Страница:Дернбург. Пандекты. Т. I (1906).djvu/104

Эта страница была вычитана
— 89 —

закон появился и для которых он был назначен. Оно должно привлечь к рассмотрению повод закона — occasio legis, но не должно забывать, что повод дает лишь толчок закону, и что сам закон при взаимодействии других, быть может, не высказанных мотивов часто получает иное значение, чем то, которое ему дается одним вызвавшим его поводом[1]. Прилагаемые к закону мотивы могут содействовать разъяснению его, но они нередко вводят в заблуждение, так как часто бывают крайне односторонни и полны пробелами[2]. Особенно важно живо представить себе состояние права, предшествовавшее изданию закона; всякий новый закон носит на себе отпечаток того правового строя, которого он касается, все равно, согласуется ли он с ним, развивает его дальше или выступает против него. Не меньшее значение имеет социальное и экономическое состояние, обусловливающее происхождение закона. Равным образом надо иметь в виду и те цели, которым этот

  1. Поводом к так наз. закону о социалистах от 21 октября 1878 г. послужило покушение на жизнь императора Вильгельма I. Но закон имеет целью не только подавить пропаганду убийств: его намерением было создать известные преграды для общеопасных стремлений социал-демократии вообще; см. l. 1, § 5. D. de postulando. 3. 1, равно как и l. 1, pr. D. de S. С. Macedoniano. 14. 6.
  2. Это относится, главным образом, к тем мотивам, которые прилагаются теперь к проектам законов при внесении их в парламент. По большей части они изготовляются крайне неравномерно: часто они становятся совершенно неподходящими вследствие изменений, производимых при обсуждении заколов в различных палатах парламента. Еще более осторожности необходимо по отношению к речам членов парламента и правительственных комиссаров при обсуждении в комиссиях и заседаниях законодательных собраний, так как они вовсе не предназначаются к тому, чтобы служить объективному выяснению содержания законопроекта, но часто преследуют, смотря по обстоятельствам, непосредственно-практические цели — добиться принятия или непринятия закона, и потому содержат одностороннее изложение дела, сообразно с ходом дебатов. Правовые положения, не заключающиеся в самом законе, никогда не могут быть выводимы из мотивов законопроекта и вышеупомянутого обсуждения дела. В частности из того, что включение известного положения в закон было отвергнуто, вовсе не следует, что теперь уже действует обратное положение, но следует лишь то, что это положение не установлено в законе. Оно может тем не менее действовать по другим основаниям. См. Meyer в Gruchots Beiträge, т. 23, стр. 1; Deutschmann, там же, т. 24, стр. 805. Относительно практики имперского суда см. Register zu den Entscheidungen к т. 1—10, стр. 16, к т. 11—20, стр. 17; Regelsberger, т. 1, § 36, прим. 22.