Бог (Державин)/Сопиков 1814 (ДО)

Yat-round-icon1.jpg

Богъ
авторъ Г. Державинъ (1743—1816)
Дата созданія: 1784. Источникъ: Commons-logo.svg В. Сопиковъ. Опытъ Россійской библіографіи. — Санктпетербургъ, 1814. — Т. 2.

Редакціи


[313]

БОГЪ.

„О Ты, пространствомъ безконечный,
Живый въ движеньи вещества,
Теченьемъ времени превѣчный,

[314]

Безъ лицъ, въ трехъ лицахъ Божества!
Духъ всюду сущій и единый,
Кому нѣтъ мѣста и причины,
Кого никто постичь не могъ,
Кто все собою наполняетъ,
Объемлетъ, зиждетъ, сохраняетъ,
Кого мы, называемъ: — Богъ!
Кого мы, называемъ*
Измѣрить океанъ глубокій,
Сочесть пески, лучи планетъ,
Хотя и могъ бы умъ высокій, —
Тебѣ числа и мѣры нѣтъ!
Не могутъ духи просвѣщенны,
Отъ свѣта Твоего рожденны,
Изслѣдовать судебъ Твоихъ:
Лишь мысль къ Тебѣ взнестись дерзаетъ,
Въ Твоемъ величьи изчезаетъ,
Какъ въ вѣчности прошедшій мигъ.
Кого мы, называемъ*
Хаоса бытность довременну
Изъ безднъ Ты вѣчности воззвалъ;
А вѣчность прежде вѣкъ рожденну
Въ себѣ самомъ Ты основалъ:
Себя собою составляя,
Собою изъ себя сіяя,
Ты свѣтъ, откуда свѣтъ изтекъ.
Создавый все единымъ словомъ,
Въ твореньи простираясь новомъ,
Ты былъ, Ты есть, Ты будешь въ вѣкъ!
Кого мы, называемъ*
Ты цѣпь существъ въ себѣ вмѣщаешь,
Ее содержишь и живишь;
Конецъ съ началомъ сопрягаешь
И смертію животъ даришь.

[315]

Какъ искры сыплются, стремятся,
Такъ солнцы отъ Тебя родятся;
Какъ въ мразный, ясный день зимой.
Пылинки инея сверкаютъ,
Вратятся, зыблются, сіяютъ:
Такъ звѣзды въ безднахъ подъ Тобой.
Кого мы, называемъ*
Свѣтилъ возженныхъ миліоны
Въ неизмѣримости текутъ,
Твои они творятъ законы,
Лучи животворящи льютъ,
Но огненны сіи лампады,
Иль рдяныхъ кристалей громады,
Иль волнъ златыхъ кипящій сонмъ,
Или горящіе эѳиры,
Иль вкупѣ всѣ свѣтящи міры —
Передъ Тобой, — какъ нощь предъ днемъ.
Кого мы, называемъ*
Какъ капля въ море опущенна
Вся твердь передъ Тобой сія.
Но что мной зримая вселенна?
И что передъ Тобою я? —
Въ воздушномъ океанѣ ономъ,
Міры умножа миліономъ
Стократъ другихъ міровъ — и то,
Когда дерзну сравнить съ Тобою,
Лишь будетъ точкою одною:
А я передъ Тобой, — ничто.
Кого мы, называемъ*
Ничто! но Ты во мнѣ сіяешь
Величествомъ Твоихъ добротъ;
Во мнѣ Себя изображаешь,
Какъ солнце въ малой каплѣ водъ.
Ничто! — но жизнь я ощущаю,

[316]

Несытымъ нѣкакимъ летаю
Всегда пареньемъ въ высоты;
Тебя душа моя быть чаетъ,
Вникаетъ, мыслитъ, разсуждаетъ:
Я есмь; — конечно есть и Ты!
Кого мы, называемъ*
Ты есть! — Природы чинъ вѣщаетъ,
Гласитъ мое мнѣ сердце то,
Меня мой разумъ увѣряетъ,
Ты есть; — и я ужъ не ничто!
Частица цѣлой я вселенной,
Поставленъ, мниться мнѣ, въ почтенной
Срединѣ естества я той,
Гдѣ кончилъ тварей Ты тѣлесныхъ,
Гдѣ началъ Ты духовъ небесныхъ,
И цѣпь существъ связалъ всѣхъ мной.
Кого мы, называемъ*
Я связь міровъ повсюду сущихъ,
Я крайня степень вещества;
Я средоточіе живущихъ,
Черта начальна Божества;
Я тѣломъ въ прахѣ истлѣваю,
Умомъ громамъ повелѣваю,
Я царь, — я рабъ, — я червь, — я Богъ!
Но, будучи я столь чудесенъ,
Отколѣ произшелъ? безвѣстенъ;
А самъ собой я быть не могъ.
Кого мы, называемъ*
Твое созданье я, Создатель!
Твоей премудрости я тварь,
Источникъ жизни, благъ Податель,
Душа души моей и Царь!
Твоей то правдѣ нужно было,
Чтобъ смертну бездну преходило

[317]

Мое безсмертно бытіе;
Чтобъ духъ мой въ смертность облачился
И чтобъ чрезъ смерть я возвратился,
Отецъ! — въ безсмертіе Твое.
Кого мы, называемъ*
Неизъяснимый, Непостижимый!
Я знаю, что души моей
Воображенія безсильны
И тѣни начертать Твоей:
Но естьли славословить должно,
То слабымъ смертнымъ не возможно
Тебя ничѣмъ инымъ почтить,
Какъ имъ къ Тебѣ лишь возвышаться,
Въ безмѣрной разности теряться
И благодарны слезы лить.