Страница:Собрание сочинений Сенковского. т.2 (1858).djvu/179

Эта страница была вычитана

своихъ насильственнымъ качаніемъ земнаго шара, и что мы совершенно отдѣлены водою отъ всего свѣта. Тревога, безпорядокъ, отчаяніе, сдѣлались всеобщими: можно сказать, что съ той минуты началась наша мучительная кончина. Мы разстались съ надеждою.

Свирѣпый вѣтеръ, съ обильнымъ дождемъ и вьюгою, разметалъ по воздуху и пропастямъ непрочные наши пріюты и насъ самихъ. Десять дней сряду нельзя было ни уснуть покойно, ни развести огня, чтобъ согрѣться и сжарить кусокъ мяса. Все это время держались мы обѣими руками за деревья, за кусты и скалы, и нерѣдко, вмѣстѣ съ деревьями, кустами и скалами, были опрокидываемы въ бездны. Между-тѣмъ вода не переставала подниматься, волны вторгались съ шумомъ во всѣ углубленія и ущелья, и мы взбирались на крутыя стѣны хребта, всякій день выше и выше. Верхи утесовъ, уступы и площадки горъ, были завалены народомъ, сбившимся въ плотныя кучи, подобно роямъ пчелъ, висящимъ кистями на древесныхъ вѣтвяхъ. Всѣ связи родства, дружбы, любви, знакомства, были замыты: чтобъ проложить себѣ путь или очистить уголокъ мѣста, тѣ, которые находились въ серединѣ толпы, безъ разбора сталкивали въ пропасти стоявшихъ по краямъ утесовъ. Оружіе сверкало въ рукахъ у каждаго, и сопротивленіе слабѣйшаго немедленно омывалось его кровію. До-тѣхъ-поръ мы питались мясомъ спасенныхъ нами животныхъ, особенно лошадинымъ, верблюжьимъ и лофіодонтовымъ; но теперь и этого у насъ не стало. Ежели кто-нибудь

Тот же текст в современной орфографии

своих насильственным качанием земного шара, и что мы совершенно отделены водою от всего света. Тревога, беспорядок, отчаяние сделались всеобщими: можно сказать, что с той минуты началась наша мучительная кончина. Мы расстались с надеждою.

Свирепый ветер с обильным дождем и вьюгою разметал по воздуху и пропастям непрочные наши приюты и нас самих. Десять дней сряду нельзя было ни уснуть покойно, ни развести огня, чтоб согреться и сжарить кусок мяса. Все это время держались мы обеими руками за деревья, за кусты и скалы и нередко вместе с деревьями, кустами и скалами были опрокидываемы в бездны. Между тем вода не переставала подниматься, волны вторгались с шумом во все углубления и ущелья, и мы взбирались на крутые стены хребта всякий день выше и выше. Верхи утесов, уступы и площадки гор были завалены народом, сбившимся в плотные кучи, подобно роям пчел, висящим кистями на древесных ветвях. Все связи родства, дружбы, любви, знакомства были замыты: чтоб проложить себе путь или очистить уголок места, те, которые находились в середине толпы, без разбора сталкивали в пропасти стоявших по краям утесов. Оружие сверкало в руках у каждого, и сопротивление слабейшего немедленно омывалось его кровью. До тех пор мы питались мясом спасенных нами животных, особенно лошадиным, верблюжьим и лофиодонтовым; но теперь и этого у нас не стало. Ежели кто-нибудь