Страница:Энциклопедический лексикон Плюшара Т. 9.djvu/35

Эта страница не была вычитана
ВАР— 19 —ВАР

Пришла вѣсть, что Жанли, начальникъ гугенотскаго отряда во Фландріи, спѣша на помощь принцу Оранскому, осажденному въ Монсѣ, разбитъ на-голову и самъ взять въ плѣнъ. Дальнѣйшая проволочка сдѣлалась невозможною. Надо было спѣшить свадьбой и открытіемъ кампаніи. Разрѣшенія папскаго все еще не приходило. Адмиралъ присталъ къ королю и довелъ его до того, что онъ рѣшился, для успокоенія матери и сестры, выдумать подложное письмо отъ своего посланника въ Римѣ, которымъ тотъ извѣщаетъ будто его, что кардиналъ Лотарингскій выхлопоталъ у папы желаемое разрѣшеніе. Первый курьеръ привезъ письмо, которое король сообщилъ тотчасъ Екатеринѣ, Маргаритѣ и кардиналу Бурбонскому, дядѣ невѣсты, долженствовавшему благословить бракъ.

18 августа 1572 совершенъ былъ обрядъ бракосочетанія. Молодой Генрихъ, послѣ обрученія, не остался съ новобрачною слушать обѣдню, къ соблазну и ожесточенію католиковъ. Между тѣмъ начались праздники, игры, карусели, въ которыхъ дворянство обѣихъ партій приняло участіе. Король возложилъ управленіе всѣми этими забавами на адмирала. Шумъ, блескъ, разсѣянность, давши другую пищу умамъ, заглушили непріязненное волненіе страстей. Все увлеклось вихремъ общей, безпечной веселости.

Не дремало только скопище, котораго нити сосредоточивались въ кабинетѣ Екатерины, котораго душою былъ Гюизъ, непримиримый врагъ Колиньи. Король самъ предупредилъ адмирала, что онъ долженъ взять мѣры осторожности противъ Гюизовъ, которые являлись на праздники, вооруженные съ ногъ до головы, въ сопровожденіи многочисленной свиты. Мало того: онъ предложилъ ему стрѣлковъ своей гвардіи для защиты въ случаѣ внезапнаго, вѣроломнаго нападенія. Адмиралъ съ глубочайшею благодарностью принялъ это предложеніе. Говорятъ, что Карлъ и это сдѣлалъ съ умысломъ, чтобъ имѣть предлогъ ввесть въ Парижъ свою гвардію, которая была выслана прежде по настоятельному требованію Колиньи. Опять хитрость слишкомъ странная и не ловкая! Возбуждать нарочно подозрѣнія, когда вся сущность плана состояла въ томъ, чтобъ усыплять ихъ всѣми мѣрами.

Прошло четыре дня. Августа 22, Колиньи возвращался изъ Лувра отъ короля, гдѣ оставилъ его играющимъ въ мячъ. Возлѣ церкви Св. Германа Оссерскаго, изъ окошка одного дома, которое было набито связками сѣна, раздался выстрѣлъ. Пуля раздробила палецъ у правой руки адмирала и дала двѣ глубокія раны лѣвой. Сопровождавшіе его, не могши открыть убійцы, взяли раненаго на руки, отнесли домой и послали за медикомъ. Едва уложили его въ постель, адмиралъ позвалъ одного изъ своихь довѣренныхъ, по имени Саррагосса, и отправилъ его къ королю съ порученіемъ сказать, что онъ пріѣхалъ въ Парижъ, положась на его королевское слово, но что, не смотря на это высокое ручательство, онъ сдѣлался жертвою злодѣйства, оть котораго спасенъ только особенною Божіею милостію, чтобы продолжать служить его величеству. Король принялъ это извѣстіе съ изъявленіемъ глубочайшей скорби. Онъ велѣлъ сказать адмиралу, что велитъ произвесть немедленно строжайшее слѣдствіе о преступленіи. Домъ, изъ котораго сдѣланъ былъ выстрѣлъ, принадлежалъ Вильмюру, учителю герцога Гюиза. Взятая подъ стражу служанка показала въ допросѣ, что человѣкъ, выстрѣлившій въ адмирала, приведенъ былъ въ домъ старымъ Шальи, служителемъ дома Гюизовъ. Слѣды были ясны. Король велѣлъ поднять на ноги весь городъ, запереть вороты и стараться всячески отъискать убійцу. Все пришло въ волненіе. Чтобы предупредить всякое безпокойство и непріятность, онъ велѣлъ собрать всѣхъ главныхъ дворянъ свиты Колиньи и размѣстить ихъ вокругъ его дома. Наконецъ, для успокоенія старика, Карлъ въ готъ же день послѣ обѣда отправился къ нему самъ, съ матерью, братомъ и всѣмъ Дворомъ, состоявшимъ тысячъ изъ двухъ дворянъ. Онъ осыпалъ больнаго старика ласками, съ живѣйшимъ участіемъ распрашивалъ медика объ опасности раны, и когда тотъ сказалъ, что надо будетъ отнять руку, обратился съ вопросомъ къ адмиралу, согласится ли онъ на это. Колиньи отвѣчалъ, что онъ готовъ рѣшиться на все, что можетъ спасти ему жизнь; горько жаловался на совершенное надъ нимъ злодѣйство, обвинялъ въ немъ открыто Гюизовъ и требовалъ настоятельно королевскаго правосудія. Карлъ обѣщалъ ему все и старался всячески его утѣшить. «Вы ранены, отецъ мой, говорилъ онъ съ нѣжностью, а страдаю я». Онъ пересказалъ что уже всѣ мѣры взяты для открытія убійцъ,