Открыть главное меню

Страница:Русский биографический словарь. Том 10 (1914).djvu/492

Эта страница выверена

на правую сторону впала въ море». Лихачевъ обратилъ вниманіе на башню, построенную на берегу Рейна, «а сказываютъ, что въ той башнѣ короля мыши съѣли»; дальше занялъ его «столпъ высокъ зѣло, а на немъ устроено лунное и солнечное теченіе, и часы бьютъ на тридцать разныхъ статей по кимвальному; да сколько дней въ году, столько на немъ и оконъ, 365». Въ Кельнѣ «въ костелѣ опочиваютъ волсви Персидскія», т. е. Мельхіоръ, Валтасаръ и Каспаръ, которыхъ римскіе католики считаютъ волхвами, принесшими дары новорожденному Іисусу Христу въ Виѳлеемѣ. Изъ Кельна до Амстердама плыли по каналу, на которомъ въ трехъ мѣстахъ сдѣланы шлюзы, названные Лихачевымъ «желѣзными воротами».

27-го марта посольство подъѣхало къ Амстердаму, а 30-го марта оно было торжественно встрѣчено въ самомъ городѣ бургомистромъ, городской гвардіей и торговыми людьми; дворъ для посланниковъ отвели по близости отъ «Думной палаты», т. е. ратуши. Посольство прожило въ Амстердамѣ три недѣли, и Лихачеву было достаточно времени ознакомиться какъ съ внѣшнимъ устройствомъ города, такъ и съ особенностями его внутренняго распорядка. Его, очевидно, поразила способность голландцевъ превращать море въ сушу и ихъ умѣнье не только построить палаты на томъ мѣстѣ, гдѣ раньше бывала гавань, но и настойчиво охранять искусственно созданныя земельныя угодья. Большое количество богатыхъ людей, обиліе свѣжей рыбы, торговля которою сосредоточена въ рукахъ женщинъ, отсутствіе хлѣба, прѣсной воды и дровъ — все это не ускользнуло отъ вниманія Лихачева. Приводимъ цѣликомъ его описаніе благотворительныхъ учрежденій Амстердама: «А къ нищимъ и безотечнымъ и ко всякимъ недужнымъ попеченія и строю ни въ которыхъ градѣхъ такого нѣтъ: дворъ каменный, и въ немъ палаты, а въ нихъ въ училищѣ человѣкъ съ 400; полата — дѣвицъ съ 300; три полаты съ женщинами, а всѣмъ пища, и одежда, и мѣста отъ бурмистровъ и отъ торговыхъ людей; да и рукодѣліе всѣмъ указано, кто что умѣетъ; а дѣлаютъ на бурмистровъ. Богадѣльня великая каменная; полата красная».

Какъ видно, Лихачевъ внимательно осмотрѣлъ школу, богадѣльню, сиротскій пріютъ и домъ трудолюбія. Если мы припомнимъ, что въ Москвѣ въ это время дѣлались лишь первыя попытки оказанія помощи больнымъ, безпріютнымъ и престарѣлымъ, что помощь эта исходила отъ извѣстнаго благотворителя Ѳеод. Мих. Большого Ртищева и что не существовало еще государственныхъ благотворительныхъ учрежденій, то мы поймемъ, какое глубокое впечатлѣніе должны были произвести на Лихачева вышеупомянутыя общественныя благотворительныя учрежденія.

Между Московскимъ государствомъ и Голландіей со временъ Іоанна Грознаго существовали оживленныя торговыя сношенія, и этимъ объясняется тотъ радушный пріемъ, который встрѣтилъ Лихачевъ въ Амстердамѣ. Впослѣдствіи оба эти государства еще болѣе сблизились, благодаря поѣздкамъ въ Голландію Петра Великаго. Какъ велико было въ Амстердамѣ въ 1660 г. дружелюбное расположеніе къ русскимъ, можно заключить изъ предложенія голландскихъ купцовъ, производившихъ торговлю въ Архангельскѣ и въ Москвѣ, довезти московское посольство на своихъ корабляхъ безплатно до Архангельска. Выѣхавъ изъ Амстердама 20-го апрѣля, посланники вышли въ море, вслѣдствіе непогоды, только 28-го апрѣля. 7-го іюня они достигли Двинскаго Березовскаго устья и увѣдомили о своемъ пріѣздѣ архангельскаго воеводу, стольника Ив. Богд. Милославскаго и дьяка Ермолаева. Для пріема посланниковъ съ кораблей Милославскій прислалъ стрѣлецкаго сотника и съ нимъ пятьдесятъ стрѣльцовъ. Въ честь отъѣзда посольства корабельщики стрѣляли изъ пушекъ. Описаніе путешествія Лихачева и его свиты заканчивается извѣстіемъ, что 15-го іюля они поѣхали съ Вологды.

Посольство Вас. Богдановича Лихачева и дьяка Ѳомина произвело, повидимому, во Флоренціи сильное впечатлѣніе. Въ Италіи существуетъ картина, на которой изображено, какъ Лихачевъ и Ѳоминъ правятъ въ 1659 г. посольство передъ Фердинандомъ II-мъ, великимъ герцогомъ Тосканскимъ. Снимки съ этой картины помѣщены въ двухъ книгахъ. Первая изъ этихъ книгъ: «Описаніе посольства, отправленнаго въ 1659 году отъ царя Алексѣя Михайловича къ Фердинанду II-му, великому герцогу Тосканскому» (М. 1840 г.); вторая: «Генеалогическая исторія одной


Тот же текст в современной орфографии

на правую сторону впала в море». Лихачёв обратил внимание на башню, построенную на берегу Рейна, «а сказывают, что в той башне короля мыши съели»; дальше занял его «столп высок зело, а на нем устроено лунное и солнечное течение, и часы бьют на тридцать разных статей по кимвальному; да сколько дней в году, столько на нем и окон, 365». В Кёльне «в костеле опочивают волсви Персидские», т. е. Мельхиор, Валтасар и Каспар, которых римские католики считают волхвами, принёсшими дары новорождённому Иисусу Христу в Вифлееме. Из Кёльна до Амстердама плыли по каналу, на котором в трёх местах сделаны шлюзы, названные Лихачёвым «железными воротами».

27-го марта посольство подъехало к Амстердаму, а 30-го марта оно было торжественно встречено в самом городе бургомистром, городской гвардией и торговыми людьми; двор для посланников отвели поблизости от «Думной палаты», т. е. ратуши. Посольство прожило в Амстердаме три недели, и Лихачёву было достаточно времени ознакомиться как с внешним устройством города, так и с особенностями его внутреннего распорядка. Его, очевидно, поразила способность голландцев превращать море в сушу и их уменье не только построить палаты на том месте, где раньше бывала гавань, но и настойчиво охранять искусственно созданные земельные угодья. Большое количество богатых людей, обилие свежей рыбы, торговля которою сосредоточена в руках женщин, отсутствие хлеба, пресной воды и дров — всё это не ускользнуло от внимания Лихачёва. Приводим целиком его описание благотворительных учреждений Амстердама: «А к нищим и безотечным и ко всяким недужным попечения и строю ни в которых градех такого нет: двор каменный, и в нем палаты, а в них в училище человек с 400; полата — девиц с 300; три полаты с женщинами, а всем пища, и одежда, и места от бурмистров и от торговых людей; да и рукоделие всем указано, кто что умеет; а делают на бурмистров. Богадельня великая каменная; полата красная».

Как видно, Лихачёв внимательно осмотрел школу, богадельню, сиротский приют и дом трудолюбия. Если мы припомним, что в Москве в это время делались лишь первые попытки оказания помощи больным, бесприютным и престарелым, что помощь эта исходила от известного благотворителя Феод. Мих. Большого Ртищева и что не существовало ещё государственных благотворительных учреждений, то мы поймём, какое глубокое впечатление должны были произвести на Лихачёва вышеупомянутые общественные благотворительные учреждения.

Между Московским государством и Голландией со времён Иоанна Грозного существовали оживлённые торговые сношения, и этим объясняется тот радушный приём, который встретил Лихачёв в Амстердаме. Впоследствии оба эти государства ещё более сблизились, благодаря поездкам в Голландию Петра Великого. Как велико было в Амстердаме в 1660 г. дружелюбное расположение к русским, можно заключить из предложения голландских купцов, производивших торговлю в Архангельске и в Москве, довезти московское посольство на своих кораблях бесплатно до Архангельска. Выехав из Амстердама 20-го апреля, посланники вышли в море, вследствие непогоды, только 28-го апреля. 7-го июня они достигли Двинского Берёзовского устья и уведомили о своём приезде архангельского воеводу, стольника Ив. Богд. Милославского и дьяка Ермолаева. Для приёма посланников с кораблей Милославский прислал стрелецкого сотника и с ним пятьдесят стрельцов. В честь отъезда посольства корабельщики стреляли из пушек. Описание путешествия Лихачёва и его свиты заканчивается известием, что 15-го июля они поехали с Вологды.

Посольство Вас. Богдановича Лихачёва и дьяка Фомина произвело, по-видимому, во Флоренции сильное впечатление. В Италии существует картина, на которой изображено, как Лихачёв и Фомин правят в 1659 г. посольство перед Фердинандом II-м, великим герцогом Тосканским. Снимки с этой картины помещены в двух книгах. Первая из этих книг: «Описание посольства, отправленного в 1659 году от царя Алексея Михайловича к Фердинанду II-му, великому герцогу Тосканскому» (М. 1840 г.); вторая: «Генеалогическая история одной