Страница:Жития святых свт. Димитрия Ростовскаго. Май.djvu/572

Эта страница была вычитана
573
Страдание мученика Феодота

свет, блиставший кругом тела мученика, как молния, так что никто из воинов не осмеливался подойти к дровам и разжечь их.

Когда игемон узнал об этом, то приказал воинам не отходить от места того и охранять тело мученика, чтобы его не похитили христиане. Исполняя приказание игемона, воины устроили себе палатку из вербовых ветвей и из тростника и сели в той палатке, охраняя от христиан тело мученика.

Между тем, по устроению Божию, случилось, что мимо того места проходил священник Фронтон, имевший на руке своей перстень мученика Феодота. Он шел из своего селения в соседнее селение и ничего не знал о случившемся с святым Феодотом. Фронтон вез на осле очень вкусное вино, уже давно приготовленное; вино это Фронтон намеревался продать в городе, так как имел свой виноградник и питался от него с семьею своею. Когда Фронтон подошел к тому месту, где стояла палатка с воинами и где лежало тело мученика, осел преткнулся и упал на землю. Увидав это, воины пошли на помощь Фронтону и сказали ему:

— Куда ты идешь, странник? Ведь наступила уже ночь. Лучше останься с нами, тем более, что здесь есть и пастбище для скота.

Священник согласился с ними переночевать и направился в их палатку (следует заметить, что тело мученика было покрыто сучьями и сеном). При палатке был разведен огонь и уже была готова пища. Воины пригласили Фронтона вкусить вместе с ними. Фронтон же, взяв у них сосуд, наполнил его вином и предложил воинам пить из него. Отведав вина, воины похвалили его, так как вино действительно было очень хорошее. Затем воины спросили Фронтона:

— Сколько лет этому вину?

Фронтон отвечал:

— Лет пять уже есть.

Воины пили вино, не зная, что гость их был христианином и притом священником; за трапезой воины беседовали с Фронтоном о том, что случилось в последние дни; они рассказали ему, как были утоплены семь девственниц за то, что не хотели омыть идолов, как корчемник Феодот взял ночью их тела из озера и предал погребению, как его искали за это городские