Открыть главное меню

ВЭ/ВТ/Кондратенко, Роман Исидорович

Кондратенко, Роман Исидорович
Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Кобленц — Круз. Источник: т. 13: Кобленц — Круз, с. 101—105 ( скан ) • Другие источники: МЭСБЕ : ЭСБЕВЭ/ВТ/Кондратенко, Роман Исидорович в дореформенной орфографии


Р. И. Кондратенко в 1881 г.
КОНДРАТЕНКО, Роман Исидорович, воен. инжен. и ген. шт. г.-л., герой обороны П.-Артура, род. 30 снт. 1857 г., воспитывался в Полоцкой воен. гимназии, в Ник. инж. уч-ще, в Ник. инж. ак-мии и в Ник. ак-мии ген. штаба. Начав строев. службу в 1-м Кавказ. сап. б-не (1877 г.), К. служил затем воен. инж-ром: в Чорохской инжен. дистанции (1880) и в Михайловском (Батумском) креп. инжен. упр-нии (до 1883 г.), где составил проект Михайловской кр-сти и для защиты этого проекта б. командирован в гл. инж. упр-ние (до 1885 г.). По окончании этой ком-ровки К. поступил на старший курс Ник. ак-мии ген. шт., окончив к-рую, б. назн. в штаб Вилен. воен. округа, где для практики командовал ротой; оттуда б. переведен в упр-ние Минской местной бригады (1888 г.); в 1891 г. командовал (для ценза) б-ном 119 пех. Коломен. п., а в 1895 г. б. назначен командиром 20-го стрелк. п., с к-рым в 1900 г. совершил поход на Д. Восток для участия в подавлении боксер. восстания в Китае. Однако, в воен. действиях ему принять участия не пришлось. Произведенный в г.-м., К. б. назн. дежур. ген-лом штаба Приамур. воен. округа, а перед началом рус. яп. войны получил в команд-ние 7-ю В.-Сиб. стрелк. бр-ду (в П.-Артуре), развернутую затем в д-зию. В должности ком-щего ею К. и провел всю осаду П.-Артура, при чём, по словам приказа по в. в. 20 мрт. 1906 г., «явился примером самоотвержения, неустанной энергии, истинных знаний, искусства и высокой воинской доблести». Этот взгляд, официально закрепленный, разделяется всеми биографами К. Мало кто из соврем. рус. воен. и общественных деятелей удостаивался такого множ-ва самых лестн. отзывов и высоких похвал, как К. В период мира он рисуется прежде всего большим тружеником: работает не только в урочные часы, но сколько требует дело, — по праздникам, по ночам. Большая личная скромность была причиной того, что все его усиленные труды долго проходили незамеченными, и только война ярко их выдвинула. Строгий в вопросах дисциплины, требоват-ный в интересах дела, он проявлял в отношении подчиненных большую мягкость в обращении и заботливость о их нуждах. Так, еще в бытность ком-ром роты, он устраивал для н. чинов её, желавших учиться грамоте, приватные занятия у себя на дому и вел эти занятия очень успешно, а когда, назначенный ком-ром 20-го стрелк. п., плыл с полком на пароходе в Китай, то организовал в пути солдат. беседы и лично объяснял солдатам историю и значение мест, через к-рые проходил пароход. Боевая деят-сть К. началась в П.-Артуре с того момента, когда ген. Стессель, сохранив за собой общие обяз-ти к-данта, назначил его на должность нач-ка обороны всего сухопут. фронта кр-сти. Положение последней в это время было критическим: многие сооружения еще не начинали строить, другие еще не б. окончены, а на вооружении сухопут. фронта стояло всего 8 ор. Но к 20 фвр., когда г.-л. Стессель произвел объезд кр-сти и общий осмотр работ, П.-Артур стал неузнаваем: это был уже укрепл. пункт, атака к-раго открытой силой была делом не легким. «За 24 дня б. сделано столько, сколько в мирн. время не сделали бы в полгода. Глав. виновником этой метаморфозы, — говорит официал. история войны, — душой её был нач-к 7-ой В.-Сибир. стрелк. бр-ды, г.-м. К., благодаря неутомим. энергии и поразит. работоспособности к-раго удалось достигнуть блестящ. результатов в такой коротк. срок». По словам той же истории, К. достиг такого резул-та только тем, что он «просто ездил по кр-сти, указывал, что нужно сделать, и заставлял делать; нет одного материала — заменяет его другим; нет наемн. рабочих — дает рабочих от войск; нет перевозоч. средств — отпускает полков. двуколки; может помочь ген. Стессель — идет к нему; если можно достать что-либо у ком-ра порта — просит его; он не допускал никаких проволочек, вникал в каждую мелочь, а главное — неотступно следил за всеми работами, всех сам подбодрял и подгонял». Наблюдая непосред-но за работами в кр-сти, К. уделял много времени и внимания и работам по укр-нию передов. Цзинь-чжоуской позиции, ему не подчиненной, оказывая лицам, руководившим там работами, громад. содействие присылкой нужных материалов из П.-Артура и обсуждением разл. вопросов на месте. Посещая ежедневно креп. форты, К. разъяснял к-дантам их прямые обязанности, из коих первой была «никогда не сдавать форт». Первые 4 мес. войны прошли в безостановоч. работах по усилению кр-сти; в конце апр. и начале мая начались первые боев. столк-ния; 13 мая пала Цзиньчжоуская позиция, а последовавшие затем действия, вплоть до 17 июля, сводились к обороне позиции, занятой нашим передовым отрядом, по инициативе К., в 19 верстах от П.-Артура. К. успевал не только следить за работами по усоверш-нию оборонит. сооружений и ближайших к кр-сти передов. позиций (Дагушань), но и руководить действиями прав. фланга передов. отряда, куда б. высланы части из его д-зии. Под его же влиянием позиция передового отряда б. нами удержана после боя 13 июня, что дало возможность отсрочить осаду кр-сти еще на месяц. 20 июня здесь произошел успешный для нас бой, в к-ром К. лично руководил прав. флангом, выказав большое мужество, спокойствие и распорядит-сть. 17 июля началась осада кр-сти, и здесь изо дня в день значение К. в деле обороны стало еще более выясняться. Одним из первых распоряжений его было усиление г-зонов гор Дагушаня и Угловой, упорной обороной к-рых он надеялся выиграть время. Неудачный бой 17 июля на Волчьих горах произвел на г-зон плохое впечатление. Желая рассеять его, К. отдает 23 июля приказ по войскам сухопут. обороны, в к-ром в самых простых выражениях разъясняет, что причиной нашей неудачи на Волчьих горах явилось прежде всего большое превосх-во в силах непр-ля над нами: «Нас было 17 т., а прот-к — втрое сильнее, — у него было 50 т.; мы имели только полевую арт-рию, прот-к же имел, кроме полевой, еще и осадную». Затем он указываст, что с отходом к кр-сти наше положение знач-но улучшилось, объясняет значение и силу фортов и долговрем. укр-ний, бетон. казематов, орудий креп. и мор. арт-рии и дает указания, как поступать при штурме. «Никакой штурм, — заканчивает К., — не м. б. страшным, если мы решимся до конца выполнить данную нами присягу». Бои за передов. позиции начались в конце июля, а с 6 авг. началось 1-е бомбард-ние и затем произошел 1-й общий штурм кр-сти. К. проводил на позиции целые дни, лишь поздней ночью возвращался к себе домой, а с рассветом уже снова объезжал войска. 8 авг. он провел весь день на сев. фронте кр-сти, где положение было угрожающим, и лично руководил обороной укр-ний этого фронта. К веч. наступило сравнит. затишье, и г.-л. Стессель решил им воспользоваться, чтобы пополнить ряды и запасы, о чём и сообщил запиской к-данту. В этой же записке г.-л. Стессель писал: «В д. Паличжуан двинуты 2 роты и с ними К. Его не надо посылать с отдел. ротами. Потеря его незаменима». Не довольствуясь этим, г.-л. Стессель послал телефонограмму самому К., с убедит. просьбой не ходить лично в д. Паличжуан. Такое опасение за жизнь нач-ка сухопут. обороны говорит о том значении, к-рое имел К. для обороны кр-сти уже в самом начале её. Чрезвычайно характерен ответ К. на эту телефонограмму: «В телефонограмме, наверное, перепутали одно слово; надо читать — „я выслал 2 р.“, а передали, вероятно, „я выезжаю“. Я всё время нахожусь, вследствие сильного арт. огня, в блиндаже Кладбищенской импани». Блестяще отбитый 5-днев. штурм кр-сти сильно поднял дух её г-зона, и в нём утвердилась уверенность в конеч. удаче обороны. К. пользуется этим и быстро приводит в исполнение ряд мер, способствующих дальнейш. обороне. Так, заметив в предыдущ. боях слабость орудий атакован. фронта, он решает усилить его за счет арт-рии др. фронтов и, кроме того, просит ком-щего эс-дрой о присылке орудий с судов; заметив больш. значение ручн. гранат при штурме, он образует особую команду из сапер, моряков и арт-ристов, к-рая энергично взялась за изготовление таких гранат по неск. тыс. в день; недостаток пулеметов заставил К. отыскать в старом кит. арсенале старые орудия и приспособить их в качестве противоштурмовых. По примеру нач-ка и другие стали изыскивать новые способы борьбы: кап. 26-го п. Шеметило предложил использовать запас ружей Манлихера, связывая их по 5 в одном станке и образуя, т. обр., нечто вроде митральезы; он же предложил применять силки в качестве препятствий штурму; лейт. Подгурский изобрел особую шаровую мину, скатывавшуюся к непр-лю и производившую при взрыве большой эффект; один воен. инж-р предложил применение к.-апрош. работ; сапер Дебагорий-Мокриевич изобрел особую метат. гранату для освещения местности; поруч. Никольский, кап. Гобято и др. применили свои знания для устройства метат. мин и отливки арт. снарядов. Словом, работа закипела, и ко 2-му штурму в снт. кр-сть встретила яп-цев с нов. силами и надеждами, и штурм на Высокую гору б. отбит. Дух г-зона всё подымался. Казалось, и сам К. был спокоен и полон надежд на успех, но в действ-ности было не так: вести, доходившие в кр-сть о Манчжурской армии, отступившей к Телину, а также медленное снаряжение 2-ой Тихоокеан. эс-дры, с одной стороны, а с другой — малый запас в кр-сти арт. снарядов, быстрое истощение жизн. запасов, развитие болезней и, наконец, появление в средине снт. новых грозных врагов в виде 11-дм. гаубиц, разрушавших своды укр-ний с одного попадания наводили К. на мысль, что выручки от ген. Куропаткина или адм. Рождественского ждать нельзя, что японцы овладеют кр-стью раньше, чем придет помощь. Капитуляции К., вероятно, не допускал, и чтобы предупредить падение П.-Артура, а с ним и захвата японцами всего Квантуна, он пришел к мысли, что исход один: заключение мира с удержанием за нами П.-Артура, а затем энергич. подготовка к новой войне. Решив это, он 18 снт. пишет г.-л. Стесселю след. замечат. письмо: «В наст. время, пока П.-Артур держится, наши неудачи на др. театрах войны нельзя еще считать особенно унизит-ными. Но если к этим неудачам присоединится потеря П.-Артура и находящегося здесь флота, то в сущности кампания безвозвратно проиграна, и наш воен. неуспех принимает унизит-ные для нашего госуд. достоинства размеры. Рассчитывать на своеврем. выручку П.-Артура нашей армией или флотом едва ли возможно. Единств. почетн. выходом из такого положения является, поэтому, заключение теперь, до падения П.-Артура, мирных условий, к-рые несомненно можно (до падения П.-Артура) установить не унизит-ными для народ. самолюбия. Очень вероятно, что Государю доносят о событиях, освещая их несколько в разрез с действ-ностью. Истинное, правдивое верноподданническое донесение могло бы, м. б., устранить большую беду от нашей родины. Посему, как высший представитель здесь госуд. власти и лицо, облеченное Царск. доверием, не признаете ли, ваше прев-ство, возможным, шифрованною телеграммою на имя Его Вел-ва, донести об истин. положении здесь, на Д. Востоке. Наст. письмо мною писано только в виду пост. сердеч. отношения вашего прев-ства ко мне и моей глубокой уверенности в необходимости такого шага для блага родины». О существовании этого письма в кр-сти никто не знал, а К. по-прежнему каждый день объезжал позиции, во всё сам вникал и, видимо, был бодр и бодрил других. Никогда он не говорил о том, что выручка скоро придет, а когда его спрашивали прямо, советовал надеяться на самих себя. Не обманываясь сам, он не вводил в обман и своих подчиненных и, не открывая своих мыслей, чтобы не смущать слабых, старался пробудить в них лучшие чувства любви к родине и исполнения своего долга. С этой целью он отдал 25 снт. прекраснейший приказ: «Прошу нач-ков участков обратить внимание ротн. ком-ров и разъяснить н. чинам, что упорная оборона кр-сти, не щадя своей жизни, вызывается не только долгом присяги, но весьма важным госуд. значением П.-Артура, как места пребывания наместника Е. И. В. на Д. Востоке. Упорная оборона до послед. капли крови, без всякой даже мысли о возм-сти сдачи в плен, вызывается, сверх того тем, что японцы, предпочитая сами смерть сдаче в плен, вне всякого сомнения, произведут в случае успеха общее истребление, не обращая ни малейш. внимания ни на Красный Крест, ни на раны, ни на пол и возраст, как это было ими сделано в 1894 г. при взятии П.-Артура. Подтверждением изложенного м. служить пост. стрельба их по нашим санитарам и добивание наших раненых, — случай, к-рый имел место даже 22 сего снт. при времен. занятии Сигнальной горы. Вследствие весьма важного значения П.-Артура, не только Государь и вся наша родина с напряженным вниманием следят за ходом обороны, но и весь мир заинтересован ею, а потому положим все наши силы и нашу жизнь, чтобы оправдать доверие нашего обожаемого Государя и достойно поддержать славу рус. оружия на Д. Востоке». Приказ этот б. прочитан н. чинам на всех позициях и произвел на них сильное впечатление. Дух г-зона не только не падал, а всё рос. Между тем, подступы япон. траншей подходили к фортам всё ближе. К средине окт. они подошли ко рвам фортов, и с этого момента защит-ки кр-сти отделялись от врагов лишь толщиной бр-вера и шириной рва. Такая близость требовала большого напряжения в службе на укр-ниях, а между тем, г-зон всё уменьшался, запасы оскудевали, пища стала плохой, развивалась цынга, дизентерия и др. болезни. К. по-прежнему каждый день бывал на фортах, беседовал с оф-рами, заходил в блиндажи солдат и всеми силами старался облегчить их трудную службу. Особенно тяжело было раненым, для излечения к-рых требовалось хорошее питание. К. посылал улучшенную пищу из своих запасов. 15 нбр. начался штурм Высокой горы. Понимая, что падение её прежде всего тягостно отзовется на судьбе нашей эс-дры в гавани, К. прикладывал все средства к удержанию горы: он сменял уставшие части г-зона свежими и беспрерывно присылал новые резервы. Когда же выяснилось, что г-зон потерял за 7 дн. около 5 т. бойцов, и что дальнейшая убыль отзовется вредно на общем успехе обороны, К. прекратил требование частей с других фронтов на усиление Высокой горы, и она б. уступлена японцам. Между тем, на фортах атакованного фронта японцы продолжали мин. работы под бр-верами фортов. Ожидая взрыва бр-веров, К. принимал меры для упорн. обороны внутри фортов: во двориках фортов б. построены траншеи с препятствиями впереди, а г-зон их усилен. 2 дкб. днем К. объезжал позиции, а перед вечером решил объехать запад. фронт кр-сти и уже садился на коня, как с вост. фронта его известили, что на ф. № 2 японцы вытесняют из галереи за рвом форта стоявших там наших стрелков. Он решил ехать на форт, чтобы лично ознакомиться с положением его. По-видимому, его прибытие на форт б. замечено японцами, т. к. он, обходя форт, здоровался с людьми, а те ему громко отвечали. Едва он кончил осмотр и вошел в офицер. каземат, как японцы начали обстреливать форт из 11-дм. гаубиц. Было выпущено всего 10 снарядов и последний из них попал в каземат, разорвался внутри его и убил К. и 8 оф-ров.
Р. И. Кондратенко в 1881 г.
Его смерть произвела на г-зон потрясающее впечатление. Оно вполне отразилось в приказе г.-л. Стесселя от 3 дкб. 1904 г.: «День 2 дкб. есть день печали для нас, защитников кр-сти. В 9 ч. в. на ф. № 2 убит бомбой наш герой, наша гордость — ком-щий 7-ой В.-Сиб. стрелк. д-зией г.-м. К.». Действ-но, помимо чисто воен. заслуг в деле обороны, К. все знали и любили как человека «с сердцем необыкновенно мягким», «бескорыстного, великодушного и самоотверженного», «своею душевн. чистотой будившего в подчиненных те благородные струны, к-рые двигают людей на великие дела». Все знавшие К., сталкивавшиеся с ним в разные эпохи его жизни и деят-сти, прежде всего поражались его свойствами общечеловеческими. Мягкость сердца, отзывчивость к беде и нуждам ближнего, — вот качества, замеченные в К. еще в бытность его ротн. ком-ром и красной нитью проходившие через всю его жизнь. Каким К. б. капитаном, таким он и умер уже на склоне лет в долж-сти нач-ка д-зии. Мягкость, отзывчивость и гуманность не были показн. каствами его характера, демонстрировавшимися ради популярности, а были ему действ-но врождены, культивировались им, не заглохли до конца его дней, а, наоборот, именно под конец проявились в полн. объеме и справедливо создали в памяти народа образ «прекрасной души человека». Наряду с этими чертами характера К., бросалась в глаза простота в обращении с младшими и отсутствие какого-либо подобострастия по отношению к старшим. Он не любил строго официал. отношений и обращений, часто заменяя устаноновленную форму простым письмом или запиской, в к-рых официал. титулование заменялось просто именем и отечеством, а сухая подпись смягчалась любезн. приветствием. Но этот простой, дружеский тон с подчиненными никогда не порождал никакой фамильярности со стороны младших, а, наоборот, вселял в них особое к нему почтение и любовь. Поэтому малейшее выраженное им желание принималось как приказание и исполнялось немедленно. Особенно любовно относился К. к н. чинам. Всегда приветливый, он ободрял их или добр. словом в трудные минуты или поощрял, награждая крестом лично тотчас после боя, или вдохновлял собств. примерами. Т., напр., в одном из боев на Зеленых горах, когда нек-рые наши роты под сильн. огнем прот-ка дрогнули и отошли, К. бросился вперед, неск. словами вдохнул в отступавших мужество, увлек всех за собой и возвратил потерянную позицию. Но лишь кончился бой, он, сумевший в одно мгновение подчинить своей воле застывшую энергию, превратился снова в доброго отцаком-ра, отдыхающего у одного костра со своими солдатами со словами: «Ну, ребята, теперь ложись и кури». Вследствие такого близкого соприкос-ния с н. чином, жизнь и психология солдата б. ему хорошо известны. Вот почему в серьез. моменты К. всегда являлся на позиции, где шел бой, и вовремя умел поддержать и нравств. и физич. силы солдата: вовремя его наградить, ободрить и накормить. Относясь ко всем ровно, он с самого начала обороны способствовал сближению разрозненных частей г-зона и сумел направить всех к одной дружной общей работе. В этом именно его величайшая заслуга и в этом весь секрет продолжительной и мужественной обороны. Моряки и сухопутные нашли в нём то звено, к-рое связало их столь прочно, что в окт. они уже окончательно слились. Он был тем цементом, к-рый спаял отдельные частицы в одно крепкое целое. Образовался бетон нравственный, более крепкий, чем бетон каких угодно фортов. И по мере того, как японцы разрушали скелет крепости — её укрепления, в её теле — гарнизоне — развивались прекраснейшие качества высок. духа доблести и самопожертвования. Поистине, укр-ния были скелетом кр-сти, г-зон — её телом, а К. душой этого тела. И как только отлетела душа, стало разрушаться тело и один за другим отпадали члены его. 4 дкб. ген. К. и убитые вместе с ним его сподвижники б. погребены на кладбище у б-реи Плоского мыса, а кладбищу б. присвоено именование «Романовского». По окончании войны гроб с телом К. б. перевезен через Одессу в Спб., где 25 снт. 1905 г. с особо торжествен. церемонией погребен на кладбище Александро-Невской лавры. Для увековечения памяти К. в войсках Государь Император повелел: 25-му В.-Сиб. стрелк. п. именоваться впредь «25-м В.-Сиб. стрелк. г.-л. К. п.». Затем один из наших новых минных кр-ров б. назван именем покойного. Чинами инж. к-са б. собран капитал около 5 т. руб., %% с к-раго выдаются в виде премии «имени г.-л. Р. И. К. и воен. инж-ров и оф-ров инж. войск защитников П.-Артура» одному из оф-ров дополнит. курса Ник. инж. ак-мии за лучший проект по фортификации. Спб. город. дума учредила 3 стипендии имени К. в мужск. классич. гимназиях и реал. уч-щах, а также присвоила наим-ние «в память Р. И. К.» 5 город. начал. уч-щам. Общ-вом взаимопомощи полочан образована при Полоцк. кад. к-се стипендия имени Р. И. К., к-рая выдается по присуждению общего собрания Вилен. отдела. Общ-во взаимопомощи приказчикам гор. Харькова также учредило стипендию имени Р. И. К. в Харьков. торг. школе. В Спб. дамское общ-во основало приют-школу в память Р. И. К. для призрения и приготовления малолет. дочерей недостат. оф-ров для поступления в институты и др. учебн. зав-ния. Памятники ген. К. поставлены: в Спб., на кладбище и в Георгиев. зале Ник. инж. уч-ща, в Сувалках, в 20-м стрелк. п., и в Полоцке, в кад. к-се. (А. Г. Овчинников, Народный герой Р. И. К.; Боевое завещание К., «Воен. Голос» 1906 г. № 175; В. Миткевич и Д. Дубенский, Р. И. Кондратенко, Спб., 1908; А. Г. Овчинников, Письма Р. И. К. к жене и брату, «Братск. помощь» 1906—07 гг.; Оборона Квантуна и П.-Артура, работа в.-истор. к-сии, Спб., 1910).