Открыть главное меню
Эта страница не была вычитана


— Нет, кажется на-днях состоится продажа, — сказал кто-то. — Хотя теперь и безумно покупать что-нибудь в Москве.

— Отчего? — сказала Жюли. — Неужели вы думаете, что есть опасность для Москвы?

— Отчего же вы едете?

— Я? Вот странно. Я еду, потому... ну потому, что все едут, и потом я не Иоанна д’Арк и не Амазонка.

— Ну, да, да, дайте мне еще тряпочек.

— Ежели он сумеет повести дела, он может заплатить все долги, — продолжал ополченец про Ростова.

— Добрый старик, но очень pauvre sire.[1] И зачем они живут так долго? Они давно хотели ехать в деревню. Натали, кажется, здорова теперь? — хитро улыбаясь спросила Жюли у Пьера.

— Они ждут меньшого сына, — сказал Пьер. — Он поступил в казаки Оболенского и поехал в Белую Церковь. Там формируется полк. А теперь они перевели его в мой полк и ждут каждый день. Граф давно хотел ехать, но графиня ни за чтò несогласна выехать из Москвы, пока не приедет сын.

— Я их третьего дня видела у Архаровых. Натали опять похорошела и повеселела. Она пела один романс. Как всё легко проходит у некоторых людей!

— Чтò проходит? — недовольно спросил Пьер. — Жюли улыбнулась.

— Вы знаете, граф что такие рыцари, как вы, бывают только в романах Madame Suza.[2]

— Какой рыцарь? Отчего? — краснея спросил Пьер.

— Ну, полноте, милый граф, c'est la fable de tout Moscou. Je vous admire, ma parole d’honneur.[3]

— Штраф! Штраф! — сказал ополченец.

— Ну, хорошо. Нельзя говорить, как скучно!

— Qu’est ce qui est la fable de tout Moscou?[4] — вставая сказал сердито Пьер.

— Полноте, граф. Вы знаете!

  1. плох.
  2. Мадам Сюза.
  3. это вся Москва знает. Право, я вам удивляюсь.
  4. Что знает вся Москва?
178