Страница:Исторические этюды русской жизни. Том 3. Язвы Петербурга (1886).djvu/562

Эта страница была вычитана

встрѣчнымъ наглецомъ и позволить себя обобрать по первому приглашенію.

По этому поводу, кстати будетъ разсказать здѣсь одну комическую исторійку, имѣвшую мѣсто въ Петербургѣ нѣсколько лѣтъ тому назадъ и герой которой изображаетъ собою довольно типичнаго представителя литературныхъ самозванцевъ, промышляющихъ шантажемъ. Это былъ изобрѣтательный нѣмчикъ, именовавшійся «знаменитымъ германскимъ поэтомъ», хотя заявилъ онъ себя очень скверной русской прозой и избралъ родъ словесности крайне непоэтическій. Поразнюхавъ кое-что о нашемъ купечествѣ и его нравахъ, онъ сталъ адресоваться къ его наиболѣе виднымъ и богатымъ представителямъ съ такимъ забавнымъ стереотипнымъ посланіемъ, сдѣлавшимся впослѣдствіи достояніемъ судебной хроники:

«Милостивый купецъ и добросердечный коммерсантъ! Нижепоименованный, извѣстный во всей Германіи и Австріи, Курляндіи, Эстляндіи и Лифляндіи поэтъ, главный сотрудникъ знаменитыхъ германскихъ сатирическихъ журналовъ: «Kladderadatsch» и «Fliegende Blätter», постоянный корреспондентъ-сатирикъ знаменитыхъ русскихъ журналовъ, намѣревается на-дняхъ издать въ Петербургѣ обширное сочиненіе на нѣмецкомъ и русскомъ языкѣ, подъ заглавіемъ: «Біографія русскихъ купцовъ въ стихахъ». Имѣя много данныхъ касательно біографіи вашей, особенно-же касательно вашей торговой дѣятельности, нижепоименованный надѣется, что милостивый купецъ и добросердечный коммерсантъ не откажется помочь автору этого чрезвычайно интереснаго сочиненія нѣсколькими десятками рублей, если этотъ милостивый купецъ и добросердечный коммерсантъ пожелаетъ, чтобы о его біографіи лестно и въ похвалахъ высказано было въ ономъ сочиненіи. Буде-же милостивый купецъ и добросердечный коммерсантъ откажетъ нижепоименованному въ просимой имъ помощи, то оный купецъ увидитъ себя въ сочиненіи семъ въ преуморительной каррикатурѣ».

Какъ ни была «преуморительна», глупа и нелѣпа эта шантажническая угроза, однако-же нашлось нѣсколько «добросердечныхъ», но не особенно догадливыхъ «коммерсантовъ», которые не остались къ ней равнодушны и удовлетворили вымогательство «знаменитаго германскаго поэта». Свою нехитрую операцію онъ производилъ обыкновенно такъ: нанималъ посыльнаго и адре-


Тот же текст в современной орфографии

встречным наглецом и позволить себя обобрать по первому приглашению.

По этому поводу, кстати будет рассказать здесь одну комическую историйку, имевшую место в Петербурге несколько лет тому назад и герой которой изображает собою довольно типичного представителя литературных самозванцев, промышляющих шантажом. Это был изобретательный немчик, именовавшийся «знаменитым германским поэтом», хотя заявил он себя очень скверной русской прозой и избрал род словесности крайне непоэтический. Поразнюхав кое-что о нашем купечестве и его нравах, он стал адресоваться к его наиболее видным и богатым представителям с таким забавным стереотипным посланием, сделавшимся впоследствии достоянием судебной хроники:

«Милостивый купец и добросердечный коммерсант! Нижепоименованный, известный во всей Германии и Австрии, Курляндии, Эстляндии и Лифляндии поэт, главный сотрудник знаменитых германских сатирических журналов: «Kladderadatsch» и «Fliegende Blätter», постоянный корреспондент-сатирик знаменитых русских журналов, намеревается на днях издать в Петербурге обширное сочинение на немецком и русском языке, под заглавием: «Биография русских купцов в стихах». Имея много данных касательно биографии вашей, особенно же касательно вашей торговой деятельности, нижепоименованный надеется, что милостивый купец и добросердечный коммерсант не откажется помочь автору этого чрезвычайно интересного сочинения несколькими десятками рублей, если этот милостивый купец и добросердечный коммерсант пожелает, чтобы о его биографии лестно и в похвалах высказано было в оном сочинении. Буде же милостивый купец и добросердечный коммерсант откажет нижепоименованному в просимой им помощи, то оный купец увидит себя в сочинении сем в преуморительной карикатуре».

Как ни была «преуморительна», глупа и нелепа эта шантажническая угроза, однако же нашлось несколько «добросердечных», но не особенно догадливых «коммерсантов», которые не остались к ней равнодушны и удовлетворили вымогательство «знаменитого германского поэта». Свою нехитрую операцию он производил обыкновенно так: нанимал посыльного и адре-