ЭСБЕ/Елисеев, Григорий Захарович

Елисеев
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Евреиновы — Жилон. Источник: т. XIa (1894): Евреиновы — Жилон, с. 622—623 ( скан · индекс ) • Даты российских событий указаны по юлианскому календарю.
Энциклопедии: БСЭ1 : МЭСБЕ
Википроекты: Wikisource-logo.svg Викитека Wikipedia-logo.png Википедия Commons-logo.svg Фото, аудио и видео Wikidata-logo.svg Данные

Елисеев (Григорий Захарович) — выдающийся журналист, сын сельского священника Томской губернии; род. 25 января 1821 г.; лишился отца и матери в раннем детстве. По окончании курса в тобольской семинарии и московской духовной академии, был назначен преподавателем в казанскую духовную академию на кафедру русской церковной истории, причем в разное время на него возлагалось еще преподавание языков еврейского, немецкого, русской гражданской истории, канонического права. Профессором в казанской духовной академии Е. пробыл до 1854 г. и, как по свидетельству автора «Истории казанской духовной академии», профессора Знаменского, так и по воспоминаниям Щапова и Щелгунова, оставил по себе самую светлую память. Популярность среди слушателей Е. заслужил крайне добросовестным преподаванием и той смелостью, с которою он в это суровое время освещал темные стороны нашего исторического быта. С еще более горячими чувствами относились к Е. молодые и талантливые товарищи его по преподаванию, в среде которых, по словам того же историка академии, Е. «любил пускаться в горячие обличительные речи против разных возмутительных и вопиющих зол современной гражданской, обыденной и академической жизни». Успехи христианства в Казанском крае и деятельность первых его просветителей привлекли, прежде всего, внимание молодого ученого. С большим трудом удалось ему собрать необходимые материалы по отдаленным монастырям и приходам края. Результатом этих трудов явилась в 1847 г. «История первых насадителей и распространителей казанской церкви, святителей Гурия, Варсонофия и Германа». После этого труда и некоторых мелких работ по собиранию церковных сказаний, Е. приступил к обширному труду по «Истории распространения христианства в Казанском крае» и в 1853 г. изготовил к печати первый том. Епархиальная цензура не нашла, по-видимому, возможным выпустить в свет сочинение Е., и оно доселе хранится, в рукописи, в академии. Профессор Знаменский свидетельствует, что им пользовались последующие исследователи, но содержание его и доселе не исчерпано. Вскоре после этого эпизода Е. оставил академию и три года служил в Сибири, сначала окружным начальником, потом советником губернского правления. Выйдя в отставку, он в 1858 г. прибыл в Петербург, и в том же году появилась в «Современнике» его первая статья «О соборе», обратившая на себя внимание и дельностью содержания, и талантом изложения. Добролюбов и Чернышевский, стоявшие тогда во главе «Современника», сразу оценили Е. Из других его статей, помещенных в «Современнике» в первые два года пребывания его в СПб., самые выдающиеся: «Уголовные преступники», «О движении народонаселения в России», «О препровождении ссыльных по Сибири». Эти статьи подписывались псевдонимом Грыцко и дали их автору литературную известность. С начала 1861 г. Е. взял в «Современнике» отдел «внутреннего обозрения», который, можно сказать, он создал и утвердил в русской журналистике. Отдел этот он вел до конца 1865 г. Смерть Добролюбова и удаление Чернышевского сделали его одною из руководящих сил журнала. С конца 1865 г. Е. взял на себя отдел «обозрения журналистики» и написал ряд историко-литературных статей: «Очерки истории русской литературы по современным исследованиям», где анализируется русская литература XVIII в. не с точки зрения ее литературного достоинства или исторической связи, а со стороны ее общественных идеалов и публицистического значения. В это же время появилась одна из наиболее громких его статей: "Екатерининский дворянин и дворянская газета "Весть"". В период сотрудничества в «Современнике» Е. короткое время был редактором еженедельного издания «Век» (1862) и газеты «Очерки» (1863). Он принимал, кроме того, ближайшее участие в «Голосе», где несколько лет вел отдел под названием «Хроника прогресса». В 1866 г., одновременно с прекращением «Современника», Е. был арестован по каракозовскому делу, но вскоре освобожден. К этому же периоду его жизни относится и женитьба его на Е. П. Гофштетер, в которой он приобрел самого преданного и любящего друга. С 1868 г. Е. становится одним из трех редакторов-пайщиков перешедших к Некрасову «Отечественных Записок», где ему тоже было отдано «внутреннее обозрение». Существенным отличием «внутреннего обозрения» Е. в «Отечественных Записках» от «внутреннего обозрения» «Современника» является то, что теперь на первый план выступает у него народная жизнь, с ее нуждами и горестями. Вместе с Некрасовым и Салтыковым, Е. много способствовал тому, что «Отечественные Записки», под новой редакцией, явились «мужиковствующим» органом. В 1881 г. Е. серьезно заболел и принужден был выехать за границу для лечения, где и пробыл до прекращения «Отечественных Записок» (1884). В это время он писал мало. После прекращения «Отечественных Записок» можно указать только на предсмертную статью Е. «Из прошлого двух академий» (в «Вестнике Европы», 1891 г.) и на посмертную «Некрасов и Салтыков» (в «Русском Богатстве», 1893 г.). В рукописи остались отрывочные автобиографические заметки. Ими уже воспользовался отчасти Н. К. Михайловский для своих статей о Е.

Е. скончался в январе 1891 г.; жена его последовала за ним через несколько дней. Е. состоял с 1874 г. пайщиком «Отечественных Записок» и, при скромной жизни, сберег около 50 тыс. руб. Из них 20 тыс. он передал тверскому земству для усиления капитала, назначенного на ссуду крестьянским обществам для покупки земли, причем проценты с капитала должны были делиться между народными школами и литературным фондом. В случае значительного сокращения земского самоуправления, завещатель обязал земство передать весь капитал литературному фонду. В настоящее время тверское земство выполнило эту волю Е., который остальной капитал свой завещал непосредственно литературному фонду. Писавший большей частью анонимно, изредка под псевдонимом, Е. не сделал своего имени известным большой публике, в которой, однако, его обозрения пользовались широкой популярностью и большим влиянием. Еще больше значения, влияния и авторитета Е. приобрел в литературной среде, как один из самых опытных, нравственно-чистых и искусных журналистов.