Страница:Собрание сочинений Эдгара Поэ (1896) т.1.djvu/158

Эта страница была вычитана

съ крикомъ бросился прочь отъ колодца и, закрывъ лицо руками, горько заплакалъ.

Жаръ быстро усиливался и я еще разъ открылъ глаза, дрожа какъ въ лихорадкѣ. Въ темницѣ вторично произошла перемѣна, — на этотъ разъ, очевидно, перемѣна формы. Какъ и раньше, я не могъ съ перваго взгляда опредѣлить или понять, что тутъ творится. Но мои недоумѣнія скоро разсѣялись. Я раздразнилъ мстительность инквизиторовъ, дважды ускользнувъ отъ гибели, — но теперь ужь не приходилось шутить съ Царемъ Ужасовъ. Раньше комната имѣла форму квадрата. Теперь же два ея угла сдѣлались острыми; слѣдовательно, другіе два — тупыми. Эта страшная перемѣна совершилась быстро, съ глухимъ ноющимъ звукомъ. Въ одну минуту комната приняла форму ромба. Но перемѣна не остановилась на этомъ, — да я и не надѣялся и не желалъ остановки. Я готовъ былъ прижать къ своей груди эти раскаленныя стѣны, какъ одежду вѣчнаго покоя. — Смерть, — говорилъ я, — какая бы то ни была смерть, лишь бы не въ колодцѣ. — Безумецъ! какъ я не вонялъ, что это раскаленное желѣзо должно было загнать меня въ колодезь? Могъ-ли я выдержать его жаръ? и если бы могъ, какъ бы я устоялъ противъ его напора? Косоугольникъ вытягивался съ быстротой, которая не давала мнѣ времени на размышленія. Его центръ и наибольшая ширина приходились какъ разъ надъ зіяющей бездной. Я отступилъ, но сдвигающіяся стѣны гнали меня впередъ и впередъ. Наконецъ, мое обожженное, скорченное тѣло уже не находило мѣста на полу. Я пересталъ бороться, и только агонія души моей прервалась громкимъ, долгимъ, послѣднимъ воплемъ отчаянія. Я чувствовалъ, что шатаюсь на краю колодца — я отвратилъ глаза…

Нестройный гулъ человѣческихъ голосовъ! Громкіе звуки трубъ! Грохотъ, точно отъ тысячи громовъ! Огненныя стѣны раздались! Чья-то рука схватила мою руку, когда я, изнемогая, падалъ въ бездну. То была рука генерала Ласаля. Французская армія вступила въ Толедо. Инквизиція была во власти своихъ враговъ.


Тысяча вторая сказка Шехеразады.
Правда чуднѣе выдумки.
Старинная поговорка.

Просматривая недавно, по поводу одного изслѣдованія, Телльменоу Изитсоёрнотъ, — книгу, которая (какъ и Цохаръ Симеона Іохаида) врядъ-ли извѣстна въ Европѣ и, сколько я знаю, не упоминается ни однимъ американскимъ писателемъ, исключая, быть