Открыть главное меню

Страница:Гегель Г.В.Ф. - Наука логики. Т. 2 - 1916.djvu/151

Эта страница не была вычитана
— 142 —

дѣйствіе. Послѣднее есть другое относительно причины, положеніе относительно первоначальнаго и опосредованное первоначальнымъ. Но причина, какъ необходимость, равнымъ образомъ снимаетъ это свое опосредованіе и въ опредѣленіи себя самой, какъ первоначально относящейся къ себѣ, есть въ противоположность опосредованному возвратъ въ себя; ибо положеніе опредѣлено, какъ положеніе, и тѣмъ самымъ, какъ тожественное себѣ; поэтому, причина есть истинно-дѣйствительное и тожественное себѣ лишь въ своемъ дѣйствіи. Поэтому дѣйствіе необходимо, такъ какъ оно и есть именно проявленіе причины, или та самая необходимость, которая есть причина. Лишь какъ такая необходимость, причина есть самодвижущее, начинающееся отъ себя безъ возбужденія чѣмъ-либо другимъ, самостоятельный источникъ произведенія изъ себя; она должна дѣйствовать, ея первоначальность состоитъ въ томъ, что ея рефлексія въ себя есть опредѣляющее положеніе, и, наоборотъ, то и другое есть нѣкоторое единство.

Поэтому дѣйствіе не содержитъ вообще ничего, что не содержалось бы въ причинѣ. Наоборотъ, причина не содержитъ въ себѣ ничего, чего не было бы въ дѣйствіи. Причина есть причина лишь постольку, поскольку она производитъ нѣкоторое дѣйствіе; причина есть не что иное, какъ то опредѣленіе, что она производитъ нѣкоторое дѣйствіе, а дѣйствіе не что иное, какъ то, что имѣетъ нѣкоторую причину. Въ самой причинѣ, какъ таковой, заключается ея дѣйствіе, а въ дѣйствіи — причина; поскольку причина не дѣйствовала бы, или поскольку она перестала бы дѣйствовать, она не была бы причиною; а дѣйствіе, поскольку его причина исчезла, есть уже не дѣйствіе, а безразличная дѣйствительность.

3. Итакъ, въ этомъ тожествѣ причины и дѣйствія снята та форма, по которой онѣ различаются, какъ сущее въ себѣ и положеніе. Причина угасаетъ въ своемъ дѣйствіи; тѣмъ самымъ угасаетъ и дѣйствіе, ибо оно есть лишь опредѣленность причины. Эта угасшая въ дѣйствіи причинность есть тѣмъ самымъ непосредственность, которая безразлична къ отношенію причины и дѣйствія и имѣетъ его внѣшнимъ образомъ въ ней.

Ь. Опредѣленное отношеніе причинности.

1. Тожество причины съ собою въ ея дѣйствіи есть снятіе ея силы и отрицательности и потому безразличное къ различеніямъ формы единство, содержаніе. Поэтому, послѣднее отнесено лишь въ себѣ къ формѣ, въ данномъ случаѣ къ причинности. Онѣ тѣмъ самымъ положены, какъ различныя, и форма относительно содержанія, — какъ сама лишь непосредственно дѣйствительная, случайная причинность. .

Далѣе, такимъ образомъ, содержаніе, какъ опредѣленное, есть различное "одержаніе въ немъ самомъ; и причина, а, стало быть, также и дѣйствіе, опредѣлены по ихъ содержанію. Содержаніе, такъ какъ здѣсь рефлектированное есть также непосредственная дѣйствительность, есть поэтому дѣйствительная, но конечная субстанція.


Тот же текст в современной орфографии

действие. Последнее есть другое относительно причины, положение относительно первоначального и опосредованное первоначальным. Но причина, как необходимость, равным образом снимает это свое опосредование и в определении себя самой, как первоначально относящейся к себе, есть в противоположность опосредованному возврат в себя; ибо положение определено, как положение, и тем самым, как тожественное себе; поэтому, причина есть истинно-действительное и тожественное себе лишь в своем действии. Поэтому действие необходимо, так как оно и есть именно проявление причины, или та самая необходимость, которая есть причина. Лишь как такая необходимость, причина есть самодвижущее, начинающееся от себя без возбуждения чем-либо другим, самостоятельный источник произведения из себя; она должна действовать, её первоначальность состоит в том, что её рефлексия в себя есть определяющее положение, и, наоборот, то и другое есть некоторое единство.

Поэтому действие не содержит вообще ничего, что не содержалось бы в причине. Наоборот, причина не содержит в себе ничего, чего не было бы в действии. Причина есть причина лишь постольку, поскольку она производит некоторое действие; причина есть не что иное, как то определение, что она производит некоторое действие, а действие не что иное, как то, что имеет некоторую причину. В самой причине, как таковой, заключается её действие, а в действии — причина; поскольку причина не действовала бы, или поскольку она перестала бы действовать, она не была бы причиною; а действие, поскольку его причина исчезла, есть уже не действие, а безразличная действительность.

3. Итак, в этом тожестве причины и действия снята та форма, по которой они различаются, как сущее в себе и положение. Причина угасает в своем действии; тем самым угасает и действие, ибо оно есть лишь определенность причины. Эта угасшая в действии причинность есть тем самым непосредственность, которая безразлична к отношению причины и действия и имеет его внешним образом в ней.

Ь. Определенное отношение причинности.

1. Тожество причины с собою в её действии есть снятие её силы и отрицательности и потому безразличное к различениям формы единство, содержание. Поэтому, последнее отнесено лишь в себе к форме, в данном случае к причинности. Они тем самым положены, как различные, и форма относительно содержания, — как сама лишь непосредственно действительная, случайная причинность. .

Далее, таким образом, содержание, как определенное, есть различное "одержание в нём самом; и причина, а, стало быть, также и действие, определены по их содержанию. Содержание, так как здесь рефлектированное есть также непосредственная действительность, есть поэтому действительная, но конечная субстанция.