Страница:Шелли. Полное собрание сочинений. том 1. 1903.djvu/56

Эта страница была вычитана



Во имя радости младенческихъ улыбокъ,
Сверкнувшей путнику лишь вспышкой очага,
Чей свѣтъ, средь вставшей мглы, былъ такъ мгновенно зыбокъ,
Чья ласка такъ была для сердца дорога;

25 Во имя лепета неискушенной рѣчи,
Которую отецъ хотѣлъ сложить въ узоръ
Нѣжнѣйшей мудрости. Но больше нѣтъ намъ встрѣчи.
Ты тронешь лиру словъ! О, ужасъ! о, позоръ!

Во имя счастья знать, какъ выростаютъ дѣти,
30 Полураскрывшійся цвѣтокъ невинныхъ лѣтъ,
Сплетенье радости и слезъ въ единой сѣти,
Источникъ чаяній и самыхъ горькихъ бѣдъ,—

Во имя скучныхъ дней среди заботъ наемныхъ,
Подъ гнетомъ чуждости холоднаго лица,—
35 О, вы, несчастные, вы, темные изъ темныхъ,
Вы, что бѣднѣй сиротъ, хоть вы не безъ отца!

Во имя лживыхъ словъ, что на устахъ невинныхъ
Нависнутъ, точно ядъ на лепесткахъ цвѣтовъ,
И суевѣрія, что въ ихъ путяхъ пустынныхъ
40 Всю жизнь отравитъ имъ, какъ тьма, какъ гнетъ оковъ,—

Во имя твоего кощунственнаго Ада,
Гдѣ ужасъ, бѣшенство, преступность, скорбь, и страсть,
Во имя лжи твоей, въ которой имъ—засада,
Всѣхъ тѣхъ песковъ, на чемъ свою ты строишь Власть,—

45 Во имя похоти и злобы, соучастныхъ,
И жажды золота, и жажды слезъ чужихъ,
Во имя хитростей, всегда тебѣ подвластныхъ,
И подлыхъ происковъ, услады дней твоихъ,—

Во имя твоего вертепа, гдѣ—могила,
50 Гдѣ мерзкій смѣхъ твой живъ, гдѣ западня жива,
И лживыхъ слезъ—вѣдь ты нѣжнѣе крокодила—
Тѣхъ слезъ, что для умовъ другихъ—какъ жернова,—

Тот же текст в современной орфографии


Во имя радости младенческих улыбок,
Сверкнувшей путнику лишь вспышкой очага,
Чей свет, средь вставшей мглы, был так мгновенно зыбок,
Чья ласка так была для сердца дорога;

25 Во имя лепета неискушённой речи,
Которую отец хотел сложить в узор
Нежнейшей мудрости. Но больше нет нам встречи.
Ты тронешь лиру слов! О, ужас! о, позор!

Во имя счастья знать, как вырастают дети,
30 Полураскрывшийся цветок невинных лет,
Сплетенье радости и слёз в единой сети,
Источник чаяний и самых горьких бед, —

Во имя скучных дней среди забот наёмных,
Под гнётом чуждости холодного лица, —
35 О, вы, несчастные, вы, тёмные из тёмных,
Вы, что бедней сирот, хоть вы не без отца!

Во имя лживых слов, что на устах невинных
Нависнут, точно яд на лепестках цветов,
И суеверия, что в их путях пустынных
40 Всю жизнь отравит им, как тьма, как гнёт оков, —

Во имя твоего кощунственного Ада,
Где ужас, бешенство, преступность, скорбь, и страсть,
Во имя лжи твоей, в которой им — засада,
Всех тех песков, на чём свою ты строишь Власть, —

45 Во имя похоти и злобы, соучастных,
И жажды золота, и жажды слёз чужих,
Во имя хитростей, всегда тебе подвластных,
И подлых происков, услады дней твоих, —

Во имя твоего вертепа, где — могила,
50 Где мерзкий смех твой жив, где западня жива,
И лживых слёз — ведь ты нежнее крокодила —
Тех слёз, что для умов других — как жернова, —