Страница:Tertia Vigilia (Брюсов, 1900).djvu/28

Эта страница была вычитана


22


Уходите! путь открытый! размечите бранный станъ!
Дома дѣтямъ разскажите о красотахъ дальнихъ странъ.

Какъ мы шли въ горахъ Кавказа, про пустыни, про моря…
Но припомните въ разсказахъ, гдѣ вы кинули царя!

Уходите; ждите славы! но — Аммона вѣчный сынъ —
Здѣсь, по царственному праву, я останусь и одинъ“.

Какъ хорошъ ты былъ, Могучій, съ блескомъ гнѣва на лицѣ.
Разошлись войска какъ тучи, ты одинъ въ своемъ дворцѣ.

Отъ куреній залы пьяны, дышитъ золото и шелкъ.
Въ ласкахъ трепетной Роксаны гнѣвъ стихаетъ и умолкъ.

Царь семнадцати сатрапій, царь Египта двухъ коронъ,
На тебя — держава въ лапѣ — со стѣны глядитъ Аммонъ.

Стихли толпы, колесницы, на равнину палъ туманъ…
Но едва зажглась денница, взволновался шумный станъ.

Въ полѣ стонъ необычайный, молятъ, падаютъ во прахъ…
Не вздохнулъ ли, Гордый, тайно о своихъ ночныхъ мечтахъ.

О, завѣтное стремленье отъ судьбы къ иной судьбѣ,
Въ часъ сомнѣнья и томленья я опять молюсь тебѣ!

Тот же текст в современной орфографии


Уходите! путь открытый! размечите бранный стан!
Дома детям расскажите о красотах дальних стран.

Как мы шли в горах Кавказа, про пустыни, про моря…
Но припомните в рассказах, где вы кинули царя!

Уходите; ждите славы! но — Аммона вечный сын —
Здесь, по царственному праву, я останусь и один».

Как хорош ты был, Могучий, с блеском гнева на лице.
Разошлись войска как тучи, ты один в своем дворце.

От курений залы пьяны, дышит золото и шелк.
В ласках трепетной Роксаны гнев стихает и умолк.

Царь семнадцати сатрапий, царь Египта двух корон,
На тебя — держава в лапе — со стены глядит Аммон.

Стихли толпы, колесницы, на равнину пал туман…
Но едва зажглась денница, взволновался шумный стан.

В поле стон необычайный, молят, падают во прах…
Не вздохнул ли, Гордый, тайно о своих ночных мечтах.

О, заветное стремленье от судьбы к иной судьбе,
В час сомненья и томленья я опять молюсь тебе!