Страница:Исторические этюды русской жизни. Том 3. Язвы Петербурга (1886).djvu/326

Эта страница была вычитана

какъ было извѣстно, что у него, кромѣ жалованья, нѣтъ состоянія! Напомнимъ одинъ эпизодъ изъ гомерическихъ дѣяній этого знаменитѣйшаго и рельефнѣйшаго представителя обозрѣваемой нами здѣсь группы хищниковъ.

Въ 1874 г. въ Петербургъ пріѣхала извѣстная, скандалезной славы, всесвѣтная авантюристка баронесса Каула — элегантная въ то время красавица съ рыжими волосами. Она обратила на себя сразу общее вниманіе и ея благосклонности стали искать всѣ петербургскіе галантерейные львы, а въ ихъ числѣ и Юханцевъ. Онъ тогда блисталъ, какъ краса и гордость «золотой молодежи», ослѣпляя своимъ камеръ-юнкерскимъ мундиромъ и сарданапальскими пиршествами, на счетъ средствъ «общества взаимнаго поземельнаго кредита».

Юханцевъ, падкій до женщинъ, познакомился съ баронессою Каула, которая, узнавъ о тратахъ бывшаго камеръ-юнкера, недолго думая, сдѣлала съ него починъ пѣнкоснимательства и начала свою карьеру первоклассной петербургской кокотки. Связь Юханцева съ баронессою продолжалась около года. Всѣ завидовали Юханцеву. Въ теченіе этого короткаго времени баронесса-куртизанка обошлась Юханцеву...... то бишь — «обществу вз. поз. кр». въ триста тысячъ рублей! Въ сущности пустяки въ сравненіи съ 2½ милліонами!

Юханцевъ, влюбившись по уши въ ловкую авантюристку, сразу окружилъ ее княжеской роскошью. Въ одномъ «англійскомъ магазинѣ» было куплено для нея брилліантовъ на 120,000 рублей. Любовница нынѣшняго красноярскаго ссыльнаго тратила по пяти и болѣе тысячъ рублей въ мѣсяцъ. Юханцевъ, имѣвъ хорошія связи, привлекалъ въ гостинную своей дорогой дамы сердца вліятельныхъ особъ высшаго общества, между которыми были также и нѣкоторые сѣдовласые титулованные директоры «общества вз. кредита» Всѣ эти сановные сластолюбцы были очарованы радушіемъ хозяина, прельщены его роскошнымъ гостепріимствомъ, таяли и млѣли передъ красотою баронессы Каула, завидовали подчиненному имъ кассиру и — неужели ни одному изъ нихъ не закралось въ голову сомнѣніе объ источникахъ сего послѣдняго?

Но въ особенности рельефно проступило потворство правленій въ совершившихся за обозрѣваемый періодъ расхищеніяхъ «С.-петербургскаго общества взаимнаго кредита», кронштадтскаго городскаго


Тот же текст в современной орфографии

как было известно, что у него, кроме жалованья, нет состояния! Напомним один эпизод из гомерических деяний этого знаменитейшего и рельефнейшего представителя обозреваемой нами здесь группы хищников.

В 1874 г. в Петербург приехала известная, скандалезной славы, всесветная авантюристка баронесса Каула — элегантная в то время красавица с рыжими волосами. Она обратила на себя сразу общее внимание и её благосклонности стали искать все петербургские галантерейные львы, а в их числе и Юханцев. Он тогда блистал, как краса и гордость «золотой молодежи», ослепляя своим камер-юнкерским мундиромъ и сарданапальскими пиршествами, на счет средств «общества взаимного поземельного кредита».

Юханцев, падкий до женщин, познакомился с баронессою Каула, которая, узнав о тратах бывшего камер-юнкера, недолго думая, сделала с него почин пенкоснимательства и начала свою карьеру первоклассной петербургской кокотки. Связь Юханцева с баронессою продолжалась около года. Все завидовали Юханцеву. В течение этого короткого времени баронесса-куртизанка обошлась Юханцеву...... то бишь — «обществу вз. поз. кр.» в триста тысяч рублей! В сущности пустяки в сравнении с 2½ миллионами!

Юханцев, влюбившись по уши в ловкую авантюристку, сразу окружил её княжеской роскошью. В одном «английском магазине» было куплено для неё бриллиантов на 120,000 рублей. Любовница нынешнего красноярского ссыльного тратила по пяти и более тысяч рублей в месяц. Юханцев, имев хорошие связи, привлекал в гостиную своей дорогой дамы сердца влиятельных особ высшего общества, между которыми были также и некоторые седовласые титулованные директоры «общества вз. кредита» Все эти сановные сластолюбцы были очарованы радушием хозяина, прельщены его роскошным гостеприимством, таяли и млели перед красотою баронессы Каула, завидовали подчиненному им кассиру и — неужели ни одному из них не закралось в голову сомнение об источниках сего последнего?

Но в особенности рельефно проступило потворство правлений в совершившихся за обозреваемый период расхищениях «С.-петербургского общества взаимного кредита», кронштадтского городского