ности исполнять? Для разрешения этого вопроса мы должны разрешить другой: в чьих интересах постановлено это правило? Нетрудно убедиться, что оно постановлено в интересах правосудия: прошение обязательно должно быть подписано; «без подписи прошение имеет значение проекта, не получившего осуществления» (69 № 1053; 73 № 83; 77 № 71 и др.). Представим же себе такой случай: от имени иностранца, язык которого неизвестен суду, написано прошение, а внизу, на неизвестном языке написано что-то такое, что может быть принято и не принято за подпись, как это было в нашей практике: там, где нужно было расписаться просителю, написано было по-еврейски — «следует дополнить»; с такою вот подписью прошение каким-то образом, и помимо воли просителя, было подано мировому судье. Убедившись в том, что прошение не подписано, мы возвратили его просителю, который остался очень доволен этим и впоследствии подал новое прошение с теми дополнениями, которые он желал сделать. Но последуй мы первому разъяснению сената, или, лучше сказать, коротенькой выписке из его решения, в какое бы положение мы поставили и обоих тяжущихся, и себя? Возможность подобных случаев убеждает нас, что законодатель установил рассматриваемое правило вовсе не для того, чтобы оно никогда не применялось, а применять его всегда следует, если только является хоть малейшее сомнение в том, что прошение, может быть, не подписано, каковому выводу нисколько не противоречат и приведенные выше разъяснения сената. Действительно: из первого (73 № 708) можно усмотреть, что правительствующий сенат признал неправильным оставление второй инстанцией апелляции тяжущегося без рассмотрения за то, что она подписана по-итальянски и подпись не переведена на русский язык. Нельзя не признать правильности этой кассации: во 1-х итальянскую подпись всегда можно прочесть и убедиться, что это подпись, а не что-либо другое; во 2-х, раз подавший бумагу не отрицает, что она подана от его имени и им подписана, никакому сомнению более нет места, а права противной стороны ничем при этом не нарушаются. Из второго сенатского решения (75 № 500) видно, что им отменено определение съезда, признавшего правильным возвращение апелляции, поданной самим тя-
534
Ст. 261.