Страница:Собрание сочинений Марка Твэна (1896) т.1.djvu/54

Эта страница была вычитана

 

— Нѣтъ, отецъ, — мнѣ ваша мысль совсѣмъ не нравится. Будь я на мѣстѣ стараго графа, для меня было бы ужасно получить прахъ умершаго сына въ такомъ… въ такомъ…

— По частямъ, въ разсрочку, — подсказалъ Гаукинсъ, гордясь своей находчивостью.

— Ну, да, въ разрозненномъ видѣ. Я извелась бы отъ тоски за это время. Ничего не можетъ быть хуже откладыванья, замедленія, ожиданія въ такомъ дѣлѣ, какъ похороны…

— О, въ данномъ случаѣ все обойдется несравненно проще, — подхватилъ графъ успокоительнымъ тономъ. — Гдѣ же такому старому джентльмену выдержать столько проволочекъ? Онъ, просто, устроитъ трое похоронъ.

Леди Росморъ съ изумленіемъ вскинула глаза на мужа:

— Хорошо облегченіе, нечего сказать! Вотъ ужъ придумалъ штуку. Берклея похоронятъ за разъ; въ этомъ я увѣрена.

— И я полагаю также, — подтвердилъ Гаукинсъ.

— Да и я, безъ сомнѣнія, согласна съ вами, — замѣтила дочь.

— Вы всѣ ошибаетесь, — возразилъ графъ, — я сейчасъ докажу вамъ это. Вѣдь только въ одной изъ нашихъ корзинъ заключается прахъ виконта?

— Ну, и отлично! — воскликнула леди Росморъ. — Дѣло ясно, какъ день; возьми и похорони одну эту корзину.

— Разумѣется, — вмѣшалась леди Гвендоленъ.

— Извините, это не такъ просто, — возразилъ графъ, — вѣдь мы не знаемъ, въ которой именно находится онъ. Извѣстно только, что его прахъ лежитъ въ одной изъ корзинъ, но затѣмъ остальное представляетъ загадку. Теперь, надѣюсь, вы меня поняли. По моему, рѣшительно нѣтъ другого исхода, какъ устроить трое похоронъ.

— Сдѣлать три могилы, три монумента, три надписи? — спросила дочь.

— А то какъ же иначе? По крайней мѣрѣ, я поступилъ бы такимъ образомъ.

— Этого нельзя, отецъ. Въ каждой надписи будетъ повторяться одно и то же имя, одни и тѣ же факты, и каждая изъ нихъ должна гласить, что подъ всѣми тремя монументами покоится прахъ виконта Берклея? Воля ваша, это ужь никуда не годится.

Графъ безпокойно заёрзалъ на своемъ сіулѣ.

— Да, — согласился онъ, — это немаловажное препятствіе. Право, теперь я ужь и не знаю, что̀ придумать.

Наступило общее молчаніе. Наконецъ, Гаукинсъ осмѣлился замѣтить:

— А что, если бы смѣшать вмѣстѣ содержимое всѣхъ трехъ корзинъ?..