ЭСБЕ/Письменные доказательства

Письменные доказательства
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Петропавловский — Поватажное. Источник: т. XXIIIa (1898): Петропавловский — Поватажное, с. 705—708 ( скан · индекс )
 
Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Письменные доказательства — документы, в которых средством сохранения данного события в памяти других избирается письмо. Вследствие особого положения, которое заняли среди документов в широком смысле (см. Документы) письменные документы при господстве легальной системы доказательств, все современные процессуальные законодательства, остающиеся еще во многом верными этой системе, понимают под документами только П. доказательства. При этом для процессуального понятия документа считается безразличным предмет, на котором изображается письмо (пергамент, бумага, камень, металл, дерево и т. д.), способ осуществления письма (рукопись, литография, печать и т. д.) и цель, которая имеется в виду при составлении документа. П. доказательства служат средством для убеждения судьи в истинности фактов, обосновывающих требования. За П. доказательства принимаются не только так называемые акты (напр., акты состояния, акты укрепления или акты присутственных мест), но, по выражению нашего Устава, и всякие бумаги. В истории судопроизводства П. доказательства конкурируют со свидетельскими показаниями и в результате эволюции ограничивают роль последних. Преимущество документа как судебного доказательства заключается главным образом в том, что он может пережить свидетелей (Vox audita perit; litera scripta manet) и содержание его не изменяется, тогда как человеческая память может с течением времени ослабеть. Понятно, что П. доказательства появляются в юридическом быту тогда, когда является сама письменность; их нет у первобытных народов. И у нас, в эпоху Русской Правды, о П. доказательствах почти не упоминается; притом П. документы, которыми скреплялись сделки, первоначально, по всей вероятности, не имели процессуального значения, а составлялись лишь для сведения (откуда и название памяти, записи). Впоследствии они стали составляться на случай спора и получили значение судебного доказательства. Такое же значение имеет название крепостей. П. документы называли также грамотами, кабалами. Первоначально они не имели силы полного доказательства; для подкрепления их часто требовались показания свидетелей, даже присяга. Только в XVII в. П. доказательства получили явный перевес над прочими средствами доказательства; гражданские иски стали исключительно крепостными. «А которые люди, — говорит Соборное Уложение 1649 г., — учнут бить челом… и на та кабальных и заемных памятей и иных крепостей в челобитной не напишут, и на тех людей не давать». В римском праве оценка доказательной силы различных документов сначала предоставлялась судье; только при позднейших императорах было положено основание легальной теории о значении доказательств, развившейся с особенною силою в каноническом праве и в образовавшемся под влиянием рецепции процессе. В древнегерманском процессе документы не заменяли собою личных и устных свидетельств; в случае спора лица, названные в документе, вместе с составителем его должны были защищать его действительность, в крайнем случае — поединком. Самостоятельным суррогатом свидетельских показаний документы становились лишь постепенно, в связи с развитием предписаний об их законных формах (например, приложение печати). Постепенно сложившаяся система законных правил доказательства основывалась (по отношению к документам) на той мысли, что из подлинности документа вытекает презумпция его истинности (под подлинностью документа разумеется действительное его происхождение от того лица, которому он приписывается). По отношению к подлинности различались публичные и частные документы. К первым причислялись прежде всего нотариальные документы, а затем и другие (напр., подписанные тремя свидетелями), которые назывались quasi publica и составляли переход к частным документам, имевшим незначительную доказательную силу (подлинность их должна была быть удостоверена доказательствами). Теория документов, принятая современными законодательствами, основывается по-прежнему на легальных правилах и презумпциях, хотя понятие о публичных доказательствах расширилось и изменился метод установления подлинности. Различие между публичными и частными документами (doc. publica, actes authentiques — doc. privata, actes sous seing privé) основывается теперь на различии лиц, участвующих в их установлении (а не на различии способа их удостоверения). Публичными признаются документы, выдаваемые публичною властью или должностными липами, облеченными публичным доверием (fides publica). Такими лицами были в Риме tabelliones; совершенные ими акты назывались instrumenta publica. В зап.-европ. государствах tabelliones стали называться нотариусами, и доказательная сила совершенных ими документов постепенно увеличивалась; впоследствии совершение актов предоставлено было и другим должностным лицам, облеченным fides publica. К публичным документам относятся также всевозможные государственные акты, приказы, распоряжения, протоколы, регистры, счета и другие документы, исходящие от правительственных, административных и судебных учреждений. С процессуальной стороны имеет значение и деление нотариальных документов в обширном смысле на крепостные, нотариальные и явленные к засвидетельствованию. Частные документы (в отличие от публичных) совершаются домашним порядком, без всякого участия публичной власти. Существует еще различие между документами в первоначальной рукописи и в копии. Первоначальный документ — оригинал, scriptura autentica — есть тот самый, который приготовлен с целью предположенного юридического эффекта; копия представляет собою точный с него список (различают копию удостоверенную и частную).

Доказательная сила документа зависит от его подлинности и от внутренней пригодности его как доказательства утверждений представляющей его стороны. Публичный документ, нося в себе предположение о подлинности, предъявляется противной стороне лишь для того, чтобы она могла удостовериться в наличности условий, требуемых от публичного документа. Частному или домашнему акту предположение о подлинности не присвоено: он предъявляется противнику для того, чтобы последний мог заявить, признает ли он акт за подлинный или нет (так назыв. recognitio). По нашему Уставу существуют два способа опровержения подлинности документа: заявление сомнения в подлинности и объявление спора о подлоге. Первое не может быть заявлено лицом, именем которого документ подписан; точно так же оно не может быть заявлено против нотариального акта; в обоих этих случаях допускается только спор о подлоге. Такой спор может быть предъявлен во всяком положении дела, тогда как заявление сомнения в подлинности ограничено сроком. В случае такого заявления подлинность документа обязано доказать лицо, его представившее; спор о подлоге, наоборот, должен быть доказан лицом, его предъявившим. Когда подлинность документа установлена, суд переходит к исследованию его содержания (материальной силы доказательства документа в противоположность формальной). По содержанию документы могут быть: а) распорядительные (диапозитивные), т. е. такие, в которых содержится волеизъявление одного или нескольких лиц о созидании, изменении или уничтожении юридической сделки; сюда относятся всякого рода договоры, духовные завещания, судебные решения, расписки и т. п.; б) документы признания, или свидетельства самих сторон о действительности известного события, и в) документы, содержащие в себе свидетельства сторонних лиц, которыми подтверждается внесудебное признание стороны или вообще какой-либо юридический факт. Если такие свидетельства изложены в публичном документе, то они служат полным доказательством. Частные документы такого же содержания, исходящие от стороннего лица, имеют только силу бесприсяжного свидетельского показания; если они исходят от одной из сторон, то имеют доказательную силу против нее, а не в ее пользу (scriptura privata probat contra scribentem, nihil probat pro scribente). Из этого правила допускаются исключения относительно доказательной силы торговых книг веденных в надлежащем порядке. Если в документе содержится признание (см.), то оно обсуждается по правилам о внесудебном признании независимо от того, выражено ли оно в публичном или домашнем акте. Документы распорядительные, признанные за подлинные, имеют по общему правилу доказательную силу против лица, от которого они исходят. В этом случае считается доказанным существование и содержание распоряжения, но не исключается, однако, при известных условиях возможность спора против действительности акта (симулятивность, ошибка, принуждение и т. д.). Если в одном и том же документе содержатся признание, свидетельство и распоряжение, то к каждой его части применяются соответствующие правила. Документ, не признанный в силе публичного, сохраняет силу частного или домашнего документа. Засвидетельствованная копия документа служит по общему правилу удостоверением его содержания, если не заявлено сомнения в ее точности, и принимается вместо самого документа (ср. наш Устав ст. 441 и 463, герм. 400, австр. 499). Для доказательной силы документа требуется, кроме изложенных условий, законность его содержания и, по общему правилу, подпись лица, от которого документ исходит, а также надлежащий внешний вид его (подозрения могут возникнуть, напр., когда документ надорван, разорван и склеен, когда текст его перечеркнут или в нем сделаны приписки, поправки, подчистки и т. п.). Насколько внешний вид документа влияет на его доказательную силу — это предоставляется определить судейскому убеждению (герм. 384, австр. 296). Документы, признанные подлинными, имеют доказательную силу и для наследников и правопреемников лиц, от которых они исходят. Выставленный на публичных документах день совершения или явки почитается достоверным. Относительно домашних документов день совершения почитается достоверным только для лиц, в акте участвовавших, и для их преемников; другие могут доказывать, что акт написан задним числом (Устав 476 и 477). О доказательной силе разных видов документов имеются подробные правила в нашем Уставе (ст. 457—478). По общему правилу, ни один документ, представленный к делу, не может быть отвергнут судом без рассмотрения; суд должен разобрать содержание каждого документа и потом принять его или нет, объяснив в последнем случае причины отказа (ст. 339 и 456 Устава). Для известной категории юридических отношений требуются П. доказательства. Наши законы требуют письменного удостоверения для распоряжений, касающихся недвижимости, для актов состояния и др. Такие акты не могут ни опровергаться свидетельскими показаниями, ни утверждаться ими; здесь форма — не средство доказательства, а условие действительности акта. Эта точка зрения не проводится в нашем праве с полною последовательностью: из общего правила, выраженного в ст. 409, допускаются исключения (ср. ст. 410 Устава).

Представление и истребование документов. Современные процессуальные законодательства не знают так назыв. Editionspflicht, т. е. общей обязанности представления документов, в силу которой каждый обладатель документа, могущего служить разъяснением спорного отношения, обязан в виде повинности представить его в суд. Современные кодексы признают обязанность представить документ по требованию стороны лишь в следующих случаях: 1) когда лицо, требующее представления документа, имеет на него право в силу общих гражданско-правовых норм (напр., право собственности, наследования или право по обязательству); 2) когда требуемый документ принадлежит сообща его обладателю и требующей его представления стороне (напр., документ составлен в интересе их обоих). Сторона, требующая представления документа, должна его обстоятельно определить и указать основания, по которым она предполагает, что документ находится у ее противника или у третьего лица. Непредставление стороною требуемого документа влечет за собою признание судом доказанными тех обстоятельств, в подтверждение которых была сделана ссылка на документ, — но лишь в том случае, когда сторона не отрицает, что документ у нее находится (ст. 444). Отрицание этого обстоятельства должно быть по иностранным законодательствам подтверждено присягою; в противном случае обстоятельства, в подтверждение которых сделана ссылка на документ, могут быть признаны судом доказанными (герм., австр.). Если требуемый документ находится у третьего лица, то оно, по общему правилу, обязано представить его в назначенный судом срок (оно может быть понуждаемо к представлению документа в путем иска). Документы, находящиеся в судебном или ином присутственном месте или у должностного лица, могут быть истребованы ссылающеюся на них стороною по выданному ей от суда свидетельству. Ср. Endemann, «Beweislehre»; Strippelmann, «Der Beweis durch Schrifturkunden»; Spangenberg, «Die Lehre vom ürkundenbeweise»; Bayer, «Vorträge» (стр. 833—868); Türste, «Die neuen österr. Civilprocessgesetze» (стр. 455 и сл.); Анненков, «Опыт» (т. II, стр. 181—323); Змирлов, «Об отношении домашних актов к явочным и нотариальным» («Юридический вестник», кн. 4, 1886); Гамбаров, «Гражданский процесс» (литогр. лекции).

Г. Вербловский.