Страница:Собрание сочинений Сенковского. т.2 (1858).djvu/148

Эта страница была вычитана

съ разстроеннымъ лицомъ, съ пылающими глазами, выбѣжалъ опрометью изъ ея комнаты.

Къ довершенію моего смятенія, я неожиданно очутился среди моихъ гостей. Они уже не думали ни о кометѣ, ни о бунтѣ, ни о пожарѣ столицы. Я даже удивился ихъ веселому и счастливому виду. Отгадайте же, чѣмъ были они такъ осчастливлены?—моимъ несчастіемъ! Они уже сообщали другъ другу на ухо о любопытномъ происшествіи, случившемся ночью въ моей спальнѣ. Одни утверждали, что новобрачная ушла отъ меня съ крикомъ и плачемъ къ своей маменькѣ; другіе важно объясняли этотъ поступокъ разными нелѣпыми на мой счетъ догадками; иные, наконецъ, увѣряли положительно, что Саяна вышла за меня замужъ по принужденію, что она терпѣть меня не можетъ, и что даже я засталъ ее въ спальнѣ съ однимъ молодымъ и прекраснымъ мужчиною, ея любовникомъ, который тотчасъ спрятался подъ кроватью. Насмѣшливые взгляды, намеки, остроты насчетъ супружеснаго быта и кривлянія ложнаго соболѣзнованія, посыпавшіяся на меня со всѣхъ дивановъ и креселъ, ясно дали мнѣ почувствовать, что мое семейное счастіе уже растерзано зубами клеветы; что мои любезные друзья, столкнувъ честь юной моей супруги и мою собственную въ пропасть своего злословія, поспѣшили завалить ее осколками своего остроумія, и еще стряхнули съ себя на нихъ грязь своихъ пороковъ. Я измѣрилъ мыслію эту пропасть, и содрогнулся: мое прискорбіе, мое негодованіе не знали предѣла. И, не смотря на это, я былъ принужденъ, изъ приличія, показывать имъ


Тот же текст в современной орфографии

с расстроенным лицом, с пылающими глазами, выбежал опрометью из ее комнаты.

К довершению моего смятения я неожиданно очутился среди моих гостей. Они уже не думали ни о комете, ни о бунте, ни о пожаре столицы. Я даже удивился их веселому и счастливому виду. Отгадайте же, чем были они так осчастливлены? — моим несчастьем! Они уже сообщали друг другу на ухо о любопытном происшествии, случившемся ночью в моей спальне. Одни утверждали, что новобрачная ушла от меня с криком и плачем к своей маменьке; другие важно объясняли этот поступок разными нелепыми на мой счет догадками, иные, наконец, уверяли положительно, что Саяна вышла за меня замуж по принуждению, что она терпеть меня не может и что даже я застал ее в спальне с одним молодым и прекрасным мужчиною, ее любовником, который тотчас спрятался под кроватью. Насмешливые взгляды, намеки, остроты насчет супружеского быта и кривляния ложного соболезнования, посыпавшиеся на меня со всех диванов и кресел, ясно дали мне почувствовать, что мое семейное счастье уже растерзано зубами клеветы, что мои любезные друзья, столкнув честь юной моей супруги и мою собственную в пропасть своего злословия, поспешили завалить ее осколками своего остроумия и еще стряхнули с себя на них грязь своих пороков. Я измерил мыслью эту пропасть и содрогнулся: мое прискорбие, мое негодование не знали предела. И несмотря на это, я был принужден из приличия показывать им