16-дневн. похода К. П. большею частью шел пешком в ав-рде кн. Багратиона и с замечат. твердостью переносил все лишения и тягости. На С.-Готарде и при овладении Чертовым мостом К. П. проявил обычное муж-во. Во время Муттенского совета, когда Суворов в экстазе бросился к ногам К. П. со словами: «Спасите честь России и Гос-ря. Спасите сына нашего Императора», К. П. принял все меры, чтобы успокоить взволнован. старца. При Гларисе К. П. с негодованием отверг предложение отъехать к резерву и, въехав в боев. линию, обратился к солдатам со словами: «Мы со всех сторон окружены непр-лем, но вспомните, что завтра день радостный для целой России — день рождения нашего Гос-ря и моего Родителя. Мы должны прославить этот день победою или умереть со славою». Воодушевив войска и действуя с ними в самых опасн. местах, К. П. заслужил одобрение Суворова, к-рый в донесений Гос-рю писал: «Его Выс-во всю нынеш. многотруд. кампанию и ныне на вершинах страшн. швейцар. гор — где проходил мужест-но все опасности, поощряя войска своим примером к преодолению трудностей и неустрашимой храбрости — изволил преподавать полезные и спасител. советы. Всегдашнее присутствие Е. В-ва перед войсками и на гибел. стремнинах гор оживляет их дух и бодрость. История увековечит его похвал. подвиги, к-рых я имел счастье быть очевидцем». Манифестом от 20 окт. 1799 г. Имп. Павел I объявил: «Видя с сердеч. наслаждением, яко Гос-рь и отец, отличные подвиги храбрости и примерное муж-во, которое во всё продолжение нынеш. кампании против врагов царств и веры оказывал любезнейший сын наш Е. И. В. Вел. Кн. К. П., во мзду и вящшее отличие жалуем ему титул Цесаревича». Согласно «Учреждения Имп. Фамилии» (5 апр. 1797 г.) титул этот присваивался лишь Особе, к-рая «действительно в то время Наследником Престола назначена». Т. обр., К. П. б. поставлен как бы выше своего старш. брата Вел. Кн. Александра Павловича. Из Итальянско-Швейцар. похода К. П. вернулся уже не тем теоретиком, каким сделала его мирная Гатчин. школа, но новые взгляды его на воен. дело при первых же своих проявлениях вызвали гнев Имп. Павла, который усмотрел в них возвращение к порядкам Екатеринин. эпохи. С особою любовью занялся К. П. по возвращении из похода кавал. службою и 28 мая 1800 г. б. назн. Шефом л.-гв. Кон. п. Он всецело отдался обучению полка и был вообще крайне заботл. нач-ком, горячо отстаивая своих конно-гвардейцев перед отцом. Так, когда один из оф-ров полка (Милюков) «совершенно невинною оплошностью вызвал столь жестокий гнев Павла Петровича, что приказано б. даже наказать оф-ра палками», К. П., выбрав удобную минуту, на коленях испросил оф-ру прощение; Гос-рь не хотел ему возвращать чина, как наказанному палками, — К. П. признался, что это приказание Гос-ря не б. выполнено, и тогда Павел Петрович «согласился на его просьбу вполне». Вообще же К. П. искреннее относился к отцу, чем его старш. брат, полнее разделял его увлечение строем и пользовался большею любовью и доверием Имп. Павла, чем Александр Павлович. Осенью 1800 г. К. П. б. послан Государем инспектировать полки легк. кав-рии на австр. гр-це. Только в последние дни своего царст-ния, вследствие тонкой интриги Палена, Имп. Павел лишил К. П. доверия и 11 мрт. 1801 г. привел его, вместе с Александром, к повторн. присяге, а затем подверг их аресту. События последующ. роковой ночи застали К. П. врасплох и глубоко его потрясли. По свидет-ву Саблукова, под первым впечатлением известия о трагич. смерти отца, у К. П. вырвались слова: «после того, что случилось, брат мой м. царствовать, если хочет, но если бы престол достался мне когда-нибудь, то я, конечно, никогда его не приму». Не имея самообладания брата, К. П. свою скорбь о кончине отца и негодование против виновников её выражал гораздо менее сдержанно. По свидет-ву де-Санглена, К. П. при виде гр. Зубова и кн. Яшвиля громко сказал: «Я бы их всех повесил». Совершенно отделяя личность своего старшего брата от события 11 мрт., К. П. всё последующее время был верн. его другом и предан. помощником. Сохраняя лишь прежние звания Шефа кон. гвардии и нач-ка кад. к-сов (по нек-рым данным и Ген.-Инсп-ра кав-рии, по формуляру же звание это он получил лишь 30 авг. 1807 г.), К. П. явился душою всех воен. реформ начала царствования, деят-но работал во главе воинск. к-сии, учрежденной 24 июня 1801 г. и разработавшей ряд нов. положений о реорг-зации вооруж. сил, а с 21 мрт. 1804 г. — и во главе совета о воен. к-сах. 11 снт. 1803 г. К. П. испросил соизволение на учреждение в нашей кав-рии улан и деятельно занялся форм-нием улан. имени своего полка из только что учрежденного Одесского гусарского. Ряд приказов К. П. по полку свидетельствует, что он прекрасно понимал кавал. дело. К этим же годам относится деят-сть К. П. по орг-зации и обучению выделенной под его команду (оконч-но 27 апр. 1805 г.) гв. кон. арт-рии. В камп. 1805 г. К. П. командовал гвардией. В сраж. под Аустерлицем она д. б. составить общий резерв и стать сзади 5-ой колонны (Лихтенштейна) у Блазовица. Согласно диспозиции К. П. повел туда свой отряд, но встретил там к-цу не Лихтенштейна, а Мюрата, поддержанную 2 д-зиями пехоты, к-рые и встретили отряд К. П. совершенно неожиданно огнем. В это время подошел запоздавший Лихтенштейн, имея во главе рус. улан Цес-ча. Обрадованный К. П. крикнул полку: «Ребята, помните, чье имя вы носите, — не выдавай». И, не дожидаясь построения австр. кав-рии в боев. порядок, он двинул своих улан в атаку. Стремит. натиском уланы опрокинули 3 линии франц. к-цы и прорвали линию пехоты, но вынуждены б. затем отойти правее, к отряду Багратиона. Остал. части к-са Лихтенштейна, встреченные жесток. огнем с Праценск. высот, отошли к Аустерлицу. К. П., оставшись один с 6-ю б-нами и 10-ю эск-нами, двинулся к Працену, но фр-зы окружили его; густ. колонны их неск. раз бросались в атаку, однако, б. отбиты Преображенцами и Семеновцами. Беспрерыв. атаки к-цы б. прекращены блестящею атакою кон. гвардии. Всё же продвинуться к Працену не удалось, и К. П. стал пробиваться к Аустерлицу. Фр-зы стали наседать с особой ожесточ-стью, но лихая атака Кавалергардов и Л.-казаков остановила их натиск и дала возм-сть гвардии отойти в порядке. Из общ. разгрома рус. гвардия, предводимая К. П., вышла с честью, и он б. награжден орд. Св. Георг. 3 кл. В след. камп. 1806—07 гг. К. П. также командовал гвардией и принял довольно заметное участие в сраж. при Гейльсберге, руководя заменой частей боев. линии свежими войсками, а затем по просьбе Беннигсена отправился в глав. кв-ру Гос-ря, в Тильзит, для доклада о положении дел. В виду крайне тягостн. положения армии и недостаточ-сти резервов, К. П. явился сторонником прекращения неудач. кампании. Но доводы его на этот раз успеха не имели, и только новая неудача наша под Фридландом склонила Александра к миру. Во время Тильзитск. и Эрфуртск. свиданий К. П. был предметом особой любез-ти со стороны Наполеона, к-рому К. П. поклонялся, как воен. гению, и они обменялись шпагами. В 1809—11 гг. под рук-ством К. П. совершилось разверт-ние гвардии. Пехота б. доведена до состава д-зии в 6 пп., для чего л.-гв. Егерский и Финлянд. б-ны б. развернуты в полки и сформирован новый л.-гв. Литовский п. Улан. п. Цес-ча еще в 1809 г. б. разделен на 2 гв. полка: Уланский и Драгунский. Весной 1812 г. осуществлена б. корпус. орг-зация, и К. П. б. назн. ком-ром V пех. к-са (резервный), в к-рый вошли гв. пехота и арт-рия, 1-я кирасир. и 1-я сводногрен. д-зии. Отдавшись любимой организацион. и инструктор. работе, К. П. не принимал участия в Шведск. и Тур. войнах. По нек-рым данным, К. П. и в нач. 1812 г. являлся одним из немногих сторонников мирн. переговоров с Наполеоном и даже сам вызывался ехать к нему для этой цели. Когда же начались воен. действия, К. П. громко осуждал план войны Барклая-де-Толли, при армии к-раго находился. Тогда Барклай отправил К. П. в Москву со словесн. докладом Гос-рю, но К. П. поспешил вернуться к армии и участвовал в бою у Смоленска. Новые слишком пылкие и откровенные осуждения им Барклая вызвали вторичную высылку К. П. из армии в Спб. под предлогом важн. поручений. К армии К. П. вернулся лишь в дкб., в Вильну, и снова принял команд-ние гвардией. В сраж. под Бауценом отряд К. П. блистат-но выдержал натиск самого Наполеона. В осен. камп. 1813 г. К. П. командовал рус.-прус. резервами, составившими один из 3 к-сов Богемск. армии Барклая. ЦЕСАРЕВИЧ Константин Павлович. С восковой фигуры из цветного воска, работы Вульфа, находящейся в музее л.-гв. Финляндского полка.
ЦЕСАРЕВИЧ
Константин Павлович.
С восковой фигуры из цветного воска, работы Вульфа,
находящейся в музее л.-гв. Финляндского полка.
Во главе этих войск К. П. принял участие в сраж. под Дрезденом и за отличие б. награжден зол. шпагою с алмазами и надписью: «За храбрость». Под Лейпцигом резервы К. П. влились в боев. линию, при чём особенно выделились действия арт-рии его к-са. За Лейпциг К. П. б. награжден орд. св. Георгия 2 кл. Под Фершампенуазом К. П., во главе своих шефских полков (Кон. гвардии и Л.-Драгун), произвел обход лев. фланга прот-ка и стремит-но ударил на него. Эта атака историками считается одною из наиб. блестящих во всю эпоху наполеонов. войн. Во главе гвардии К. П. вступил в Париж. Оттуда он б. послан Гос-рем в Спб. возвестить о счастлив. окончании войны. Отклонив чест-ние Спб. дворянства и купечества, К. П. просил собранные деньги отдать в пользу раненых при Фершампенуазе и Париже. 2 апр. 1814 г. Имп. Александр, милостиво приняв депутацию Польск. войск герц-ва Варшавского, объявил ей, что Польская армия сохранит свое прежнее устр-во. Свою речь Гос-рь закончил словами: «Командовать вами будет Мой брат». И действ-но, последующие годы жизни К. П. б. всецело посвящены непрестан. работе по орг-зации и совершенст-нию Польск. армии. Уже 12 апр. 1814 г. К. П. представил польск. войска на смотр Гос-рю в С.-Дени, а 17 снт. торжественно ввел в Варшаву к-с Польск. войск и к 1815 г. довел его почти до штатн. состава в 35 т. (см. Польская армия). В 1817 г. К. П. занялся орг-зацией Литовск. к-са, составленного из польск. уроженцев Литвы и запад. губерний. Под его нач-вом сосредоточились: Польск. армия (2 пех. и 2 кав. д-зии, с соответств. арт-рией), Литовский к-с (2 пех. и 1 кав. д-зии с арт-рией) и резерв. к-с (польск. гвардии — грен-ский и к.-егер. пп. и 2½ б-реи, польск. сап. б-н; рус. гвардии — 2 пех. и 2 кав. пп. и 2 артил. роты; Литовск. к-са — 2 грен. и 1 караб. пп. и 2 грен. арт. роты). К. П. всецело предался обучению Польск. и Литовск. войск. Польск. армия скоро достигла такого соверш-ва, что любоваться ею и учиться у неё приезжали в Варшаву не только русские, но и иностр. ген-лы и принцы. Горячо полюбив Польшу и отстаивая интересы поляков, в особ-сти Польск. армии, К. П. блюл в то же время и интересы России, борясь с намерением Имп. Александра ввести литовск. и зап.-рус. области в сферу влияния Царства Польского. Кроме того, ненавидя политиканство и крайне не сочувствуя развитию конституционализма в Польше, К. П. создал себе много врагов среди влият. кругов польск. общ-ва и в особ-сти среди либерально настроенной молодежи. Немало врагов среди польск. оф-ров создали К. П. вспышки его гнева, но солдаты его любили, называли его: «наш старушек» (старичок), и не даром главари восстания 1830 г. считали необходимым прежде всего убит К. П., т. к. опасались, что его обаяние среди войск удержит последние от нарушения долга. Во время пребывания в Варшаве в личн. жизни К. П. произошли события, повлиявшие на дальнейш. его судьбу. Пленившись на балу наместника ген. Заиончека молодою девушкою из хорошей польской фамилии Иоанною Грудзинскою, 40-летн. К. П., несмотря на противодействие Имп-цыМатери, добился развода с Вел. Кн. Анною Феодоровною, уже ок. 20 л. жившею безвыездно за гр-цею, и прервал долголет. связь с г-жею Фридрихс, от к-рой имел сына (П. К. Александрова, см. это). Брак К. П. с Грудзинской б. совершен 20 мая 1820 г. без всякой торжественности и был счастливым.
Его Величество Император
Константин Первый.
Супруга К. П. получила титул Светл. Княгини Лович, но как она, так и дети, к-рые м. появиться от этого брака, б. лишены великокняж. прав. Влияние кн. Лович, чуждой всякой политики и интриг, на К. П. было самое благотворное и знач-но смягчило неровности его характера. В связь с этим браком К. П. ставят его отречение от прав на наслед-ние рос. престола. Однако, решение это зародилось еще в ужасн. ночь 11 мрт. 1801 г., росло и крепло под влиянием боготворения старшего брата и сознания трудности заместить Его, второй же брак лишь оконч-но закрепил это решение. Об отречении К. П. от прав на престол б. составлен особый акт, к-рый хранился в Успенск. соборе в Москве и подлежал оглашению «только тогда, когда настанет время». Это сохранение в тайне и оказалось роковым, явившись одной из причин печальн. декабр. событий 1825 г. Какие соображения побуждали к соблюдению тайны, решить трудно; м. лишь сказать, что делалось это, по-видимому, по желанию Имп. Александра, столь не любившего бесповорот. решений и столь склонного окутывать свои действия тайною. В этом отношении крайне знаменат-но, что, подписав 16 авг. 1823 г. особ. манифест об отречении К. П., Гос-рь оставил в полной неизвес-ти о нём тех лиц, к-рых он касался более всего, т. е. К. П. и Николая Павловича. Манифест б. составлен Филаретом, и его содержание б. известно только кн. Голицыну и Аракчееву. В апр. 1825 г. Имп. Александр послед. раз посетил Варшаву. Известия тревожн. характера о болезни гос-ря начали получаться в Варшаве с начала нбр. Любивший брата до обожания, К. П. скорбел и волновался, но хранил получаемые известия в тайне. Рапорт Дибича о кончине Гос-ря достиг Варшавы 25 нбр. Потрясенный К. П. сообщил печал. весть кн. Лович и Вел. Кн. Михаилу Павловичу и сказал им: «Теперь настала торжеств. минута доказать, что весь прежний мой образ действий не был личиною, и кончить дело с такою же твердостью, с к-рою оно б. начато. В намерениях моих, в моей решимости ничего не переменилось, и моя воля отказаться от престола более, чем когда-либо, непреложна». Намерения К. П. несомненно были чисты, но избранные им способы действия оказались крайне неудачными и только усложнили положение, и без того тягостное, благодаря тайне, к-рою почивший Гос-рь окружил отречение К. П. Собрав окружающих, К. П. объявил им печальн. весть, объяснил причину отречения и сообщил, что не принял присланных ему из Таганрога присяжн. листов и рапортов и сам писал Николаю Павловичу, как Имп-ру. Начавшие прибывать из разн. мест курьеры с пакетами, адресованными на имя Его Вел-ва, стали вызывать всё возраставшее раздражение К. П. Пакеты с надписью «Его Вел-ву» он не распечатывал. Ад-ту моск. ген.-губ-ра Демидову К. П. с гневом сказал: «Скажите кн. Голицыну, что не его дело вербовать в Цари». Ночь на 26 нбр. К. П. посвятил писанию писем Николаю Павловичу и Императрице Марии Феодоровне. Не зная о манифесте 1823 г., К. П. официальным письмом еще раз подтвердил в них свое отречение. Отвезти письма в Спб. б. поручено Вел. Кн. Михаилу Павловичу, к-рый пробыл в дороге с 26 нбр. по 3 дкб. Между тем, весть о кончине Имп. Александра б. получена в Спб. 27 нбр., и Вел. Кн. Николай Павлович первый присягнул Имп-ру К. и привел к присяге войска Петербург. г-зона. Хотя Вел. Кн. Николай Павлович и узнал содержание манифеста в заседании Гос. Совета, но убедил членов Совета также принести присягу К. П., а К. П. просил прибыть в Спб., где уже б. объявлено о вступлении его на престол, изданы его портреты с подписью: «Имп-р Всероссийский» и отчеканены рубли с изображением Имп-ра К. П. Прибытие Михаила Павловича с письмами К. П. поставило Николая Павловича в известность об окончат. отречении К. П. 5 дкб. Михаил Павлович снова отправился в Варшаву, чтобы уговорить К. П. прибыть в Спб., но последний не согласился на это, считая необходимым свое пребывание в Варшаве и опасаясь, что прибытие Его в Спб. м. б. объяснено, как попытка получить корону. Произошел обмен еще неск. письмами, прежде чем Николай Павлович принял бразды правления. К. П. служил своему младшему брату с тем же усердием, как и Имп. Александру, но в его характере еще более усилилась склонность брюзжать и критиковать петербург. порядки и новшества. Такое настроение начало развиваться у него еще знач-но ранее. Сохранив пожизн-но звание ком-ра Гв. к-са, К. П. с переселением в Варшаву утратил непосредств. влияние на ход обучения и упр-ния им. Из писем К. П. к ген. Сипягину видно критич. отношение опытн. инструктора к крайностям и увлечениям экзерцирмейст-вом, столь развившимся в послед. 10-летие царст-ния Имп. Александра. В письме от 7 янв. 1817 г. он писал: «Дивлюсь и не надивлюсь, что за новый учебн. б-н у вас. Хорошо сделать учебн. б-н для таких полков, к-рые в отдаленности, и собрать с оных людей для показания единообразия, но из таких войск, к-рые под носом и всегда на глазах, — это удивительно; разве в гвард. полках не умеют уже учить?» В новое царст-ние недовольство К. П. новшествами еще более усилилось, он всё чаще стал жаловаться на старость, поговаривать о своем желании уйти на покой. Однако, такое настроение не мешало К. П. с прежним рвением заниматься порученными ему войсками. Кроме того, со смертью наместника Заиончека в 1826 г., на К. П., хотя и не офиц-но, легло всё бремя гражд. упр-ния, осложненного необходимостью производить расслед-ние о тайн. польск. общ-вах и об участии в заговорах ряда лиц (в связи с следствием о декабристах). К. П. рыцарски отстаивал своих подчиненных и писал: «Я ручаюсь за польск. нач-ков, они умеют чувствовать милость Государя». Горячо отстаивая интересы поляков, К. П. вместе с тем не считался с их политич. строем и, не стесняясь в выражениях, грозил «задать конституцию» провинившимся оф-рам. Не долюбливал он и католич. дух-ва и, как человек прямой, не умел это скрывать. Конечно, это усиливало неудовольствие против него и уничтожало впечатление от всех его забот о поляках. В нач. 1830 г. Имп. Николай прибыл в Варшаву для торжеств. венчания польск. короною. Во время пребывания Гос-ря состоялась сессия сейма, против созвания к-рой горячо ратовал К. П., предвидевший оппозицион. настроение деп-тов. Между тем, искры Июльск. революции во Франции стали долетать в Варшаву, и давно накапливавшийся горюч. материал был воспламенен. Под впечатлением блестящ. состояния войск, К. П. не придавал должн. значения тревожн. признакам и докладам нач-ка польск. жандармерии ген. Рожницкого и през-та г. Варшавы Любовицкого. Заговор созрел, — и первой жертвой б. намечен сам К. П. 17 нбр., к 6 ч. в., две партии заговорщиков, подпрап-ков и студентов, одна в 14 чел., а другая в 6, собрались у Бельведера, и по условленному сигналу первая партия ворвалась во дворец, не охранявшийся караулом, и бросилась в покои К. П. В одной из комнат находились през-т города Любовицкий и ген. Жандр. Увидев заговорщиков, они бросились к покоям К. П., чтобы предупредить его. К. П. спал. Разбуженный камердинером, он приоткрыл дверь в коридор. Любовицкий успел лишь крикнуть ему: «худо, Ваше Выс-во», как пал под ударами штыков. Камердинер захлопнул дверь, запер ее на задвижку и увлек К. П. из кабинета в комнату под крышей. Не найдя К. П., заговорщики спустились вниз, где 2-я партия встретила их известием, что К. П. уже убит. Убит же б. ген. Жандр, к-раго 2-я группа заговорщиков приняла за К. П. В это время на спасение отца прискакал П. А. Александров с эск-ном Подольских кирасир, в рядах к-рых он служил, затем к Бельведеру собралось 3 полка рус. кав-рии (Подольск. кирасиры, уланы Цес-ча и Гродн. гусары), польск. гв. К.-егеря и неск-ко польск. орудий и егер. рот. Окружившие К. П. ген-лы уговаривали его решит. ударом прекратить мятеж, но К. П. приказал выводить войска из Варшавы. Отступление прикрывали польск. к.-егеря и егеря. Утр. 18-го подошли Литов. и Волын. пп., а затем и рус. гв. б-реи. Ген-лы Даненберг и Герценшвейг умоляли К. П. двинуться на Варшаву, но К. П. упорно стоял на своем, что русским нечего делать в «польск. драке». 20 нбр. к К. П. прибыла депутация от времен. прав-ства, к-рая потребовала восстановления конституции 1815 г. в первонач. виде, присоединения Литвы и полн. амнистии. К. П. холодно ответил ей, что эти вопросы подлежат решению Гос-ря, что он не намерен нападать на Варшаву, согласен отпустить бывшие при нём польск. войска и желает лишь спокойно отойти с рус. войсками в рус. пределы. Деп-ты заверили К. П., что отряд не будет потревожен, и 21 нбр. К. П. двинулся с рус. войсками к гр-цам Империи, 1 дкб. перешел через замерзший Буг и 4 дкб. стал в окрес-тях Бреста, позади сохранившего верность Литов. к-са. К. П. б. глубоко подавлен событиями, разрушившими плоды его 16-лет. трудов и искренних его усилий связать интересы Польши и России. Проявленную к нему неблагодарность поляков К. П. относил лишь к небол. группе недовольных и явился усердн. ходатаем перед Гос-рем о снисхождении к полякам и польск. армии. Чувствуя, что рус. общ-во считает его одним из глав. виновников случившегося, сознавая, что хотя команд-ние небол. отрядом его варшав. гвардии не соответствовало его рангу, но вручение ему команды над Гвард. и Литов. к-сами, к-рых он был номинал. нач-ком, при этих обстоят-вах было бы неуместным, К. П. отдал себя в полное распоряжение фельдм. Дибича, с к-рым у него до того были натянутые отношения. 25 янв. рус. войска вступили в Царство Польское, и 5 фвр. отряд Толя наткнулся близ Калушина на польск. войска Жимирского. К. П., шедший в резерве, получил приказание фельдм-ла атаковать поляков. И хотя это поручение было ему крайне неприятно, но он решит. ударом опрокинул Жимирского. 13 фвр. произошло сражение при Грохове, первонач. успех к-раго не б. использован Дибичем, внезапно остановившим войска, двинувшиеся на общий приступ Варшавы. Эта нерешимость фельдм-ла обратила Польск. поход в затяжн. и упорн. войну. Бенкендорф в своих записках утверждает, что Дибич на смертн. одре сказал гр. Орлову: «Мне дали пагубн. совет, последовав ему, я провинился перед Гос-рем и Россией, гл-щий один отвечает за все свои действия». Дибич не назвал лицо, давшее ему этот совет, но молва обвинила заступника поляков, К. П., и положение К. П. стало столь тягостным, что фельдм-л отпустил его к больн. супруге в Белосток. Когда же К. П. собрался вернуться к армии, Гос-рь указал ему, что он уже выполнил более того, что требовал от него долг, и что он отнюдь не д. возвращаться к армии, чтобы занять то «незначит-ное и не соответ-щее его знанию положение», к-рое он занимал послед. время. Между тем, польск. отряды Гелгуда и Хлоповского появились в переходе от Белостока, и К. П. пришлось спешно его покинуть под прикрытием небол. конвоя. Вместе с своею больн. женою К. П. двинулся к Слониму, а оттуда через Минск (21—23 мая) к Витебску, где его ждал новый враг — холера. Чрезвыч. физич. утомление после усилен. переходов верхом, непрестан. тревога за больн. жену, угнетен. душевное состояние надломили силы К. П. 13 июня он почувствовал нездоровье, но 14-го ему было лучше, и он вечером долго оставался на воздухе, несмотря на свеж. ветер и лег спать с открыт. окном. С 4 ч. у. появились острые желудоч. припадки, и в 7 ч. 30 м в. 15 июня 1831 г. К. П. скончался. Тело К. П. оставалось в Витебске до 16 июля, 31-го привезено в Гатчину и 14 авг. погребено в Петропавлов. соборе. В виду карантина погребение состоялось без обыч. торжест-сти. К-ня Лович, сердечно принятая Гос-рем и Его Семьей, поселилась в Царск. Селе и скончалась 17 нбр. 1831 г. в годовщину Варшав. восстания. — Рассматривая К. П., как человека, нельзя не отметить, что он унаследовал от отца, вместе с неуравновешен. характером и склонностью к вспышкам беш-ва, рыцар. благородство и прямодушие. Добрейший человек вне службы, чрезвычайно скромный и невзыскательный в личн. жизни, хотя и обладавший доходом в 500 т. р. в г., он не любил парад. приемов, не дал в Варшаве ни одного бала, чем сильно разочаровал польск. знать, донашивал стар. сюртуки и все свои деньги раздавал бедным оф-рам и солдатам, навещая их запросто, крестя у них детей, шутя и балагуря с ними; за то на службе, пред фронтом, он б. грозен, как его отец. Его груб. поступки переходили тогда все гр-цы. Так, он однажды сорвал с головы одного оф-ра фуражку. Все оф-ры полка подали в отставку, — и К. П. пришлось пред ними извиниться. Обожая своего старш. брата, Имп-ра, К. П. являлся в то же время полною ему противополож-тью во всём. Александр — всегда выдержанный, ровный, обаятельный в обращении, умеюший скрывать свои мысли и чувства, ставя их в независимость от своих слов; К. П. — «душа нараспашку», человек, у к-раго что на уме, то и на языке. Александр — мистик, метафизик, любивший говорить на отвлеченные темы возвышен. языком, К. П. — реалист, весь земной, шумный, любивший «крепкие словца», каламбуры, анекдоты. Один — щеголь, желавший всем нравиться, особенно — женщинам; другой — небрежный в своем туалете, любивший показать, что он — солдат. Также различны были их взгляды в области политики. Александр ненавидел Наполеона, К. П. преклонялся пред ним, пред его воен. гением. Александр готов был на всё для Пруссии, К. П. не любил пруссаков. Александр верил Англии, К. П. б. уверен, что эта меркантильная нация всегда и всех может предать и продать. Александр мечтал о конституции для Польши, Финляндии, Грузии, К. П. грозил «задать конституцию» каждому либеральному прапорщику. Как военач-к, К. П. являлся замечат. войсков. орг-затором и инструктором, умевшим сделать врученные ему войска первыми среди всех европ. армий. Особое внимание он уделял кав-рии и достиг в отношении её огромн. резул-тов, как в отношении одиноч. езды, так и массовой её обученности. Как боев. ген-л, К. П. проявил недюжин. дарования и усвоил из Суворовской школы — быстроту и натиск. За то, как политик и госуд. деятель, К. П. проявил отсутствие дарований и гибкости и своею прямотою, несмотря на горяч. любовь к полякам и заботы об их благе, создал себе больше врагов, чем друзей. К. П. явился создателем, или хотя бы Шефом и инструктором, целого ряда гвард. частей, а именно полков лейб-гвардии: Измайловского, Егер., Москов., Финлянд., Литов., Волын., Кон., К.-Грен., Уланск. Его и Её Вел-ва и отчасти Кирас. Его Вел-ва (в к-рый влит Подольский кирас. п.). Его Величество Император Константин Первый.
Его Величество Император Константин Первый.
Кроме того, он был Шефом гусар. п. в австр. армии и кирас-го в прусской. Из числа заново им сформированных войсков. частей Литов. к-са доныне уцелели лишь Несвижский и Самогитск. грен. полки и 3-й сапер. б-н. При л.-гв. Улан. Его Вел-ва п. (в Варшаве) существует музей имени Цес-ча К. П. (Довольно подробный библиографич. список литературы приведен у Н. Чечулина в «Рус. Биогр. Словаре», Спб., 1903. Здесь же указываются лишь главнейшие, а также появившиеся за последнее 10-летие труды: Е. Карнович, Цес-ч К. П., Спб., 1899; Жизнь Е. И. В. Цес-ча и Вел. Кн. К. П., Москва, 1831; Вел. Кн. Николай Михайлович, Имп. Александр I, Спб., 1912; Н. Шильдер, Имп. Александр I, Спб., 1898; Его же, Имп. Николай I, Спб., 1903; Е. Комаровский, Журнал похода 1799 г., «Воен. Журн.» 1810 г. Полная рукопись в В.-учен. архиве; В. Квадри и Г. Габаев, Свита Имп. Александра I Польской армии — оттиск из «Истории Император. Гл. кв-ры», Спб., 1905; Н. Корф, Восшествие на Престол Имп. Николая I, Спб., 1857; Ф. Смит, История польск. восстания и войны 1830—31 гг., Спб., 1863; К. Военский, Имп. Николай и Польша в 1830; Записки Вылежинского, Спб., 1905; Приказы К. П. по Польск. армии, Сбор. Варшавск. отдела Имп. Рус. В.-И. общ., 1910, вып. I; П. Люце, Цес. К. П., как Инсп-р кав-рии, — в том же сборнике; С. Гулевич, История л.-гв. Финлянд. п., Спб., 1909; Формуляр. список К. П.; Его же, Участие Имп. Фамилии в форм-нии госуд. ополчения, «Журн. Рус. В.-И. общ.», 1910; Борисевич, Л.-гв. кон. арт-рия в войнах 1805 и 1807 гг. и в Отеч. войне 1812 г., Спб., 1912; Переписка К. П. с Имп. Николаем Павловичем в «Сб. Имп. рус. истор. общ-ва» 1910 г., т. 131 и 1911, т. 132, и с ген. Курутой в «Сб. Варшав. отд. Имп. В.-И. общ.» 1910 г., вып. I).