Страница:Деревенские рассказы (С. В. Аникин, 1911).djvu/22

Эта страница была вычитана


размѣренныхъ задорныхъ ударовъ. Снова трясемъ послѣ, относимъ солому въ ометъ, все еще озоруемъ.

Солнце поднялось уже въ дерево вышиной. Тусклое, лѣниво холодное, ползетъ оно по самому краю мглистаго неба, и лѣнь ему подняться повыше, чтобы порѣзвиться на розовой глади сугробовъ. Мы все молотимъ. Уже хочется ѣсть. Спина ноетъ, въ рукахъ прибавилось тяжести, а въ груди горитъ.

Третій посадъ уже убрали безъ шалостей. Цѣпы все такъ же мѣрно и гулко бьютъ по соломѣ, мы такъ же дружны въ работѣ, но шутитъ отецъ, мы же молчимъ.

— He лови, Митька, галокъ! — смѣется онъ, — а то съ цѣпникомъ поцѣлуешься!

— Пора бы на отдыхъ.

— Что тамъ за отдыхъ?.. День короче комаринаго носа. Торопись, покуда Господь ведрышко держитъ!

Пріѣхалъ на сивомъ меринѣ дѣдъ въ розвальняхъ съ пологами.

— Господь подаетъ?

— Подаетъ!.. благодареніе кормильцу! Дружнѣй!.. Приналягте!

Словно гирями пудовыми, взмахиваемъ мы цѣпниками въ честь пріѣхавшаго дѣда. Засверкали глаза подъ сѣдыми бровями.

— Ай да, молодчики!.. и-и-хъ!..

— Ту-ту-ту-ту! ту-ту-ту-ту! та-та-та!

— Та-та-та-та! та-та-та-та! тукъ, тукъ, тукъ!


Тот же текст в современной орфографии

размеренных задорных ударов. Снова трясём после, относим солому в омёт, всё ещё озоруем.

Солнце поднялось уже в дерево вышиной. Тусклое, лениво холодное, ползёт оно по самому краю мглистого неба, и лень ему подняться повыше, чтобы порезвиться на розовой глади сугробов. Мы всё молотим. Уже хочется есть. Спина ноет, в руках прибавилось тяжести, а в груди горит.

Третий посад уже убрали без шалостей. Цепы всё так же мерно и гулко бьют по соломе, мы так же дружны в работе, но шутит отец, мы же молчим.

— He лови, Митька, галок! — смеётся он, — а то с цепником поцелуешься!

— Пора бы на отдых.

— Что там за отдых?.. День короче комариного носа. Торопись, покуда Господь вёдрышко держит!

Приехал на сивом мерине дед в розвальнях с пологами.

— Господь подаёт?

— Подаёт!.. благодарение кормильцу! Дружней!.. Приналягте!

Словно гирями пудовыми, взмахиваем мы цепниками в честь приехавшего деда. Засверкали глаза под седыми бровями.

— Ай да, молодчики!.. и-и-х!..

— Ту-ту-ту-ту! ту-ту-ту-ту! та-та-та!

— Та-та-та-та! та-та-та-та! тук, тук, тук!


16