Страница:Дернбург. Пандекты. Т. I (1906).djvu/105

Эта страница была вычитана
— 90 —

закон, очевидно, должен был служить[1]. Иногда позднейшие законы бросают свет на предыдущие.

Ошибочно было бы утверждать, будто к логическому толкованию следует прибегать лишь в том случае, если грамматическое толкование не устраняет всех сомнений. Наоборот, следует пользоваться всякими средствами толкования, раз это требуется положением дела. Даже в том случае, если буквальный смысл закона не возбуждает сомнении, нередко все содержание закона в совокупности обнаруживает, что мысль его совсем не та, какая представляется, если судить по одним словам текста закона[2].

Противоречие между добытым таким путем содержанием и словами закона ведет к исправлению редакции в духе самого толкователя. Это исправление заключается, главным образом, в ограничении (рестрикции) или расширении (экстензии)[3].

a) Рестриктивное толкование ограничивает буквальный смысл закона. Оно исключает то, что̀ по-видимому включено в закон в его буквальном смысле.

b) Экстенсивное толкование расширяет. Оно подводит под закон то, что по буквальному смыслу кажется исключенным из него[4].

  1. Это применяется в l. 6. С. de leg. 1. 14: Quod favore quorundam constitutum est, quibusdam casibus ad laesionem eorum nolumus inventum videri. Также l. 25. D. de leg. 1. 3. Пример приводит l. 8, § 6. D. de transactionibus. 2. 15.
  2. См. l. 13, § 2. D. de excusationibus. 27. 1.
  3. Примеры ограничительного и распространительного толкования находятся в l. 2, § 23 и след. D. ad S. С. Tertullianum. 38. 17; здесь Ульпиан занимается толкованием постановления, по которому мать, неиспросившая опекунов своим несовершеннолетним детям после смерти их отца, теряет свое право на наследование по закону после этих детей.
  4. Распространительное толкование показывает, что применение в данном случае argumentum a contrario неуместно. Посредством argumentum a contrario можно заключить, что известное последствие закона исключается, если не достает условия, с которым связано это последствие. Так, напр., furtum определяется, как contrectatio rei fraudulosa lucri faciendi gratia; на основании argumentum a contrario всякое умышленное отнятие движимой вещи с другой целью, напр., в виде самоуправства, не есть furtum. При помощи argumentum a contrario Ульпиан — libro 35 ad edictum l. 22. D. de leg. 1. 3 — делает следующий вывод: Cum lex in praeteritum quid indulget, in futurum vetat. Весьма часто законы подчеркивают какие-либо сомнительные или особенно важные пункты, не имея вовсе намерения исключать сродные случаи. Тогда argumentum a contrario не должно иметь места, а наоборот, следует прибегать к рас-