Страница:Жития святых свт. Димитрия Ростовскаго. Сентябрь.djvu/534

Эта страница была вычитана
534
День двадцать пятый

С того времени преподобный Сергий установил в своей обители общежитие и строго приказал братии соблюдать общежительный устав: никому из иноков ничего не приобретать для себя, не называть ничего своим, но по заповедям святых Отцев всё иметь общее, монастырское: и пищу, и одежду, и жилище.

Из числа братии преподобный Сергий избрал разных чинов для монастыря: служебных — для заведывания трапезой, хозяйством, казной, уходом за больными братиями, а также церковных — для надзора за монастырским храмом и его чистотой.

Запретив инокам частную собственность, преподобный не был склонен скоплять богатство и в общую пользу монастыря. Все излишки, какие в нём скоплялись, подвижник употреблял на дела благотворения: на милостыню нищим или на помощь бедным мирянам, которые приходили в обитель. И по мере того, как монастырь богател от приносов христолюбцев-мирян, милостивый игумен более и более развивал его благотворительность: страннолюбие, нищелюбие и уход за больными. Сам подвижник помогал бедным, странным и больным, и служебным чинам обители дал непререкаемую заповедь не оставлять дел милосердия и благотворения, и обещал при этом, что обитель его будет стоять и процветать до тех пор, пока они станут сохранять эту заповедь его. И с того времени никто из нуждающихся не уходил без подаяния от ворот Радонежской обители; больные надолго оставались при монастыре и пользовались уходом. Путники, заехавшие зимнею порою в непогоду и морозы, жили в обители и получали содержание, пока нельзя было пуститься в дальнейший путь. Князья и воеводы заходили сюда с отрядами войска, и все получали пищу и питье от гостеприимного подвижника. Когда большая дорога от Москвы к Ростову, шедшая раньше вдали от обители преподобного Сергия, проложена была близ нее, в монастырь стало заезжать еще более гостей.

Скоро, однако, в Радонежской обители произошел беспорядок — восстание против святаго игумена. Братия, с такою настойчивостью принудившая преподобного принять власть, теперь стала недовольна, — вероятно, строгостью общежития. Родной брат его Стефан, не чуждый духа властолюбия, был во главе вос-