Страница:Зиновьева-Аннибал - Трагический зверинец.djvu/227

Эта страница была вычитана


219
ЧОРТЪ.

сердце, и путались, но глухо, въ своей тусклой паутинѣ, веселыя насмѣшливыя мысли.

Теперь на умывальники четыре рубля и двѣнадцать копѣекъ.

Только бы никто не укралъ! Прячу въ копилку, а копилку бросаю подъ комодъ. Тамъ Таня, не мететъ никогда…

Вотъ дождусь Колю. Онъ свезетъ меня на своемъ рысакѣ въ магазинъ, купимъ вмѣстѣ бичъ! Повѣшу пока до весны… (О, какъ долго до весны! Все равно бичъ нуженъ скорѣе, больше я ждать не могу!..) — повѣшу на стѣну, надъ учебнымъ столомъ. Весело будетъ готовить уроки и щелкать… То есть конечно, она не позволитъ щелкать, но я буду въ умѣ щелкать.

Коля такой славный, онъ поѣдетъ.

Какое время настало! Оказалось, что нѣтъ невозможнаго: только захоти!

И всюду клады.

У матери на окнѣ, подъ картономъ со шляпой, большой ящикъ, полный медовыхъ пряниковъ. Опустошала медленно, терпѣливо, безстрашно изо дня въ день, до-тла. Никто не узналъ.

Медовымъ пряникомъ начинался день, и тянулся дальше, минутка за минуткой, минутка отъ минутки отдѣльная, отдѣльная и забывчивая. И каждая, проходя, умирала безъ памяти, а насту-


Тот же текст в современной орфографии

сердце, и путались, но глухо, в своей тусклой паутине, веселые насмешливые мысли.

Теперь на умывальники четыре рубля и двенадцать копеек.

Только бы никто не украл! Прячу в копилку, а копилку бросаю под комод. Там Таня, не метет никогда…

Вот дождусь Колю. Он свезет меня на своем рысаке в магазин, купим вместе бич! Повешу пока до весны… (О, как долго до весны! Всё равно бич нужен скорее, больше я ждать не могу!..) — повешу на стену, над учебным столом. Весело будет готовить уроки и щелкать… То есть конечно, она не позволит щелкать, но я буду в уме щелкать.

Коля такой славный, он поедет.

Какое время настало! Оказалось, что нет невозможного: только захоти!

И всюду клады.

У матери на окне, под картоном со шляпой, большой ящик, полный медовых пряников. Опустошала медленно, терпеливо, бесстрашно изо дня в день, дотла. Никто не узнал.

Медовым пряником начинался день, и тянулся дальше, минутка за минуткой, минутка от минутки отдельная, отдельная и забывчивая. И каждая, проходя, умирала без памяти, а насту-