Открыть главное меню

Страница:Гегель Г.В.Ф. - Наука логики. Т. 2 - 1916.djvu/85

Эта страница не была вычитана
— 76 —

— 76 —

подводитъ существованіе (Ехізіепх) подъ понятіе реальности. Такимъ образомъ, оно есть опосредованіе, имѣющее характеръ умозаключенія и не подлежащее разсмотрѣнію здѣсь. Уже выше было обращено вниманіе на то, что Кантъ говоритъ по этому поводу, и указапо, что Кантъ подъ существованіемъ, какъ Ехізіепх, разумѣетъ опредѣленное существованіе (Павеуп), черезъ которое нѣчто вступаетъ въ совокупность всего опыта, т.-е. въ опредѣленіе инобытія и въ отношеніе къ другому. Такимъ образомъ, нѣчто, какъ существующее (Ехізіігепсіез), опосредовано другимъ, и существованіе (Ехізіепх) есть вообще сторона этого опосредованія. Но въ томъ, что Кантъ называетъ понятіемъ, именно въ нѣчто, поскольку оно принимается просто, лишь какъ относящееся къ себѣ, или въ представленіи, какъ таковомъ, нѣтъ его опосредованія; въ его отвлеченномъ тожествѣ съ собою отброшено всякое противоположеніе. Онтологическое доказательство имѣетъ цѣлью показать, что абсолютное понятіе, именно понятіе Бога, приходитъ къ опредѣленному существованію, къ опосредованію, или, иначе, какимъ образомъ простая сущность опосредываетъ себя съ опосредованіемъ. Это достигается черезъ вышеуказанное подведеніе существованія подъ его общее, именно подъ реальность, которая принимается за посредствующее между Богомъ и Его понятіемъ, съ одной стороны, и существованіемъ, съ другой. Объ этомъ опосредованіи, поскольку оно имѣетъ форму умозаключенія, здѣсь, какъ сказано, нѣтъ рѣчи. Но каково поистинѣ это опосредованіе, сущность съ существованіемъ (Ехізіепх), это уже изложено выше. Природа самого доказательства подлежитъ разсмотрѣнію въ ученіи о познаніи. Здѣсь нужно лишь указать на то, что относится вообще къ природѣ опосредованія.

Доказательства существованія Бога даютъ нѣкоторое основаніе этого существованія. Это основаніе должно быть не объективнымъ основаніемъ существованія Бога, такъ какъ послѣднее есть въ себѣ и для себя самого. Поэтому оно есть лишь основаніе для познанія. Тѣмъ самымъ оно вмѣстѣ съ тѣмъ оказывается чѣмъ-то такимъ, что исчезаетъ въ предметѣ, который является ближайшимъ образомъ обоснованнымъ имъ. Но основаніе, почерпнутое изъ случайности міра, содержитъ въ себѣ ея возвратъ въ абсолютную сущность, ибо случайное есть въ себѣ самомъ лишенное основанія и снимающее себя. Такимъ образомъ, абсолютная сущность. возникаетъ въ дѣйствительности изъ того, что лишено основанія; основаніе снимаетъ само себя, и тѣмъ самымъ исчезаетъ и видимость того отношенія, будто Богъ данъ, какъ нѣчто обоснованное въ другомъ. Посему это опосредованіе есть истинное. Но сказанная доказующая рефлексія не знаетъ въ своемъ опосредованіи этой природы; она принимаетъ себя, съ одной стороны, за нѣчто только субъективное и тѣмъ самымъ отстраняетъ свое опосредованіе отъ самого Бога, съ другой же стороны, именно потому не познаетъ того опосредывающаго движенія, которое есть, и какъ оно есть въ самой сущности. Ея истинное отношеніе состоитъ въ томъ, что она есть и то, и другое въ одномъ, опосредованіе, какъ таковое, но вмѣстѣ съ тѣмъ и субъективное, внѣшнее, именно внѣшнее себѣ опосредованіе, которое снова снимаетъ себя въ немъ самомъ. Въ этомъ


Тот же текст в современной орфографии

— 76 —

подводит существование (Ехизиепх) под понятие реальности. Таким образом, оно есть опосредование, имеющее характер умозаключения и не подлежащее рассмотрению здесь. Уже выше было обращено внимание на то, что Кант говорит по этому поводу, и указапо, что Кант под существованием, как Ехизиепх, разумеет определенное существование (Павеуп), через которое нечто вступает в совокупность всего опыта, т. е. в определение инобытия и в отношение к другому. Таким образом, нечто, как существующее (Ехизиигепсиез), опосредовано другим, и существование (Ехизиепх) есть вообще сторона этого опосредования. Но в том, что Кант называет понятием, именно в нечто, поскольку оно принимается просто, лишь как относящееся к себе, или в представлении, как таковом, нет его опосредования; в его отвлеченном тожестве с собою отброшено всякое противоположение. Онтологическое доказательство имеет целью показать, что абсолютное понятие, именно понятие Бога, приходит к определенному существованию, к опосредованию, или, иначе, каким образом простая сущность опосредывает себя с опосредованием. Это достигается через вышеуказанное подведение существования под его общее, именно под реальность, которая принимается за посредствующее между Богом и Его понятием, с одной стороны, и существованием, с другой. Об этом опосредовании, поскольку оно имеет форму умозаключения, здесь, как сказано, нет речи. Но каково поистине это опосредование, сущность с существованием (Ехизиепх), это уже изложено выше. Природа самого доказательства подлежит рассмотрению в учении о познании. Здесь нужно лишь указать на то, что относится вообще к природе опосредования.

Доказательства существования Бога дают некоторое основание этого существования. Это основание должно быть не объективным основанием существования Бога, так как последнее есть в себе и для себя самого. Поэтому оно есть лишь основание для познания. Тем самым оно вместе с тем оказывается чем-то таким, что исчезает в предмете, который является ближайшим образом обоснованным им. Но основание, почерпнутое из случайности мира, содержит в себе её возврат в абсолютную сущность, ибо случайное есть в себе самом лишенное основания и снимающее себя. Таким образом, абсолютная сущность. возникает в действительности из того, что лишено основания; основание снимает само себя, и тем самым исчезает и видимость того отношения, будто Бог дан, как нечто обоснованное в другом. Посему это опосредование есть истинное. Но сказанная доказующая рефлексия не знает в своем опосредовании этой природы; она принимает себя, с одной стороны, за нечто только субъективное и тем самым отстраняет свое опосредование от самого Бога, с другой же стороны, именно потому не познает того опосредывающего движения, которое есть, и как оно есть в самой сущности. Её истинное отношение состоит в том, что она есть и то, и другое в одном, опосредование, как таковое, но вместе с тем и субъективное, внешнее, именно внешнее себе опосредование, которое снова снимает себя в нём самом. В этом