Страница:Tertia Vigilia (Брюсов, 1900).djvu/158

Эта страница была вычитана


152
XIII.

По холоднымъ знакомымъ ступенямъ
Я вошелъ въ позабытый дворецъ
(Къ поцѣлуямъ, и клятвамъ, и пенямъ),
Оглянулся, какъ жалкій бѣглецъ.

Здѣсь, ребенкомъ, извѣдалъ я годы,
Поклонялся величью дворца;
Словно небо, казались мнѣ своды,
Переходы кругомъ — безъ конца.

Ликовать иль рыдать о измѣнѣ?
Какъ все тѣсно и жалко теперь!
(Поцѣлуи, и клятвы, и пени)…
… И открылъ я завѣтную дверь.

Тот же текст в современной орфографии
XIII

По холодным знакомым ступеням
Я вошел в позабытый дворец
(К поцелуям, и клятвам, и пеням),
Оглянулся, как жалкий беглец.

Здесь, ребенком, изведал я годы,
Поклонялся величью дворца;
Словно небо, казались мне своды,
Переходы кругом — без конца.

Ликовать иль рыдать о измене?
Как все тесно и жалко теперь!
(Поцелуи, и клятвы, и пени)…
… И открыл я заветную дверь.

XIV.

Давно ушелъ я въ міръ, гдѣ думы,
Давно позналъ нездѣшній свѣтъ.
Мнѣ странны красочные шумы,
Страстямъ — въ душѣ отвѣта нѣтъ.

Могу я медлить мигъ мгновенный,
Но въ высь иду одной тропой.
Кто мнѣ шепнулъ о жизни плѣнной?
— Моя звѣзда! я только твой.

Тот же текст в современной орфографии
XIV

Давно ушел я в мир, где думы,
Давно познал нездешний свет.
Мне странны красочные шумы,
Страстям — в душе ответа нет.

Могу я медлить миг мгновенный,
Но в высь иду одной тропой.
Кто мне шепнул о жизни пленной?
— Моя звезда! я только твой.